Галина Дмитриевна Гончарова 
Испытание для адептов

Академия адептов, колдунов и магов – 1

Галина Гончарова
Академия адептов, колдунов и магов. Испытание для адептов

© Г. Гончарова, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021

Пролог

– Мама!!!
Мужчина в ужасе взирал на женщину, которая едва виднелась из подушек на громадной кровати.
Балдахин затемнял лицо несчастной, отбрасывая тени, но даже в полумраке отлично были видны круги под глазами, впалые щеки, чахоточные пятна румянца, лихорадочно блестящие глаза, словно пожелтевший, восковой лоб…
Каким чудом несчастная еще задержалась на свете, не сказал бы ни один врач.
– Сынок…
Мужчина хотел присесть рядом на кровать, но его вовремя перехватили.
– Помнишь, что сказал доктор Клай?
Женщина подняла руку. Сухую, худую, желтую, в жутковатых струпьях.
– Нет-нет. Прошу тебя, не надо, Ронни. Я боюсь, что и ты тоже заболеешь…
– Я не боюсь. Мама…
– Сынок… – Единственная слезинка скатилась из глаза женщины, скользнула по щеке и канула в подушки.
– Как же ты так…
– Так случилось, малыш. Доктор Клай не знает, что со мной…
– Я вызову доктора из столицы.
– Я уже вызывал личного врача императора. Пойдем, сын, Дороти надо поспать.
– Вы еще придете вечером? – прошелестело из подушек.
– Да, конечно, матушка, – отозвался сын и вышел из спальни вслед за отцом.
В коридоре он хотел что-то сказать, но старший из мужчин поднял руку:
– Побеседуем в кабинете?
Более молодой пожал плечами, но послушно направился вслед за отцом. Действительно, тема серьезная, не стоит говорить о таком в коридоре.
Кабинет был мечтой каждого библиофила столицы.
Громадный стол, камин в углу, два кресла перед ним, книжные полки от пола до потолка, основательная мебель из мореного дуба, тяжелые шторы…
Лорд Аргайл отдернул их – и при свете дня, залившем кабинет, стало ясно, что мужчины не просто похожи. Копии.
Просто один постарше, а второй помоложе.
Оба высокие, синеглазые, оба с ястребиными носами и высокими лбами, у обоих тяжелые квадратные подбородки… У старшего волосы цвета солнечных лучей, у младшего тоже. Только старший уже наполовину сед, его волосы коротко подстрижены и тщательно уложены, а у младшего они отросли до середины спины, небрежно заплетены в косу и, к удивлению, перетянуты розовой лентой. Со стразами и жемчугом. И с пышным бантом.
Смотрелось это ужасно, так что старший из мужчин кривился, глядя на косу, переброшенную через плечо, и ленту, которую мужчина начал теребить. Но терпел.
Одежда их тоже разнилась, как день и ночь.
Старший из мужчин был одет в простой темный костюм. Белая рубашка, темный жилет, темный сюртук, брюки, мягкие домашние туфли. Все в черных и серых тонах.
Младший же… о, младший из мужчин мог дать фору всем попугаям императорского зоологического сада.
Рубашка – розовая. Жилет – голубой. Сюртук цвета фуксии, панталоны окраса ночного неба, и все это щедро украшено то ли стразами, то ли горным хрусталем…
Ах да! Потрясающая вышивка на жилете, на кармашке для часов – в виде зайчика. И бант на шее. Роскошный, пышный, в цвет заката. Сапоги – и те были со стразами, которыми щедро усыпали голенища. Кажется, вышивка на голенищах тоже была в виде зайчиков, но лорд Аргайл не приглядывался, ему и так хватало – аж в глазах рябило!
– Рональд…
– Слушаю?
– Я знаю, мы с тобой в ссоре…
– Да, уже лет двадцать? Или двадцать пять?
– Семнадцать.
– Маловато будет.
– Помолчи, щенок! Матери плохо!
Рональд тут же стал серьезным:
– Что с ней?
– Врачам неизвестно. Но… сам понимаешь.
– Не понимаю.
Старший из мужчин дернул кадыком:
– Не понимаешь?! Они боятся самого худшего!
– Поэтому вы меня и позвали?
– Да, и поэтому тоже. Рональд… мать больна. И ради нее… я знаю, ты в любой момент можешь отказаться от титула и наследства, но… она очень хочет увидеть внуков.
– Да неужели? А как же Эрвин?
– Да неужели ты не в курсе? – притворно удивился старший.
Лицо младшего стало жестким и холодным.
– Вполне.
Даже розовая лента в его волосах как-то померкла. Хотя нашитые на ней камни так же бликовали.
– Тогда что ты хочешь от меня услышать?
– Извинения? – задумчиво предположил младший.
– Да получи! – разозлился старший. – Я был не прав! Признаю! Ты доволен?
Рональд пожал плечами:
– Пожалуй. И что вы от меня хотите?
– Мать хочет внуков.
– И я срочно должен вам их дать?
– Хотелось бы, – вздохнул мужчина, – но я не буду настаивать.
– Уже лучше…
– У меня к тебе просьба.
– Слушаю.
Лорд Аргайл перевел дух – сын не отказался сразу – и медленно заговорил, подбирая слова.
– Я не хочу тебя ни к чему принуждать. Поэтому не навязываю невесту. Но я попросил его величество предоставить тебе пост ректора.
– Где?!
– В Академии АКМ.
– За что?! – душевно взвыл Рональд. И тут же исправился: – Зачем?
– Я не хочу навязывать тебе супругу. Но ты вполне можешь подобрать себе спутницу жизни в академии. Как ты понимаешь, девушки там из хороших семей, с сильной кровью, неглупые, воспитанные… будет возможность приглядеться. Выбрать по своему вкусу и тщательно.
– Хм. Не боитесь?
– Чего?
– Пустить козла в огород?
Лорд Кларенс ухмыльнулся:
– Не боюсь. Капуста там весьма и весьма плотоядная выросла.
На миг между мужчинами проскочило нечто… понимание?
Нет, показалось.
– Император согласился. Указ еще не подписан, но если ты не против… поезжай, присмотрись… я искренне надеюсь, что мать успеет хотя бы порадоваться за тебя. Какие уж там внуки…
– Выкручиваете мне руки?
– Тогда я бы представил тебе подписанный указ. Ты такой же подданный его величества, как и я, как и все мы.
Рональд хмыкнул, не комментируя это утверждение. И насчет приказа, и насчет такого же, как все… Последний раз он посвящал родителей в свои дела семнадцать лет назад и не собирался возвращаться к этому сейчас.
– А что со старым ректором?
– Удар хватил.
– Да неужели? – ехидства в голосе Рональда было хоть соли.
И то… Вся столица знала, что жена ректора душевно огрела мужа кочергой, застав в кабинете с адепткой. В весьма недвусмысленной позе.
Так что – да. Удар хватил. Кочергой, да тяжелой, да по пояснице…
На скорое возвращение ректора к своим обязанностям рассчитывать не стоило. Даже магия бессильна в некоторых случаях.
– Ты согласен?
Рональд закатил глаза:
– Не хочется. Честно, не хочется. Но мать жалко. Приказ где?
– Завтра же подпишу у императора. Погостишь у нас денек?
– Погощу? Денек?
– До нового учебного года – три дня. Тебе стоит хотя бы за день приехать, принять хозяйство.
Рональд скривился, но выбора, судя по всему, у него не было:
– Что ж. Денек погощу, а завтра – в столицу. Телепортом, конечно?
– Разумеется.
Рональд хмыкнул. Телепорты были стационарными. И конечно, за несколько дней до начала учебного года столичный телепорт был расписан едва не по секундам. Но ради Аргайлов можно и нарушить правила, подвинув очередь. Герцог же! Не хвост собачий!
Что поделаешь? Отказаться? Нельзя – мать…

На следующий день примерно в это же время Кларенс Аргайл вошел в спальню к супруге, опустился на кровать и взял тонкую руку в свои – горячие и сухие.
– Дотти, он уехал.
Умирающая приподнялась на кровати:
– Точно, Рен?
– Абсолютно. Я лично проводил его до телепорта и ушел только после его срабатывания.
– Сигнализация?
– Все чисто.
– Слухачи?
– Ничего нет, я лично проверил.
– Можно выходить? – обрадовалась женщина.
– Да.
– Фу-у-у! Я уж боялась, у меня вся кожа слезет под этой гадкой краской!
– Дотти, выбора не было. Магией тебя замаскировать нельзя, мальчик неглуп, он бы это проверил в первую очередь. А краску магией не определить.
– Но чешется ужасно!
Женщина принялась водить мокрой губкой по лицу.
Первой сдалась пудра, потом румяна, тени, и наконец – воск.
– Не смотри на меня, я страшная.
– Ты у меня всегда очаровательна.
Женщина хмыкнула:
– Он и правда заклинание кастовал. Проверял, паршивец…
– Хорошо, что диагностические заклинания ему удавались через раз, – хмыкнул любящий отец. – То ли дело боевые.
– Наследственность у вас такая, у Аргайлов, – хмыкнула дама. – Вытащи кристалл из подушки, пожалуйста. Он ужасно неудобный…
– Как скажешь, Дотти, – отозвался герцог. И послушно принялся потрошить подушку, в которую тоже лично засовывал кристалл с заклинанием искажения.
Стоил кристалл дорого, размером был с кулак, так что надо его сразу и достать, и в сейф отнести. Его еще раз на десять – пятнадцать хватит, потом рассыплется, конечно, но ведь это потом.
А сейчас он свою функцию выполнил.
Рональд раз скастовал диагностику, два, а потом и уверился, что Дотти больна. Потому как кристалл успешно показывал кучу проблем, несовместимых с жизнью, вид у матери тоже был страдальческий, а больше никаких заклинаний и рядом не было.
Что ж. Поедешь ты, сынок, в Академию АКМ – ректором.
А уж я позабочусь, чтобы ты женился к концу года. Сколько гулять-то можно?
Хватит, опыт есть – пора внуков делать. Авось справишься.

Глава 1

…Его тело накрыло ее разгоряченной волной, и они сплавились воедино…
– Отдай книгу! Сели! Немедленно!
Лежащая на кровати блондинка протянула руку, но книжки не дождалась. Сели продолжала небрежно листать страницы.
Со стороны казалось, что она просто переворачивает их, но подруги отлично знали, что Селия читает. И более того, понимает прочитанное, может пересказать, едва ли не дословно, а потом и вспомнить. Через пару месяцев, например.
– Это что – пособие по металлургии? Сплавились они?
– Главное – не склещились, – меланхолично выдала в потолок третья девушка.
Красотки в комнате подобрались одна к одной.
На кровати лежала блондинка в лучших традициях любовных романов. С длинными золотыми волосами, огромными голубыми глазами, симпатичным личиком и прочими достоинствами весьма выдающихся размеров.
Книгу у нее отняла вошедшая в комнату рыженькая барышня. Невысокая, чем-то похожая на симпатичную умную мышку. Живое выразительное личико с остреньким носиком, стройная фигурка, большие карие глаза и длинная рыжая коса. Кончик косы она заправила за пояс, да так и забыла высвободить.
Третья девушка могла бы послужить натурщицей для скульптора, ваяющего богиню победы.
Высокая, пропорциональная, с фигурой прирожденной спортсменки, черноволосая и черноглазая, с коротко остриженными волосами и без малейших признаков косметики, она сидела на стуле, забросив ноги в кожаных штанах на стол, и даже чуть покачивалась.
– А, вот еще… мои каблучки громко цокали по лестнице, утопая в тишине зала…
– Селия, это роман! Ро-ман, понимаешь?
– Нет, не понимаю…
– Анна хочет сказать, что их читают не умом, а сердцем, – снисходительно пояснила черноволосая.
– Да! – подтвердила блондинка.
– А знаки препинания и падежи каким органом расставляют? – с чисто научным интересом поинтересовалась Селия.
– Вот уж не знаю, – брюнетка потянулась, немного не рассчитала, и если бы Селия не поддержала ее под локоть, свалилась бы на пол. – Спасибо.
– Не за что. Держи, Ани. Читай про своих металлургов-энтузиастов.
Анна задумалась, полистала книгу…
– Он таранил меня с неутомимостью молота, бьющего по наковальне, и мое тело извивалось в конвульсиях под невидимую мелодию…
– М-да, – впечатлилась уже и брюнетка.
Блондинка сунула книгу под подушку и вздохнула:
– Злые вы. Но что поделать, если книгу Розабелинды Отчаянной я уже дочитала, а новинка выйдет только через месяц?
– Почитать учебник? – предположила Селия. – Говорят, перед новым учебным годом это полезно делать.
– Вот еще! Не хочу! – в один голос отозвались подруги. И посмотрели на Селию. Даже ресницами попробовали похлопать. – Сели, ты же нам будешь рассказывать сказки на ночь?
– Куда я от вас денусь, – пожала плечами рыженькая.
«Сказки» она начала рассказывать еще неделю назад, благо программу знала наизусть. И учебники тоже.
Что сложного – рассказать подругам перед сном теорию кристаллов или агромагию…
И девочки вспомнят, и она сама повторит… сколько лет они уже так поступают?
Да уж лет пять.

Пять лет назад  
Было страшно.
До тошноты страшно, но Анна-Лиза только сильнее выпрямилась. Вот так! Она красивая, и она всегда будет храброй. Она папе обещала.
А мама ее отправила в академию, и она теперь будет здесь учиться, и жить здесь будет, и ей двенадцать лет, тот возраст, когда в ребенке просыпается магия.
В Анне-Лизе она вот тоже проснулась. Душевно так проснулась, половина города узнала.
День сложился неудачно…
С утра ее начали изводить сводные сестрички. Спрятали туфли и измазали платье.
Пока Анна-Лиза искала их и переодевалась, она опоздала к завтраку, и мама ее отчитала. И ничего вкусного ей не досталось, только холодная овсянка. Она и горячая-то не слишком съедобна была, а уж холодная, на воде – и вовсе склизкая гадость. Но отчиму варили только такую, у него вечные проблемы с желудком.
Потом мистрес Луиза рассердилась, потому что Анна перепутала короля Карла Первого и императора Карла Пятого. Хотя какая разница, если они оба уже давно умерли?
В результате Анне досталось линейкой по ладошкам, а это больно.
Обед тоже не задался, потому что подали суп из шпината, а у Анны от него всегда живот болел. Но съесть все равно пришлось…
После обеда тоже было плохо – живот болел, так что Анна лежала, читала и грустила. И книга тоже закончилась плохо, в ней все умерли.
Вот зачем пишут такие книги?
Правильно, чтобы портить настроение маленьким девочкам.
А девочки уже не такие и маленькие…
А вечером, когда она пошла в библиотеку, на нее налетел сводный брат. Или сводный гад, как она его называла про себя. Впихнул ее внутрь, прижал девочку к двери библиотеки и попробовал задрать подол.
Да еще и приговаривал какие-то гадости…
Анна-Лиза не зря читала романы. Что хотят парни от девушек она поняла – и испугалась. До истерики. До визга. До… до магии!
И как полыхнуло! То есть, простите, ливануло…
Анна-Лиза оказалась магом воды, да еще каким! Сильным, потенциально чуть ли не архимагом.
Наглого мальчишку снесло водой. А Анна собой уже не владела. Всплыло все.
На улице активировались фонтаны, прорвало водопровод в двадцати трех местах, залило половину домов и всю улицу, да еще и несколько соседних, затопило городской парк, рядом с которым они жили…
А Анна в этот момент лежала в обмороке в библиотеке. Выброс магии был такой, что она два дня проспала, а на третий проснулась и узнала, что ее отправляют в Академию АКМ.
Вот и стояла она во дворе, и было ей грустно. И… Ой!
– А ну, подвинься!
Мальчишка толкнул ее так, что Анна едва не упала. Больно было до ужаса. Главное, и места-то было много, и пройти он мог спокойно, просто Анна была страшненькая. В двенадцать-то лет! В сером платье-обдергайке, в чепце, в тяжелых грубых туфлях… Как одевали – так и выглядела.
А мальчик явно был сыном аристократа. Элегантным, в дорогой одежде…
– Ой… – повторила Анна.
А сделать ничего и не успела больше. Потому что парня развернули и с размаху треснули ему кулаком по носу.
– Ой, – сказал мальчик.
История повторилась.
Девочка, которая стукнула его, недолго думая добавила еще – и мальчик упал на попу. И повторил в третий раз:
– Ой…
– Что здесь происходит?! – прогремел с небес преподавательский голос.
Анна-Лиза поняла, что ей настал конец, и зажмурилась.
И дома-то ей розгами доставалось, а что с ней здесь сделают?
Огнем сожгут, как говорили в народе? Или вообще… драконам скормят? Ой… мама…
– Господин учитель, этот невоспитанный молодой человек ударил нашу подругу, – прозвенел чистый детский голос. – А мы за нее заступились. Это же неправильно, когда мальчики обижают девочек? Непедагогично?
Анна приоткрыла один глаз. Потом второй. Убивать ее никто не собирался.
Между преподавателем и Анной стояла невысокая рыжая девочка, уперев руки в бока, и взирала на него снизу вверх.
– А если девочки обижают мальчиков – это педагогично? – поинтересовался преподаватель.
И стало ясно, что он даже не злится. А едва-едва сдерживает смех… это Анна видела.
– Конечно. Мальчики должны защищать родину, а кого может защитить мальчик, которого даже девочки побили? – удивилась рыжая.
– Да я… Да мой отец – граф!!! – прорвало в этот момент мальчишку. И очень неудачно.
Рыжая развела руками, явно подражая кому-то взрослому:
– Вот! Целый графин! И такой беззащитный!
– Графин? – опешил преподаватель.
– Сын графа – значит графин! – наставительно произнесла рыженькая.
– А не график? – так же вслух поинтересовалась брюнетка.
– Виконт!!! – прорвало мальчишку.
Три девочки переглянулись между собой и в один голос произнесли приговор:
– Гра-фин.
Прозвище прилипло намертво.
Преподаватель прикусил губу:
– Так… пойдемте, господин виконт, я вас провожу к доктору.
Они ушли, а девочки остались.
Анна секунду подумала и подошла к рыжей:
– Спасибо.
– Не за что. Меня Селия зовут. А тебя?
– Анна-Лиза.
– А я Линда, – представилась вторая девочка.
– Давайте дружить? – предложила Селия.
– Давайте, – согласилась Анна-Лиза.
– Давайте, – кивнула Линда. – А если нас кто-то обидит – я его еще раз стукну.
Так они и дружили уже пять лет.
Делили на троих одну комнату, беззлобно подсмеивались друг над другом, помогали подругам на зачетах и экзаменах, вытирали слезы и сопли… Подруги!
Как много в этом слове!
От одолженной на свидание кофточки до съеденного вместе пирожного. И плевать на все диеты мира!

Что такое Академия АКМ?
Почему она вдруг – АКМ?
Так все просто. Академия адептов, колдунов и магов.
Поступил – адепт, отучился шесть лет – колдун, закончил магистратуру (плюс еще три года) – маг.
Академия была старейшей в империи Франд.
Старейшей, знаменитой, очень респектабельной – и славящейся своими выпускниками. Знания в академии вдалбливали на совесть.
А еще сюда принимали только аристократов.
Из Франда, из соседнего Вигора, из Ардена, разве что из Оркриста к ним не ехали, но тому были свои причины…
Злые языки судачили, что этим и объясняется известность выпускников. Понятное дело, если у родителей есть титул, то абы куда их чадушко не пошлют. И проследят, и приглядят…
Понятное дело – сплетни.
Академия предоставляла полный пансион на десять месяцев в году. На два месяца детей распускали по домам – по желанию.
Наши героини всегда оставались на лето. Желания ехать домой не было ни у кого из них.
У каждой были свои печали, свои горести, честно поделенные на троих…
Познакомимся с ними поближе? И с горестями, и с девушками.

Итак, Селия Анетта Мария Лиасон.
Семнадцати лет от роду, волосы рыжие, глаза карие, по утверждению всех знакомых – заучка, зубрилка и зануда. Только при подругах так лучше не говорить – целее будете.
Дочь графа Лиасона. Седьмая дочь. Это вдобавок к четырем сыновьям (граф Лиасон при всей древности его рода был прозван соседями Кроликом; он страшно ненавидел это прозвище и кроликов заодно).
Приданое?
Да граф вообще собирался младших дочерей (или старших), кто останется перестарком, спихнуть в монастырь. Туда тоже деньги нужны, но меньше, меньше…
Двух старших у него получилось выдать замуж за бедных соседей, еще двух он таки отдал в монастырь, одна сбежала, одна пока жила с родителями, а Селия…
Селии повезло дважды.
Она родилась магом огня – это было ее первым везением. Дар был не слишком сильным, но девочка не отчаивалась. Не всем же огненный шторм вызывать, можно и бочку с порохом искоркой поджечь. Так, к примеру. И есть чары, где мастерство важнее силы.
Вторым везением была мистрес Лиан.
Престарелая, еще мамина гувернантка доживала свой век в замке графа Лиасона. Ни у кого не поднималась рука выгнать старушку.
Слушать ее? Слушаться? Да вы смеяться изволите?
Дети графа носились по замку, отмахивались от старушки, устраивали разные пакости и побаивались только отца, который мог выпороть любимое чадо розгами. Неважно, которое по счету чадо. Замок стоял в березовой роще, розог на всех хватало.
Селия родилась тихой и достаточно спокойной. Вот ей-то вся наука и досталась.
Именно мистрес Лиан обнаружила, что девочка – маг. Именно ей пришла в голову идея с Академией АКМ.
А поскольку обучение в академии было бесплатным… Не вполне бесплатным, но – на договорной основе. Хочешь – оплачивай обучение. Хочешь – учись на одни отличные оценки. Тогда тебе будут платить стипендию. А с академией можно заключить договор. Отработаешь сумму, потраченную на твое обучение, – и свободен.
Работать придется по распределению, да и зарабатывать будешь не так чтобы много, но ты же маг! Подработать всегда можно…
Селия это знала. А потому все пять лет учебы была зубрилой, отличницей и светочем знаний. В том числе и для своих подруг.
Она получала стипендию, она собиралась в магистратуру, она проводила дни в лаборатории – и ничуть об этом не жалела. Ее все устраивало.
Домой она не ездила.
Мистрес Лиан писала девочке длинные письма, Селия писала такие же в ответ. Старушку она искренне любила.
Вся остальная семья?
Родители не замечали отсутствия тихой и спокойной дочери. Братья и сестры были заняты собой. Стоит ли ехать, тратя на дорогу крупную сумму, которую еще и не пришлют из дома, и месяц времени?
Мистрес Лиан уверяла, что не стоит.
Селия училась, думала, где бы подработать, и планировала, как только получит диплом, забрать тетушку Ли к себе. Немного уже осталось.

Линда Арана Далг была незаконнорожденной.
Черноволосая и черноглазая, белокожая и задумчивая, в детстве она была типичным гадким утенком. Нескладным, худым и в прыщах.
Драться ей это ничуть не мешало. И безжалостно лупить всех, кто пытался ее дразнить, – тоже.
Отцом ее был комендант приграничной крепости, лэр Винон Далг, а матерью – ританская танцовщица. Ританки – дамы ветреные и долго оставаться на одном месте не склонные. А потому танцовщица прожила с Виноном целый год, родила ему дочку, а когда малышке было полгода – сбежала.
Ребенка она с собой не взяла.
Кто-то шептался, что она пыталась сбежать с ребенком, но комендант отобрал малышку, а саму танцовщицу задушил и сбросил в колодец.
Так это или не так – Линда не знала. Обычно на подобные слухи она отвечала пинком в колено – пока была маленькая выше не дотягивалась. Потом отец научил ее бить «двоечкой» в печень и в нос (место не принципиально, главное – чтобы оппонент проникся и скорчился) в ответ на «попрание дворянской чести». Линда так и поступала.
Сомнения? Интересное слово. Но – и только. Сомнений как раз у нее не было.
Воспитание в приграничной крепости было соответствующее. Его не было.
Зато девочка прекрасно стреляла из рогатки (лука, арбалета и даже новомодного пистоля, который отец получил в награду от самого командующего за верную службу империи), фехтовала, скакала верхом, дралась, не обращая внимания на пол и возраст противника, и ругалась так, что лошади краснели.
Линду все устраивало, коменданта – тоже. Винон так и не женился, но дочь признал, любил и заботился, хотя и на свой лад.
Когда у Линды обнаружился дар мага земли, он даже загрустил немного. Но девочку надо было обучать. Он подумал немного и написал прошение о зачислении дочери в академию.
Свободное место оказалось в Академии АКМ.
Да и какая разница? Дворянка? Да. Незаконнорожденная? Это уже детали. Главное, титул есть, остальное неважно. И семья хорошая, Далги уже триста лет короне служат, есть чем гордиться.
Линда домой не ездила. Далеко. Крепость на границе, мало того, что там неспокойно, так еще и не доедешь. Месяц, не меньше.
Месяц ехать, побыть дома два дня и обратно? Бессмысленно.
А телепорты очень дороги, да и нет их на границе. Только военные и дико загруженные. Так что Линда тоже оставалась на каникулах в школе.

Анна-Лиза Марион Эресаль.
Единственная дочь барона Эресаля. Но и тут были свои тонкости.
Когда престарелый барон женился на молодой девушке, никто не шушукался – дело понятное.
Когда девушка родила ему единственную дочку – тоже ничего страшного.
А вот когда погиб в приграничной стычке старший сын барона, а несчастный случай унес жизнь младшего – тогда соседи и зашептались.
И не зря. Барон умер от горя. Но… Спокойно умереть он не мог. И оставить все свое состояние вдове, как приличный человек, – тоже.
Все деньги, все поместья, которые у него были, а было не так и мало, он завещал дочери. Или по достижении той двадцати лет, или если она выйдет замуж раньше.
Условие – супруг должен быть с титулом не ниже графского, а один из детей, рожденных в браке, получит титул барона Эресаля.
До той поры Анне-Лизе назначается небольшое содержание.
Ее матери? Большая благодарность и ежемесячная выплата. Дом в городе и свобода действий. Ищи следующего супруга, дорогая, с этого больше ничего не получишь…
Танна Эресаль и нашла.
Следующий супруг ее был нетитулован, зато богат. И с тремя детьми от первого брака – сыном и двумя дочерями. Для Танны это было важно, вследствие неудачных родов детей она больше иметь не могла.
Дочь она не любила, в чем-то завидовала, в чем-то злилась… и конечно, не обращала внимания, когда девочку тиранили сводные брат и сестры.
Когда Анна-Лиза оказалась магом воды, не обрадовался никто. Но что-то же делать надо было? И Танна отправила девочку поступать в академию. В столицу.
Происхождение у малышки было аристократическое, сил много, пансион требовался… выбор был очевиден.
Анна-Лиза честно съездила домой, когда ей исполнилось тринадцать лет. И вернувшись, поблагодарила подруг. Селию – за подготовку, Линду – за тренировки…
Адепт? Будущий маг воды, и очень сильный.
Только вот нигде не сказано, что с магом нельзя справиться. Так их и одолевали – громадьем, многолюдьем…
Анну-Лизу подстерегла компания ее сводного братца. Восемь мальчишек.
Схватили за руки и за ноги, зажали рот, хорошо еще, не оглушили… не успели.
Тут и пригодилась наука Линды.
Что-что, а вырываться из захватов дочь коменданта крепости умела. И подруг научила на совесть. Вот Анна-Лиза и сделала правильно.
Вывернуться, отскочить – и схватиться за кристалл, над которым колдовали все подруги.
Кристалл принадлежал Линде, заклинания нашла Селия, силой их напитывала сама Анна-Лиза…
Мальчишки обзавелись ожогами от огненных искр, синяками от летящих камней, промокли насквозь от ледяной воды…
Лечили их долго.
А Анну-Лизу отправили в академию в тот же день. И убедительно попросили больше домой не приезжать до конца учебы.
Мало ли что… Мало ли кто.
Анна-Лиза вняла и не приезжала. Сдался ей тот дом три раза, овсянку она и в академии прекрасно поест.

– Девочки, вы в курсе, что у нас будет новый ректор? – Селия отслеживала все новости по учебе. Ей это было жизненно необходимо.
– Такой же козел, как и старый? – лениво поинтересовалась Линда.
– Пока неизвестно. Не хотелось бы…
– Надеюсь, что нет, – Анна потянулась на кровати и встала, сунув ноги в туфельки.
– Да, не хотелось бы, – согласилась Линда.
Предыдущий ректор был вот именно что козлом.
Ненасытным и озабоченным. Или как это у козлов называется? Гон?
Когда гребут под себя всех, кого видят, и требуют добавки.
Справедливости ради, козлом он был весьма разумным. Не лез туда, где можно было найти проблемы на свои рога, не спал с теми, кто был сильно против, никого не загонял в стойло силой. Так что девушки даже немного грустили.
Лучше уж предсказуемый козел, чем непредсказуемый… кто? Какое животное подкинет им судьба? Страшновато как-то…
– Девочки, вы только посмотрите!

Анна, как раз глядящая в окно, и заметила это  первой.
Розовый костюм. Ярко-голубой жилет.
Громадный бант оттенка молодого салата и такие же туфли. Трость с набалдашником, которым можно было пробить дырку в полу. Камень размером с кулак, который его увенчивал, был подозрительно прозрачным и искрился на солнышке.
– Это хрусталь? – прищурилась на камень Селия.
– Это мужчина? – прищурилась на владельца трости Анна.
– Это крестец, – подвела итог Линда.
И мысленно подруги с ней согласились.
Если это ректор – таки да. Это крестец. Полный, законченный и крестцовый.

Мысли подруг полностью совпадали с мыслями новоявленного ректора.
Крестец? Да он всю анатомию вспомнил, которая ниже пояса, и еще присочинил.
Аудиенцию у императора он не получил – не тот повод, чтобы император снисходил до беседы, у него и без всяких там Аргайлов дел по горло.
Зато к Рональду снизошел министр образования.
Посмотрел на оппонента, как на коровью лепешку, которую ему в кабинет притащили, вздохнул и поинтересовался:
– Вы хоть когда-нибудь преподавали?
– Никогда, – браво ответил Рональд.
– Понятно… может, в армии служили?
– Никак нет! Пацифист по жизни, – Рональд и не думал стесняться.
А что ему? Не он это начал!
– Дрессировкой диких животных увлекались?
– Нет. А надо?
– Если вы идете ректором в Академию АКМ – надо бы. Вы хоть маг?
Рональд неохотно кивнул:
– Маг…
– А чем владеете?
– Боевик.
– И в армии не служили? – Лицо чиновника выразило явное недоверие.
Рональд похлопал глазками и сделал губки бантиком:
– Я мирный боевик.
– А специализация?
– Засекречено.
– У меня четвертая степень доступа.
– А надо вторую. Минимум.
Чинуша покачал головой. Потом в маленьких глазках загорелось злорадство:
– Я о вас запрос отправлю.
– Не стесняйтесь, – благодушно согласился Рональд. – Могу даже подсказать куда. Королевский дворец. Их величеству лично. Или – главе тайной службы.
– Пфф…
Судя по лицу, отправить запрос чиновник мог. Но был хороший шанс, что запрос тоже отправят. В мусорную корзину.
– Может, вы в разведке работали?
Рональд прижал палец к губам:
– Только тсс!
Лицо чиновника выразило сомнение:
– Не уверен, что вам это поможет.
Рональд развел руками. И уже сам поинтересовался:
– А что – все так плохо?
– Да как вам сказать… не переживайте. У нас еще две кандидатуры есть на это место.
Вот после этого Рональд переживать и начал.

Подписать шесть стопок бумаг – подписал.
Получить на руки инструкцию, которой слона убить можно, если прицельно стукнуть, – получил.
Устав академии – получил. Изучать, правда, будет потом. Там такой талмуд… в две инструкции толщиной. Наверное, что-то очень важное написано.
Да вот на первой же странице: «Ректор академии должен внушать почтение одним своим видом…»
Рональд в этом и не сомневался.
Форму… ладно. Форму – по желанию.
Аванс – если это аванс… м-да.
Рональд подумал, что тигров дрессировать выгоднее. Их, если что, можно на шкуры продать. А адептов?
Интересно, найдется такой дурак? Один точно нашелся, можно в зеркало полюбоваться… может, еще и обойдется?
Увы, Рональд точно знал, что не обойдется. Сам в это ввязался.
Но маму жалко… Мать он любил.
Семья у Аргайлов была небольшая, но очень знатная. И денег в доме хватало.
Когда у Дороти Аргайл последовательно родилось два сына – сначала Рональд, а потом Эрвин, – лорд Кларенс был счастлив. Он закатывал праздники, обожал жену и детей, таскал малышей на руках, лично играл с ними, что уж вовсе немыслимо…
Леди больше любила старшего сына, лорд, как ни странно, младшего. Забавно, что внешне Рональд был копией отца, а Эрвин – матери.
А вот внутренне…
В кого пошел Эрвин? Так сразу и не скажешь, в большую кучу навоза, наверное, но откуда такое в родне?
К очаровательной внешности прилагался редкой гадостности характер. Склочный, завистливый, подлый, хоть на выставку в качестве эталона. И табличку: «Поганец обыкновенный».
Рональда он подставил, когда тому было шестнадцать, а Эрвину соответственно почти пятнадцать. После чего мальчишка хлопнул дверью, ушел из дома и прекрасно жил все эти семнадцать лет.
Ладно. Не все прекрасно, но все вполне самостоятельно.
Ладно. Сегодня выспаться и собрать вещи, а завтра с утра в академию. С дикими тиграми, то есть адептами.

Как должна проходить встреча старых друзей? Камин, вино, неспешная беседа…
Камин и вино присутствовали. А вот беседа…
– Вы меня по миру пустить хотите, ваша светлость?!
– Все равно тебе ничего не отломится, а так хоть десять процентов, но получишь.
– Разоряете! Без ножа режете! Пятьдесят!
– Смеешься?
– Ладно… сорок пять. Но вы просто ставите камень на моей могиле!!!
Судя по лицу герцога – камень был бы дешевле. Даже из дорогого оркристского мрамора.
– Думаешь, девчонка вам хоть крошку от пирога отломит?
– Ваша светлость, сорок! Но это мое последнее слово.
– Если бы и правда последнее…
– Хоть вы и герцог…
Попытка отчима изобразить благородное негодование, вызвала только смешок:
– Вот именно. Герцог. И могу натравить на вас несколько проверок. Что там на самом деле с имуществом вашей падчерицы, Шинор?
Куда и возмущение делось…
– Вы этого не сделаете, ваша светлость.
– Не сделаю, Шинор. Но я надеюсь, мы договорились?
– Тридцать процентов…
Герцог начал демонстративно подниматься из кресла.
– Ну, хоть двадцать! – Голос отчима Анны-Лизы стал просящим. Молящим даже.
Жить хотелось… Да, бывает и так. Вроде бы ты богат, но до определенных пределов.
Женишься на вдове в надежде прирастить капитал – а она, оказывается, вовсе и не богата. Деньгами распоряжается падчерица. Будет распоряжаться.
С другой стороны, когда ей еще двадцать лет исполнится…
С третьей…
А что отвечать герцогу, который приходит и просит руки падчерицы для своего сына?
И не ответишь отказом. Он тебе так жизнь попортит, что проще самому будет повеситься. И как только узнал? Вроде бы жили тихо-скромно, падчерица в академии, еще год точно есть, чтобы что-то придумать…
– Десять процентов. И это мое последнее слово, Аркен.
Шинор опустил плечи. Десять процентов приданого не решали его проблем. Но… это всяко лучше, чем ничего.
– Хорошо. Вы мне не оставляете выхода, ваша светлость.
– Не оставляю, – кивнул Аргайл. – Извольте вызвать падчерицу домой, мне надо с ней поговорить.
– Завтра же вызову, – согласился Шинор. – Не извольте сомневаться, ваша светлость.
– Завтра после обеда я буду у вас. И хочу поговорить с леди Эресаль.
– Конечно, ваша светлость.
Подобающее число поклонов, расшаркиваний, уверений во взаимной симпатии.
И совсем незаметная искорка злорадства в глазах Аркена. Меня ты подмял. Теперь попробуй договориться с этой мелкой гадиной!

Что должен сделать ректор академии? Отметить назначение? Закатить гулянку для друзей?
Если бы! Он обязан принять дела. И вот это – реальный кошмар.
Акты, ведомости, отчеты, сводки, схемы, планы, программы…
Пятнадцать минут потребовалось Рональду, чтобы дойти до отчаяния.
Через три часа он задумался о самоубийстве.
К концу рабочего дня он выставил всех из кабинета, уронил голову в ладони и глухо застонал.
Заплакал бы, да вот беда – даже на слезы сил не осталось.
Он сам. Сам на это согласился.
Рональд немного подумал, а потом достал из-за голенища сапога небольшую флягу и от души отхлебнул. Благородный коньяк упал в желудок, как вода.
Зачем, зачем он только согласился?! Ради матери… Но сил же нет!
Рональд огляделся, потом тихо-тихо, на цыпочках, подкрался к входной двери – и повернул ключ в замке. А потом еще и засов задвинул. Хороший, металлический… Что б предыдущему ректору им пользоваться, глядишь, и не пришлось бы Рональду так мучиться.
Вовремя. В дверь постучали – и Рональд шарахнулся от нее как черт от ладана.
Хватит!!! Сегодня он больше не выдержит… А как выйти из кабинета? Телепортом? Нет его… И потайного выхода тоже нет. Значит, через окно.
Рональд решительно распахнул створки и выглянул наружу.
Смеркалось. Напротив окна стояло, приветственно помахивая ветвями, высокое дерево. Грех не воспользоваться случаем. Так оно удачно стояло…
Или все-таки… Рональд на цыпочках подкрался к двери. Прислушался.
– …Был там!
– А чего не открывает? Или он там не один был?
– Один, точно!
– Ладно, я сейчас еще постучу.
– Мистрес Варейн, может, до завтра?
– Как это до завтра?! Это бухгалтерская отчетность! Это не какие-то финтифлюшки, а серьезная документация!
– Может, дверь случайно захлопнулась… надо бы к завхозу… если документация…
Рональд содрогнулся – и так же, на цыпочках, направился к окну.
Хватит с него на сегодня отчетности. А мистрес Варейн с ее необъятным бюстом, прической королевских размеров и платьем в обтяжку ему скоро в кошмарах сниться будет!
Допрыгнет?
Допрыгнет! Учитывая альтернативу – птицей долетит! Рональд встал на подоконник, примерился – и прыгнул.

– Я атанор не выключила!
Линда посмотрела на подругу с укором:
– Селия, что с ним случится?
– Лин, у меня там результат экспериментов…
– Ну куда ты на ночь глядя?
– Надо.
Линда покачала головой, глядя на подругу, которая лихорадочно одевалась:
– До завтра оно никак не достоит?
– Мы эту серию опытов еще месяц назад начали. Лин, я мигом…
Линда покачала головой и тоже принялась одеваться:
– Цыц. Подожди меня, а то графин наш приехал.
Анна-Лиза наморщила нос.
Тот самый графинчик, который послужил причиной их дружбы, так и не успокоился за последние пять лет. Пакостил он постоянно, неутомимо и изобретательно. За что регулярно бывал бит Линдой.
А последнее время вообще распоясался.
Собрал себе компанию друзей-приятелей и начал задирать девушек уже не как врагов, а именно как девушек.
И тут начинались проблемы. Можно ли от него отбиться? Можно. Но при этом дурака придется или покалечить, или убить. А Селии этого делать нельзя, ни в коем разе.
Угрызения совести? Чушь! Аспирантура! Если она получит хоть одно, хоть крохотное замечание в личном деле, на аспирантуру можно и не рассчитывать. А аспиранты – это совсем другой уровень.
Это стипендия, на которую можно не существовать, а жить, это собственный домик на территории академии, это деньги на наем помощницы по хозяйству, на которые Селия рассчитывала перетащить к себе мистрес Лиан. Одним словом – Селии нельзя было нарываться.
А вот Линде можно. Знал ли об этом графинчик? Безусловно!
А потому подруги и встречали, и провожали Селию, и ходили везде вместе.
Вот и сейчас Анна-Лиза начала подниматься с кровати…
– Сиди, – отмахнулась от нее Линда.
– Но вы…
– Да ладно! Мы туда и обратно, это быстро.
Анна-Лиза посмотрела вопросительно. Вставать с кровати, в которую она уже улеглась, и отрываться от очередного романа не хотелось, на улице было промозгло и гадко, а рядом, на столике, ждали своего часа несколько конфет и чашка с горячим чаем…
– Правда-правда, – подтвердила Селия. – Мышками проскользнем.
– Если что – зовите, – Анна-Лиза улеглась обратно и демонстративно вытащила из тумбочки небольшой кристалл кварца. Поставила рядом с собой на специальную подставку.
Девушки переглянулись. Так уж распределились роли в их троице.
Линда была типичным боевиком. Ее магия настолько удачно сочеталась с фехтованием и боевыми приемами, что даже преподаватель боевки, постоянно ворчавший «баба с мечом – курица в полете», и тот прикусывал язык. Связываться с Линдой не рисковал никто – дело могло кончиться плохо и быстро.
Вообще закончиться.
Селия была не слишком сильна магически. Но знаний у нее хватало на сто человек. Мало того, она не просто зубрила. Она познавала – и могла применить, могла сделать выводы, могла изобрести нечто принципиально новое…
Теми силами, которые были даны ей от природы, она распорядилась с максимальной отдачей.
Анна-Лиза? Казалось бы, слабое звено, любительница плюшек и романов? Ан нет.
Селия полагала, что в роду Эресаль была или русалка, или озерная дева, или еще какой-то водный дух… сил у Анны-Лизы было столько, что академию она бы смыла, как лист бумаги в канализацию. Сейчас она бы даже в обморок после этого действия не упала.
А уж призвать с десяток водных элементалей для защиты себя и подруг… Да движением пальчика!
Мага можно одолеть численностью, да. Чтобы одолеть данного конкретного мага, потребовалось бы тысяч двадцать людей. Может, даже и побольше.
Впрочем, потенциальный противник мог так и не тратиться. Хватило бы и одного паука средних размеров.
Грозный архимаг воды боялась их до истерики. И забывала все заклинания. Поэтому, кроме подруг, ее секрета никто и не знал. Ни к чему.
Девушки накинули плащи и вышли в сгущающиеся сумерки. Им надо было в алхимический учебный корпус.

– Сократим дорогу? – предложила Линда.
Селия кивнула.
К алхимическому корпусу от общаги можно было пройти двумя путями. Или по мощеным дорожкам, но это дольше. Или спрямить дорогу по газонам мимо административного корпуса.
Если бы с ними была Анна-Лиза, девушки выбрали бы первый путь. Без колебаний. Подруга обожала модную обувь, а ее туфли вызывали зависть у всех окружающих. В таких по траве не походишь.
Сапоги самой Линды и практичные ботиночки Селии подходили для любой погоды и любой местности. Хоть по горам лазь, если в голову такая фантазия придет.
Девушки накинули плащи и бодро зашагали по траве. Преподаватели почему-то не одобряли «народную тропу» и ругались. А в плащах… Ночью все адепты на один плащ. Особенно казенный.

Рональд удачно перепрыгнул на дерево и приземлился на большую ветку. Пополз по ней к стволу. Ветка опасно подрагивала под его весом, но вроде бы ломаться не соби…
Накаркал! Сволочная ветка именно что хрустнула и обломилась.
– Ой… – сказал ректор и полетел вниз. – … ля.
Вторая часть спича родилась после приземления на другую ветку. И очень неудачного приземления.
Рональд понял, что – застрял? Кажется, да… Подвигался в разные стороны, чтобы оценить ситуацию. М-да, неудачно вышло. Какая-то деталь костюма намертво зацепилась за дерево. И ректор попал в сложную ситуацию.
Дернуться? А если на ветках останется примерно половина костюма? В иллюзиях он не силен, мягко говоря. А ему еще надо будет попасть в свой дом.
Идти туда достаточно далеко, если кто заметит – не отмоешься от позора.
Применить к дереву магию? Да он в любой момент мог испепелить чертову деревяшку! Но вряд ли это спасет и его, и костюм.
Позвать на помощь? Идите вы с такими предложениями… за помощью! Пусть над вами потом вся академия ржет.
Рональд находился в некотором размышлении, а потому…
– Давай быстрее…
– Лин, у меня ноги, а не ходули…
– Вот и перебирай ногами побыстрее!
– Я стараюсь… ой!
Девушка оскользнулась на траве, машинально схватилась за локоть подруги, чтобы не упасть, запрокинула голову – и…
– Ой!
– Что?
– Линда… там…
Линда подняла голову:
– Ой, твою мать!
Потом заинтересованно обошла вокруг дерева. И хотела уже в полный голос поинтересоваться, что тут происходит, но ее опередила Селия.
Нарисовала в воздухе руну замыкания, образовала небольшой купол, накрывший двух девушек и дерево, добавила скрыт и тишину…
Рональд ощутил искреннюю благодарность к сообразительной адептке.
– Все, можешь говорить. Нас не услышат.
– Да? – обрадовалась Линда. – Отлично. Мэстер, а что вы там делаете?
– Попугаев развожу, – огрызнулся Рональд, которому терять уже было нечего.
Селия фыркнула, а Линда не растерялась:
– Как лохов? И многих вы уже развели?
– А вы их видите?
– Нет.
– Вот и я не вижу. Закончились птички. Поможете мне спуститься?
Линда фыркнула:
– Селия, ты сможешь снять с дерева предводителя попугаев?
– Мм… а как вы туда попали и что вас держит? – логично поинтересовалась девушка.
– Спрыгнул из окна. Зацепился костюмом, – лаконично объяснил Рональд.
– Линда, тебе придется лезть.
Селия тоже не стала разъяснять детали.
Заклинание она бы уничтожила. Но что делать с неудачно зацепившимися штанами? Только вручную отцеплять…
Эх, не всесильна еще магия, нет, не всесильна…
Линда фыркнула, сбросила плащ в руки подруге и полезла вверх.
Через минуту она устроилась на соседней ветке и принялась отцеплять камзол и ленты от сучьев. Потом вздохнула – и достала нож из сапога. На землю полетели безжалостно срезанные ветки.
– Надеюсь, вы мне ничего ценного не отрежете? – забеспокоился Рональд.
– Если только хвост купирую, – успокоила его Линда.
– С этим и до вас прекрасно справились, – парировал Рональд, ощущая себя дураком. Но…
Лучше уж две адептки, чем вся академия. Может, с этими договориться можно будет?
– А что ж вас на дерево потянуло? Я думала – зов предков, – фыркнула еще раз девушка.
– А вас бы куда потянуло от мистрес Варейн? – огрызнулся бедолага-ректор.
Линда отсекла последнюю уцепившуюся за ректора ветку и ухмыльнулась:
– Понятно… Она дама любвеобильная…
– С этим я бы справился, – вздохнул Рональд, ощущая свободу. – Но бухгалтерские ведомости…
– Подпишите, не читая.
– Нельзя.
– Испепелите.
– Тоже нельзя.
– Тогда страдайте, – решила Линда, спускаясь вслед за ректором на землю.
– Благодарю за разрешение, дамы. И за помощь. Вы очень любезны.
– Что вы… не стоит благодарности, – покраснела Селия.
– Стоит, – тут же решила Линда.
– Лин!
– Сели, я что – обезьяна?
– Линда, это нехорошо.
Линда вздохнула и развела руками:
– Не стоит благодарности, господин… кстати – как вас там?
– Рональд Аргайл. К вашим услугам, дамы.
– Наследник герцога Аргайла? – Селия знала и такие мелочи.
– Не наследник. Но – сын. Скажите, я могу рассчитывать, что это происшествие останется между нами?
– Можете, – пообещала Селия.
Линда вздохнула:
– Ладно. Если Селия считает, что так нужно…
– Считаю, – кивнула подруга.
– Благодарю вас, девушки. – Мужчина раскланялся по всем правилам и поцеловал сначала нежную ручку рыженькой, пахнущую химикатами, потом такую же нежную ручку брюнетки, измазанную лиственным соком. – Может быть, представитесь?
– Селия Лиасон. Это моя подруга – Линда Далг, – не стала скрывать очевидное Селия.
– Я ваш должник, дамы, – честно сказал Рональд. – Я могу вас проводить?
– Не стоит, – в один голос отказались девушки.
Рональд и сам так думал. Но предложить был обязан – ох уж это воспитание.
– Тогда – всего наилучшего.
Селия жестом сняла купол и ответила:
– И вам тоже, мэстер Аргайл.

Анна-Лиза лежала на кровати и упоенно читала роман. Сначала читала, потом плюнула и просто принялась перелистывать страницы. Сосредоточиться никак не получалось.
Тяготило предчувствие чего-то нехорошего…
Но что может произойти? Вот же плюшка, чай, кровать, интересная книжка…
Увы, общение с подружками не прошло даром.
«…Ее гордо выпяченный подбородок плавно переходил в лебединую шею… Он взял ее руку – и между ними потекло нечто теплое и влажное… Раскрыв глаза, Белинда обнаружила, что обмоталась вокруг Айрена…»
Девушка потрясла головой, прогоняя прочь видения головы красавицы на лебединой шее, описавшихся от избытка чувств влюбленных и Белинды-удава. Или это она шеей? Лебединой?
Ох, лучше о таком на ночь и не думать, еще приснится.
В дверь постучали.
Предчувствие царапнуло когтями. Анна-Лиза встала и отправилась открывать. На всякий случай и заклинание приготовила, чтобы поздороваться.
Но на пороге обнаружился племянник коменданта общежития.
Рыжий и вихрастый Алек по умолчанию был неприкосновенен. Он приносил почту и бегал в столовую, он ходил в город за разными незапрещенными вкусностями и важностями, он был в курсе большинства сплетен – и Анна-Лиза подозревала, что через годик-другой Алек передаст этот пост или своему брату, или еще какому-нибудь родственнику. Зарабатывал он на своих услугах очень даже неплохо.
– Что случилось, Алек?
– Вам письмо, мистрес.
Анна-Лиза поблагодарила, наградила гонца медяком и закрыла дверь. И только тогда распечатала письмо.

Анна-Лиза Марион Эресаль! 
Завтра ждем тебя на обед. Телепорт оплачен в обе стороны. 
Шинор и Танна Аркен 

И все. Коротко, лаконично, и без капли чувств…
Родители? Сволочи вы, а не родители.
Анна-Лиза вспомнила простыни, которые писала Селине ее мистрес Лиан, вспомнила короткие, с оказией передаваемые записочки от лэра Далга, полные любви, и решительно скомкала письмо от родителей.
Интересно, ее родной отец так же относился бы к ней? Барон Эресаль? Или он хоть чуть-чуть, но любил бы ее?
А, наплевать! Без уродов обойдемся! И запомните, как вы ко мне – так и я к вам. Уж страдать я точно не буду, даже если после окончания академии вас никогда не увижу. Я уверена!
Хотя все равно было немного обидно.

Подруги вернулись довольные. И Анна-Лиза от души посмеялась, слушая, как ректор разводил на дереве попугаев.
– А меня вызывают родители. Завтра, телепортом…
– Это чего их разобрало? – прищурилась Линда.
– Не знаю.
– А я бы задумалась, – кивнула Селия. – Телепорт – дорогое удовольствие. И если кто-то его оплатил…
Анна-Лиза побледнела, осознавая.
– Думаешь…
– Я бы подозревала самое худшее.
Замужество. Девушки переглянулись. Не то чтобы замужество было их самым страшным кошмаром, но… тут уж так. Смотря за кого выдадут.
Любовь? Любовь может возникнуть и в браке, это полбеды.
А как насчет понимания, уважения, да элементарно – подходящего возраста? Если Анне-Лизе двадцати нет, а ей подберут шестидесятилетнего старика? Есть желающие начать с таким супружескую жизнь? И получить счастье?
Ах, нет… То-то и оно.
А есть и еще более «приятные» варианты. С наследственными болезнями, со своеобразными увлечениями… Не надо думать о плохом? Вот о нем-то и надо думать! К нему и надо готовиться!
Обойдется? Порадуемся. А если нет – будем готовы и встретим напасть во всеоружии.
Девушки переглянулись.
Селия потерла кончик носа:
– Так, я завтра с утра в лабораторию. Пока еще занятия не начались, пара дней у нас есть. Анни, давай все побрякушки, заряжу потихоньку.
– И мои тоже, – Линда решительно сняла с шеи гроздь амулетов и сунула их Селии.
– И твои тоже. Опять до последнего протянула?
Линда развела руками.
Ну да. Чтобы зарядить амулеты, надо было сидеть, медитировать и медленно, осторожно, по капле сливать в них силу… лучше уж триста раз отжаться!
Селия могла это сделать в лаборатории, там стояли преобразователи и накопители, но если она попадется – преподаватели будут ругаться.
Самим надо, самим…
– И когда я вас только приучу, – вздохнула Селия.
– Не занудствуй! – в один голос рявкнули подруги.
Селия гордо фыркнула в ответ, но занудствовать перестала.

Глава 2

– Вы издеваетесь?!
Орал Рональд час назад. Сейчас у него уже сил не осталось, он мог только сипеть. Но вышло очень угрожающе.
То ли покусает сейчас, то ли помрет, кто его знает?
Первый заместитель, он же преподаватель по боевке, грустно развел руками:
– Сами не знали.
– Что за… и…?!
Судя по глазам преподавателя, он был солидарен с ректором. Но кто ж их спрашивал?
В академию направлялась делегация орков. Ладно бы просто посмотреть, так нет же! Учиться! Хотя орки и учеба? Как вода и масло. Смешивать можно, но безрезультатно.
Да-да, как легко догадаться, из Оркриста. Дипломатические отношения с орками были… Да не было их, считай!
Отвратительные они были и сводились в основном к приграничным стычкам. Воевать с Оркристом было сложно – не страна, а сплошные горы. Равнин – раз-два и обчелся.
А по горам – поди побегай. Да и магами орки были не из последних.
С другой стороны, они не верили в Единого Творца, не освящали новорожденных, являлись темными тварями из-за своей склонности к некромантии.
А по-простому, у них в горах были найдены залежи арцита – редчайшего кристалла, который легко принимал и отдавал магию и использовался для амулетов-накопителей и кристаллов для телепорта.
Стоили кристаллы столько, что одной их горстью можно было себя на всю жизнь обеспечить. Вот и шла война.
Рональд был в курсе происходящего. И переговоров, и заключенного союза между императором Франда и союзом вождей Оркриста. Решение было простым.
Арцит поставлялся по сниженной цене и только для империи Франд (контрабанда все равно будет, но торговать выгоднее, чем воевать).
Империя взамен поставляла в горы продовольствие. Также по сниженным ценам.
А для полного успеха миссии обе стороны обменивались заложниками. В шахтах по добыче арцита работали люди. В академиях империи учились орки.
Но почему сейчас?! На следующий год это оставить было никак нельзя?!
Вот орков ему и не хватало…
– Много их будет?
– Нет, не очень. Всего пять орков.
– Фу-у…
– А еще – в этом году жребий выпал на нашу академию.
Рональд уронил голову на скрещенные руки. Промазал и глухо стукнулся лбом о стол.
– За что?!
Небо молчало в ответ. И правильно, Рональд бы сейчас и Творца Единого обложил в три этажа с чердачком.
Просто – за что?!

Есть в мире такая штука – прокол межмировой ауры.
Это наполовину научно. Полностью научное определение полстраницы займет и произнести его, не имея специального образования, невозможно.
Рональд и не пытался.
Если попросту – миры похожи на слоеный торт с кремом. И если какое-то существо оказывается слишком тяжелым для своего слоя – оно опускается на нижний.
Опускается – не совсем тот термин, конечно, миры многомерны, но за неимением лучшего – да. Существо уходит из одного слоя в другой.
Что это за существо? Как повезет. Но чаще всего – люди. Маги.
Опять же, у магов есть своя теория насчет ткани миров, переносимости ауры, совместимости, энергопотребления и прочих гадостей.
А народ все это обозвал емко и коротко: проходимцы.
Если между мирами проходы открываются, стало быть, кто по ним ходит? Правильно, проходимцы.
Неважно, что маги, важно, что проходимцы. А вот магам – важно.
Мало ли кто? Мало ли что? Прорвется в твой мир какой-нибудь монстр – наплачешься. Да и идеи, которые приносят с собой проходимцы, не всегда полезны. Чаще от них один вред!
А потому на каждый такой проход есть куча настроенных артефактов. Отмечено, что в некоторых местах ткань мира рвется чаще (тоже логично, вспомнить обычную тряпку – где она легче рвется? Правильно, возле дырки, а по колготкам еще и стрелки ползут!), вот в этих местах проходимцы и возникают.
Там их и берут тепленькими. Отвозят куда надо, выясняют магический потенциал – и зачисляют в академии. А заодно внятно объясняют, что вы, господа, попали.
Хотите по-хорошему? Учитесь, отрабатывайте на благо новой родины – и вы свободны. Хотите – свой мир ищите, хотите – в этом живите, воля ваша. Условия самые либеральные, но никто вас задаром кормить и учить не обязан.
Не хотите? Вот вам новый мир, живите, как хотите. Бесплатно вам выдается пять золотых (подъемные) и кодекс законов. Ибо нарушать их чревато.
Хотите? Учитесь, работайте, живите. Пока еще никто не отказывался от обучения.
Маг ты, враг ты… Это уже дело десятое. Но раз уж пришел, изволь вести себя как добропорядочный гость. А то ведь и на выход попросить могут…
Дураков среди магов не было, так что все обычно принимали предложение. Но…
Было и еще одно но!
С одной стороны, маги, сильные, свежая кровь.
С другой – характер, привычки, обычаи… Пока маг ассимилировался – не один год проходил. А до тех пор столько коллизий возникало…
Поэтому больше одного проходимца на учебное заведение никогда не определяли. И академия определялась жребием.
Рональд представил, на что будет похож этот год, – и тихо застонал. Орки, проходимец, невеста, родители, дела…
За что?! Ах, боже мой…

Вечер подкрался незаметно. Анна-Лиза вступила в телепорт – и вышла с другой стороны. Ее уже ждали.
Отчим встречал, лично:
– Нам надо поговорить.
Анна-Лиза прищурилась.
Домой она не ездила, но это же не значит, что она спустит такую вопиющую наглость по отношению к себе?
Вот еще!
Небесное создание присело в реверансе. Неглубоком, этакий жест вежливости вышестоящей к нижестоящему.
– Здравствуйте, папенька. Как поживаете? Как ваше самочувствие? Здоровы ли домочадцы? Хороша ли погода? Удался ли урожай? Взопрели ль яровые? Разошлись ли озимые?
Вопросы были заданы откровенно издевательским в своей невинности тоном.
Шинор Аркен остановился и нахмурился:
– Шевелись! Поговорим в экипаже!
Спускать такое хамство Анна-Лиза не собиралась:
– Любезнейший, надеюсь, вы не собираетесь ехать в одном экипаже со мной?
Шинор Аркен посмотрел зверем:
– Ты что-то имеешь против?
Но Анна смущаться и не подумала. Видали мы зверей и пострашнее.
– Конечно! Вы мне не родственник, чтобы я могла оставаться с вами наедине без компаньонки или сопровождения…
– Я… я…
– То, что вы женаты на моей матери, не делает вас моим родственником. Семейный кодекс империи, статья пятая, пункт три, подпункт шесть, – отчеканила Анна-Лиза.
Аркен засопел, засипел:
– Ты мне предлагаешь идти пешком?
– Меня не волнует ваш способ передвижения, – оскалилась Анна-Лиза. И словно бы невзначай раскрутила на кончике указательного пальца небольшой такой водный смерчик. Маленький, не больше мизинца размером.
Шинор задохнулся и на миг замер с выпученными глазами.
Да, спорить с магом вообще сложно. А если он еще и законы знает…
Анна-Лиза знала. Селия натаскивала подруг уже третий год, как они задумались о замужестве, так и начала.
Почему? Страшно. У Селии – папа-кролик. У Анны-Лизы… тут сложно. С одной стороны, ее отчим – простолюдин. С другой – право опеки у матери. Это деньгами она распоряжаться не может, а вот родной дочерью – спокойно. И то, что она вышла замуж за простолюдина, ничего не меняет. Муж – да, коммерсант, а жена-то дворянка. Просто ее в свете не везде принимают из-за мезальянса, но титула никто не лишал.
Деньги… они многое позволяют.
Шинор может принять решение, а Танна своей волей выдать дочку замуж. Никто и слова не скажет. Так положено, так заведено…
Не хочется?
А тут даже Семейный кодекс ничего против не скажет. Закон.
Не раздражать родственников?
А вот тут – вопрос. Все равно нагадят. Даже не если захотят, а просто – нагадят. Они дочерей Шинора выдали замуж во имя выгоды, а падчерицу пожалеют? Даже не смешно.
Значит, надо напугать. Пусть подумают, ведь выйдя замуж, Анна-Лиза и поквитаться сможет… а не она, так подруги за нее поквитаются.
В результате Анна-Лиза ехала в карете, а Шинор сидел на облучке, рядом с кучером. Править четверкой он и не пытался, но не на запятках же ему ехать? Там он точно не удержится.
Понятное дело, до дома он добрался не в лучшем настроении, а самое главное – промерзшим до костей. Отложить бы разговор, да вот беда – герцог!
Он-то ничего не отложит. Так что Шинор хлопнул стопочку для сугрева – и приступил к разговору.
– Анна-Лиза, мы вызвали тебя, чтобы сообщить радостное известие.
– Кто-то помер? – уточнила девушка.
– Никто не помер, – процедила вошедшая в кабинет Танна Аркен. Дочь она разглядывала без особой любви. А чего ее любить? Выросла, стервочка! И красивее матери, и сильнее, а главное, со взрослой дочерью не слишком-то свой возраст и урежешь! А вдруг еще и внуки?
Это что же – она бабушкой станет?! Прощай, молодость?! Ы-ы-ы!!!
Не хотелось – до истерики, так что дочери не досталось ни любви, ни ласкового взгляда. Матери, впрочем, тоже.
Родила? Спасибо, все свободны. По трудам и награда.
– Тогда зачем меня вызвали? – недовольно осведомилась Анна-Лиза.
– Прояви больше вежливости, соплячка, – попробовала осечь ее мать. Ага, куда там!
– Сразу же, как заслужите.
– Я еще заслужить должна… ах ты…
Поднятая рука опустилась, не ударив. Бить в водяной щит – дело гиблое, а пробить его тем более не выйдет.
Анна-Лиза не была боевиком, но Селия более-менее натаскала подруг на защиту. Три заклинания, но Анна-Лиза их могла повторить в любую секунду. Щит, атака, наводнение. А больше, поверьте, и не надо. Простолюдинам – так точно.
Да и боевикам. С силой Анны-Лизы она бы любого снесла не задумавшись.
– Дрянь! – выплюнула Танна.
– Вы, мамаша, не изображайте маменьку, – процедила в ответ Анна-Лиза. Девушке было откровенно плохо, тошно и тоскливо, но показать свою слабость? Этим?! Никогда!!! – Имя героя не скажете?
– Рональд Аргайл, – выплюнул отчим.
Анна-Лиза открыла рот. Закрыла его.
Потом упала в кресло и безудержно расхохоталась. Да так, что по всей улице вода фонтанами забила. Кажется, она еще что-то про разведение попугаев сказала…
Точно, тронулась от радости.

Предъявлять впавшее в истерику «сокровище» герцогу никто не стал. Сокровище хохотало гиеной, и половину улицы водой залило. Рисковать было страшновато – еще прорвет не в тот момент… Мочить герцога?
Можно, конечно, а вдруг он чего в ответ натворит? Жить-то хочется…
Девушку вежливо погрузили в карету и отправили обратно к телепорту. Пес с ними, с планами. Если она так на герцога… это плохо закончится. Для Шинора и Танны.
Как же, не воспитали, не образумили…
И при чем тут попугаи? Чушь какая-то… от радости вконец девка ополоумела, с ними бывает. Это и сообщили герцогу.
Тот остался недоволен и попросил предъявить ему Анну-Лизу через неделю. На следующих выходных.
Должен он поговорить с возможной невесткой? Обязан!
Шинор согласился, и герцог с тем отбыл.
А Шинор направился в кабинет и вызвал туда сына:
– Фарл, нам надо поговорить.
– Да, папенька.
Длинноносый и лупоглазый юнец был образцом почтительности, что прямо зависело от размера подачек.
Больше денег – больше почтения, а то как же? На сына Шинор не скупился, оплачивая его кутежи, друзей и любовниц, так что сын полагал нелишним послушать папеньку. Оно того стоит и щедро вознаграждается.
– Я хотел женить тебя на Анне-Лизе, ты знаешь.
Фарл закивал.
– Сейчас это становится затруднительным. К ней посватался герцог Аргайл – для своего сына.
– Папенька, это плохо?
– Очень, Фарл. У нее есть деньги… большие деньги. И нам они пригодятся больше, чем Аргайлам.
Фарл закивал. Вот уж в чем он не сомневался ни минуты! Конечно, пригодятся!
– Что я должен сделать, папенька?
– Сбежать вместе с Анной-Лизой в Лоходол.
Фарл кивнул.
В Лоходоле это было национальным промыслом. Вы хотите пожениться? Без благословения родителей и объявлений о помолвке? Вас поженят!
Дешево, быстро, вполне законно. Правда, принимать в лучших домах перестанут, но Фарла и так туда не звали, невелика потеря. И вообще, с деньгами Анны-Лизы он сам приемы закатывать будет! Даже у отца просить не придется, вот!
И Анна-Лиза очень ничего себе так… формы такие… аппетитные, он сам видел из-за шторы. Только вот одно крохотное такое обстоятельство мешает будущему семейному счастью.
– А… она же маг?
– Адептка. И эту проблему я решу. Найдем антимагические наручники… и ошейник. Для верности.
Фарл кивнул.
Да, наручники. И ошейник… им можно столько интересных применений изобрести! Ему точно понравится!
Анне-Лизе? А что, он может кому-то не понравиться? Скажете тоже! Фу!

Анну-Лизу колотило так, что подруги даже испугались и принялись за реабилитацию.
Завернули в одеяло, стащили чулки и туфли, растерли ноги, натянули дико колючие носки с горчицей, а в завершение экзекуции еще и громадную чашку с чаем всунули в руки. Причем лимона там было вдвое больше, чем заварки. А горькой настойки на травах – вдвое больше лимона.
– Пей! – распорядилась Линда.
– Что тебе сказали родители? – Селия предполагала, что не просто так Анна-Лиза была в шоке.
Девушка сделала глоток из чашки – и едва себе язык не обварила. Но дрожать – да, перестала.
– Меня хотят выдать замуж.
– Это понятно. Имя?
– Да, кого отпевать будем? – поддержала Линда.
– Рональда Аргайла.
– Кого? – Чего? – Подруги были единодушны. Такого они точно не ожидали. – А ректор в курсе?
– Наверное… сказали, герцог, для сына, – опять залязгала зубами Анна.
– Даже если не в курсе – нам это не поможет, – Селия мыслила логически. – Допустим, он не в курсе. Что с того?
– Поговорим с ним, пусть откажется от Анни, – приговорила Линда.
– Ты бы отказалась? На его месте?
– Нет, – сникла Линда. – Прости, Анни, ты слишком симпатичная. И богатая, и магичка сильная… этот Аргайл выбрал лучшую.
– Девочки, я…
Селия только рукой махнула:
– Успокойся, Анни. Все будет хорошо.
– Д-да?
– Конечно. Итак, если ректор не в курсе – он не откажется. А если в курсе?
– Тоже не откажется.
– Тогда что мы можем сделать? – В чашку с чаем капнула слезинка.
– Мы? – удивилась Селия. – Да что угодно! Надо только подойти к вопросу научно!
Подруги заинтересованно уставились на будущее светило магической науки. И светило засветило в лоб народной мудростью.

– Итак, – Сели прошлась по комнате, размышляя вслух. – Анни, где твои пособия?
– Че-го? – вытаращились подруги.
Селия дотянулась до полки с романами и провела пальцем по корешкам:
– «Ректор и его пленница», «Служанка для ректора», «Госпожа для директора», «Лорд и его леди», «Дракон и его адептка», «Академия чадодейства»…
– Сели, чародейства… – поправила Анна-Лиза.
– Неважно. Чем там закончилось?
– Свадьбой и детьми.
– Вот. Пособия у нас есть.
Анни захихикала. Сели погрозила Линде пальцем.
Вот подливать подруге в чашку приличную порцию арденского бальзама на восьмидесяти травах не стоило, наверное. Зато Анна-Лиза согрелась и успокоилась.
– Сели, там же как выйти замуж за ректора!
– Лин, это же прекрасно! Значит, нам надо сделать все наоборот. Вот и все.
Подруги переглянулись. Такая мысль им в голову не приходила. А Селия достала с полки первый попавшийся том:
– Ага. «Герцогиня проректора».
– Звучит как-то страшновато, – Линда вытянулась на кровати. – Итак? Что герцогиня знала про ректора?
– Если прикинуть, – Селия сосредоточенно листала книгу. – Надо быть серой забитой мышкой…
– Не пойдет. Анни уже не такая…
– С другой стороны, если она будет слишком яркой, он  может и обратить на нее внимание… так, Анни, будем делать из тебя середнячка.
– Это как? – с подозрением уточнила девушка.
– Молча. Оденем в форменное платье и прыщей добавим. И волосы заплети потуже, поняла? – посоветовала Селия.
Анна-Лиза охотно кивнула:
– А прыщи как добавлять будем? Магией?
– Нет… вот тут сказано, что нестандартная магия привлекла внимание, – Селия быстро пролистала книгу, поставила на полку и достала другую. – Краской обойдемся.
На краску подруга была согласна.
– Что еще… ректора можно накормить.
– Может, и правда? – подалась вперед Анна-Лиза.
Линда фыркнула:
– Давай его лучше Селия отравит. И мучиться бедняга не будет.
Увы. Зелья, химия и алхимия были слабыми местами блондинки. Вот если бы стихийная магия…
Все, что не успевало сгореть и намертво прикипеть в котелке Анны-Лизы, оставалось подозрительно сырым, а любое ее зелье можно было сразу использовать как яд. Когда Селия как-то ради интереса принесла одну из пробирок в лабораторию для исследования и случайно разбила, из лаборатории сбежали все тараканы.
Комендант общежития умоляла сварить чудо-зелье для личного пользования, но Анна-Лиза два раза не повторялась. От следующего зелья три дня чихали все адепты.
– Я, может, с любовью варить буду, – обиделась Анна-Лиза.
Линда фыркнула еще раз:
– Так и запишем. Помер от любви. Сели, что там еще можно сделать с попугаем?
– Ощипать и сварить, – буркнула Анна-Лиза.
– Попадаться ему на глаза в самое неподходящее время.
– А как определить, какое время подходящее?
– Судя по твоим книгам, такого не существует. Когда бы ты ни попалась ему на глаза, все равно это будет провокация.
– Что, и на лекции не ходить?
– Это тоже будет провокация, – сверилась с книгой Селия.
– А если в парандже, как в Вигоре?
– И будешь одна такая загадочная – это тоже будет провокация. Сразу захочется снять и посмотреть, – выдала Линда. – А что-нибудь непровоцирующее героини могут делать?
– Дышать? – задумалась Селия. Перелистнула еще пару страниц и горестно вздохнула: – Ее пышная грудь бурно вздымалась и опускалась, провоцируя…
– Морскую болезнь, – подвела итог Линда. – Суду все ясно. Анни, тебе надо перестать дышать, после чего проблема решится сама собой.
– Помру?
– Зато быстро. Ты какие цветочки предпочитаешь?
Анна-Лиза швырнула в подругу подушкой. Та ловко перехватила ее в воздухе, перевернула…
– Ага, что тут на вышивке? Так и запишем – ромашки.
– Кхе-кхе, – привлекла к себе внимание Селия.
– Так что там не надо делать с ректором? И Анни, не дыши в его присутствии.
– Свалюсь в обморок и спровоцирую его на искусственное дыхание, – горестно подвела итог размышлениям Анна-Лиза.
Девушки дружно расхохотались. Ситуация переставала быть безнадежной.
– У меня есть хорошая идея, – подвела черту Селия. – Чтобы ректор не женился на Анни, его надо срочно женить на ком-то другом.
– А на ком?
– А кому он нравится? – вопросом на вопрос ответила Селия.
Девушки переглянулись и задумались. Выходило так, что в своем кругу искать не стоит. Линда посмотрела на Анни.
– Подруга, тобой придется пожертвовать.
– То есть?
– Пойдешь на разведку. Что у тебя там новое?
– Линда?
– Книги какие, спрашиваю?
– Вот… Лорена Великолепная. «Граф и его крокодил».
– Так… я это на ночь не представляю, – Линда даже поежилась. Крокодила она видела в зоологическом саду. И если у какого-то графа хватило энергии… М-да! Герой! Штаны – горой!
– Ты не понимаешь! Там злая ведьма обратила прекрасную девушку в крокодила, и она жила в пруду у графского замка. А граф приходил туда грустить, и они подружились. Крокодил его от убийц спас…
– Это понятно. Ректора ты, если что, от убийц не спасаешь. Наоборот – поступаешь как героини романов.
– Это как?
– Падаешь в обморок и быстро отползаешь. А он пусть сам разбирается. Авось и жениться некому будет. Давай топай к комендантше. Бери с собой роман, бери золотой – и вперед.
– А…
– Закажешь нам еще бальзама, взамен выпитого.
– Нет, это надо на трезвую голову, – остановила покачнувшуюся подругу Селия. – И дня через два.
– Почему?
– Как раз пройдет торжественное собрание, всем представят нового ректора, вот и посмотрим, кого подставить. То есть подложить.
Анна-Лиза кивнула.
Ей замуж совершенно не хотелось. И вообще, как-то это непритягательно, когда ты оказываешься в положении героини любимых романов.
Грустно даже. Нет, неохота.

Торжественное начало учебного года.
Сколько заведений, а оно везде одинаково.
Сначала речь ректора о том, как вы все счастливы учиться, а мы все счастливы учить.
Потом несколько ответных речей о том, как они все счастливы учиться у таких суперпрофи.
Концерт, фуршет (для преподавателей) – и всем спасибо, все свободны.
Девушки туда все-таки пошли. Конечно, вместе с Анни (отсутствие тоже провоцирует). Только подругу нарядили поскромнее – замотали в шаль самой Селии. Симпатичная вещица, просто цвет ярко-зеленый.
Этакой ядреной лягушки, выкупанной в бриллиантовой зелени. Рыженькой Селии в ней и то было не слишком хорошо, а уж Анни и вовсе потерялась. Ничего, свобода требует жертв. А учеба в академии – соблюдения традиций.
Традиции – это то, что никому не нужно, но отвертеться не удается. В частности, к традициям относится вечеринка по случаю начала нового учебного года.
Рональд скрипел зубами, но выбора не было.
И вот – открытая площадка, на которой в обычное время проводятся тренировки адептов, декорирована различными иллюзиями, адепты построены по курсам и группам, по трем сторонам квадрата, четвертую сторону заняли преподаватели, а в центре, на небольшой трибуне, стоит сам Рональд.
– Дорогие адепты! Сегодня начинается новый учебный год…
Речь текла плавно, как и у других ректоров, иллюзии сменяли друг друга, показывая то охапки цветов, то красивый узор из осенних листьев…
– …В этом году нашей академии оказана честь. В ней будут учиться представители Оркриста…
Преподаватели раздвинулись.
В середину квадрата шеренгой вышли ровно пять орков. Рональду повезло хотя бы в одном – ему не достались первокурсники орочьего племени. Это был даже не выпускной курс, а уже готовые выпускники. Один год их проучат со старшекурсниками, делясь секретами магической науки. Но Рональду и одного года было много.
Да что там года? Месяца!
– Бе-е-е! – раздалось из толпы адептов.
Орки принялись оглядываться.
Да, увы. Оркрист состоял, в основном, из гор, и, желая оскорбить гордый оркский народ, их обзывали горными козлами. С точки зрения Рональда – зря.
Пользы от козлов точно было больше, чем от адептов. С первых и шерсть, и мясо, и шкуры, а со вторых?
Одни убытки государству.
– Также в нашей академии будет учиться Юрий Касимов, проходимец из соседнего слоя.
Преподаватели опять раздвинулись в стороны.
На этот раз адепты молчали.
Молодой человек, который вышел на середину зала, выглядел достаточно своеобразно. И по пышности оперения превзошел даже ректора.
Светлые волосы тщательно уложены в сложную прическу. Карие глаза подкрашены чем-то ярким, губы тоже подкрашены, голубая рубашка из какого-то блескучего материала щедро отделана кружевом и стразами, джинсы в обтяжку не оставляют свободы воображению, кроссовки на высокой подошве тоже усыпаны стразами. Добавьте сюда несколько цепочек на шее и браслетов на руке, два кольца на пальцах (все золотое, с драгоценными камнями) и снисходительную улыбку – и вот Юрочка перед вами.
Впрочем, долго молчание не продлилось.
Бабах!!!
Устраивать пакости на торжественном собрании тоже было традицией. Просто студенты старались не повторяться. В один год страдала речь ректора, в другой – фуршет, в третий – концерт, в четвертый – вечеринка преподавателей.
Сейчас же…
Грохнуло так, что оглушило даже привыкших к обвалам орков. А пока народ приходил в себя, пошли и остальные сюрпризы.
Иллюзии в один миг сменились на нечто извращенно-порнографическое.
Нет-нет, козел туда попал совершенно случайно, это вовсе не было намеком.
В довершение всего по площадке разлился запах свежепочищенного сортира.
Орки построили «ежа» и ощетинились мечами во все стороны.
Преподаватели выругались и принялись разбираться с происходящим, но иллюзия студентов оказалась крепко сляпана и поддаваться не спешила.
Адепты хихикали.
Рональд стоял как дурак, не зная, что делать. Снести он мог половину площадки, вместе с адептами. Но развеять иллюзию?
Это совершенно не его специализация.
Наверное, единственный, кто не потерял присутствия духа, был проходимец. Он с интересом посмотрел на иллюзию, подошел поближе, провел рукой – изображение заколебалось…
– Прикольная голограмма. Только пропорции подкачали. И у козла почему-то пять ног.
– Это не нога! – выкрикнул кто-то из толпы.
– Тогда почему она спереди? – ядовито поинтересовался проходимец.
Рональд закрыл глаза и подумал, что это будет очень, очень долгий год.
А ему ведь еще и жениться придется…
За что?!

– Сели, это твоя идея?
– Нет.
– А воплощение?
Селия сама выглядела как воплощение невинности:
– Нет, конечно.
– И ты никак не приложила руку?
– Ну… расчеты я могу проверить, правда ведь?
Линда фыркнула:
– Можешь. Надеюсь, оно хоть того стоило?
– Два золотых.
– Живем!
С деньгами у девушек было сложно.
Анна-Лиза пока не могла распоряжаться своим состоянием, а ее содержание направлялось матери. Считалось, что мать отдаст деньги дочери, но те никогда не доходили до Анны-Лизы. Наверное, аннигилировались по дороге.
Отец Линды не мог содержать дочь в столичной академии – не на его жалованье.
Селии и вовсе не стоило рассчитывать хоть на монетку из дома. Не с ее отцом.
Мистрес Лиан предлагала помочь девочке, но Сели скорее бы удавилась, чем взяла у нее хоть медяк.
Надо было зарабатывать самостоятельно.
Селия легко зарабатывала контрольными работами. Анна-Лиза подзаряжала амулеты, ей это было несложно. Это сейчас Селия могла их в лаборатории подзарядить, и то преподаватели ругались, а для простых адептов таких вольностей не предусматривалось. Вот Линде было труднее всего, но она тоже нашла выход – и стала помогать в оружейной. Тяжелой работы она не боялась, оружие любила, а чистить его надо. И затачивать, и полировать, и…
Ни одно заклинание не справится. Проще выписать стипендию на адепта, который будет этим заниматься, чем нанимать лаборантов, потом лечить лаборантов, потом приводить их в чувство, потом выплачивать компенсацию…
Обойдется?
Да когда это с адептами обходилось малой кровью?
Полученные деньги девушки складывали в копилку, не задумываясь, кто заработает больше, кто меньше, и брали оттуда на мелкие расходы.
И ругались, и спорили, но постепенно, за пять-то лет, притерлись друг к другу, нашли общий язык – и считали себя скорее сестрами.

На торжественном собрании все трое пристально разглядывали нового ректора.
Что тут скажешь – попугай!
В этот раз на Рональде были розовые сапоги, бледно-голубые штаны и такой же камзол, насыщенно-лиловая рубашка, шикарный белый бант, но с пурпурной сердцевиной, все это отделано кружевами, усыпано стразами и расшито жемчугом.
– Я не хочу за него замуж, – поежилась Анни.
– Мы тебя не отдадим, – с двух сторон приободрили ее подруги.
Анна-Лиза поверила. А что ей еще оставалось?

Селия не теряла времени зря. Она приглядывалась к девушкам. И наконец…
– Девочки, нам подойдет Мила Лавсин.
– Лала? Зачем? – скривилась Линда.
– Ей нравится ректор, – кивнула Селия.
– Вот даже как?
– Да, она на него смотрит.
– Надо будет с ней поговорить, – кивнула Линда. – А мне понравился этот… Йори.
– Проходимец?
– Он самый.
– Чем? – по мнению Селии, накрашенный мужчина уже был интересен только составом косметики. Что с него еще возьмешь?
– Он так спокойно отреагировал на шутку…
Селия пожала плечами:
– Может, в их мире это нормально?
– И симпатичный он тоже. Интересно, с кем он будет учиться?
– Думаю, как все проходимцы – индивидуально, – пожала плечами Селия. – Или с орками, возможно.
Линда фыркнула. Наклонилась, чтобы поправить голенище сапога. И вдруг…
– Ой!
Храбрую воительницу крепко хлопнули по заду.
– Прывэт! Познакомымся? По-брацки, да?
– Линда! Нет!!!
Поздно. Прощать такое?
Линда ушла кувырком вперед, извернулась в полете – и метнула нож. Такое она прощать не собиралась, хотя била не в сердце – ниже. Чтобы помучился, но не помер. Или помер не сразу.
Нож зазвенел, отлетая в сторону.
Здоровущий (на голову выше Линды) орк смотрел с таким удивлением…
– Ты… эта…
Линда открыла рот. И внятно объяснила одному горному козлу, что не  эта. Не  та. И не  его семейная коза. Он ошибся адресом.
Прощать такое горячий оркский парень не собирался:
– Зарэжу!!!
Не успел.
Рядом с подругой встала Анна-Лиза, развела ладони, между которыми забили первые струи воды. Секунда – и они обратятся в водяные хлысты, способные пробить даже стену.
– Стоять!!!
Девушки замерли на месте. Орк тоже.
К ним шел ректор.
Анна-Лиза едва успела застонать – засветилась, когда на помощь подругам пришла Селия.
Аспирантура там, не аспирантура…
– Господин ректор, позвольте вам все объяснить!
Может быть, не снимай они «попугая» с дерева, Рональд и не вспомнил бы девушку. А так…
– Простите… мистрес Лиасон?
– Леди Лиасон, – поправила Селия, как дочь графа, она имела на это право. – Все получилось случайно, моя подруга споткнулась, молодой человек налетел на нее, и… восхитился.
Рональд перевел взгляд на Линду.
Анна-Лиза предусмотрительно спряталась за спину подруги, а та выпрямилась всеми своими достоинствами вперед.
Орка можно было понять. У них именно такие воительницы и ценились больше всего.
– Хм… а ваша подруга…
– Она практиковалась в оркском, – не моргнув глазом, соврала Селия и отчаянно покраснела. Врать она умела, но физиология, как и у всех рыжих, была против. Изумительное сочетание получилось – красного и рыжего.
Рональд хмыкнул:
– Понятно. Адепт Грон, все было именно так?
Смотрел он на орка.
Тот перевел взгляд на ректора. Потом на Линду, накрепко прилип глазами к ее достоинствам под кружевной рубашкой, сглотнул и закивал:
– Да! Так и было!
– В следующий раз извольте практиковаться в аудитории, – припечатал Рональд.
Развернулся и пошел себе.
Все, включая орка, перевели дух.
Орк подумал секунду и подошел к Линде:
– Грон Хрук.
Линда вздернула нос. Развернулась – и пошла, едва не снеся по дороге пару слишком близко подобравшихся орков.
– Девушк… пагоды!
Преследовать адептку орк, впрочем, не стал. Одного урока ему пока хватило.

– Козел, – прошипела Линда злобно.
– Лин, его можно понять, – Селия даже руками развела.
– Да?!
– Конечно. Ты так потрясающе выглядишь, что даже орк впечатлился.
Линда потупилась. Ей было приятно. Но…
– Все равно козел!
– А мне он понравился, – задумчиво протянула Анни. – Такой… настоящий мужчина.
Линда фыркнула. Хотя орк действительно был симпатичным.
Высокий, мускулистый, явно хороший воин, как и все орки, с черными волосами, стянутыми в затейливую косу, с яркими синими глазами, своеобразный, конечно, но…
Зато оригинальный. И явно хороший маг и боец, другого сюда не отправили бы. Может, еще и аристократ, кто их знает, орков…
Линда передернула плечами:
– У тебя плохой вкус, Анни.
– А у тебя?
– Ладно, у меня тоже.
Подруги переглянулись – и рассмеялись.
– Осторожнее, – предостерегла их Селия. – Анни, что это за детство? Ты так действительно замуж выйдешь…
Девушку передернуло:
– Сели, я буду осторожна! Клянусь!
– Вот уж не знаю. Пока ты действуешь прямо по своим пособиям. Попасться ему на глаза в нестандартной ситуации.
– Брр!
– Еще и силу свою продемонстрировать…
– Сели! Не добивай!
Подруга развела руками. Она бы и рада, но ты – сама.
– Я исправлюсь.
– Или выйдешь замуж. Совет вам да любовь… и много попугайчиков.
– Тьфу на тебя!
– Это понятно. А шаль моя где?
Анна-Лиза ойкнула.
Действительно, когда она кинулась на помощь подруге, шаль свалилась. И где она теперь…
Забыли. Про все забыли…
Селия благородно махнула рукой:
– Не страшно. Она мне никогда не нравилась.
Это было чистой правдой. Просто из-за ядреного цвета на нее была большая скидка, вот Селия и позарилась. Настоящая оркская шерсть… да нет! Орков не вычесывали!
Вычесывали знаменитых горных козлов. Пушных до необыкновенности. Собирали шерсть, пряли, вязали платки…
– Сели, прости. Я тебе новую куплю…
– Только не такого вырвиглазного оттенка, – фыркнула Линда. – Давайте в выходные вместе сходим и купим.
– Что-нибудь нежно-розовое. Или бледно-голубое… – мечтательно протянула Селия. – Вот как у нашего ректора одежда… сочетания, конечно, кошмарные, но сами цвета очень красивые. Чистые, яркие, вот такого оттенка.
– В попугаях, – подхватила Анни.
И три подруги весело расхохотались.

Лала, или Мила Лавсин, лежала на кровати и читала учебник, когда в дверь комнаты постучали.
– Войдите!
Первой в комнату вошла Селия. За ней – Линда. Анни не пришла, что было логично – незачем. И двоих хватит.
– Привет, Лала.
– Добрый день.
Девчонок Лала не слишком любила – задаваки. Но Селия никогда не отказывалась помочь с контрольной работой, так что…
Потерпим.
Опять же, пусть девчонки и задаются, но никого не гнобят, ни к кому не цепляются, ни над кем не насмехаются… А все остальное перетерпеть можно.
– О погоде поговорим? – Селия уверенно уселась на свободный стул.
– Зачем?
– Вот и правильно. Тогда давай по делу. Ты так на ректора смотрела, словно его кремом намазали.
– Тебе чего? – ощетинилась Мила.
– Замуж за него хочешь?
– Если ты заучка, это не значит… Чего?!
– Замуж за ректора – хочешь?
– Хочу.
– Если не секрет – почему? – вмешалась Линда. – Чучело же! Огородное!
– Дура ты, Далг! Он же Аргайл! Старший сын герцога!
– И все? Он вроде бы не наследник? – Линда вовремя вспомнила, что «попугай» представлялся мэстером, а не лордом.
– Наследник. Там просто была неприятная история…
– Какая? – тут же заинтересовалась Селия. Сплетни она любила. Ибо владеющий информацией…
Мила оживилась и даже спустила ноги с кровати.
– Говорят, в день рождения, на совершеннолетие, его застали в постели сразу с двумя женщинами.
– Хорошо отметил, – прокомментировала Линда.
– Да. С матерью и дочерью.
– Инцест? Фу! – сморщила нос Селия.
– Он стал отпираться, а потом заявил, что никого не соблазнял. Разругался с отцом, ушел из дома, стал жить в столице.
– На что?
– Никто не знает, вроде как ему бабушка наследство оставила…
– Ага. Значит, деньги есть. А герцог его признает?
– Наверное… после исчезновения второго сына.
Селия кивнула:
– Ладно, Мила, мы отвлекаемся. Ты за него замуж хочешь?
– Да! – решилась девушка. А чего скрывать? Тут половина академии замуж захочет!
Кстати говоря, еще и для этого академии открывались.
Молодые маги, которые обучаются вместе, обязательно будут враждовать, дружить, потом создавать семьи…
Свежая кровь – она никому не помешает. Был бы маг сильный. А происхождение…
Из академии по определению выходят дворяне. А через сто-двести лет и забудется, что прадед у дворянина кузнецом был.
– Отлично, – кивнула Селия. – Тогда помни – мы на твоей стороне.
Мила помотала головой:
– А вам это зачем? Я знаю, ты в аспирантуру хочешь…
– Вот затем, – кивнула Селия. – Подумай сама, какая у нашего ректора слава. Если он будет не женат, а я в аспирантуре… зачем мне такое рядом нужно? А если он женится…
– Вот сама бы замуж и выходила.
– И садилась дома растить детей? Не хочу!
– Зато у тебя плодовитость должна быть… – не удержалась девушка от намека на отца Селии.
– Лала, язык придержи, – рыкнула Линда.
Девушка нахмурилась, но кивнула. Вообще, она была симпатичная. Невысокая, с русыми, красиво осветленными до платинового цвета волосами, с большими голубыми глазами, хорошенькая этакой кукольной красотой – яркие полные губы, маленький носик, большие глаза… лоб подкачал – слишком низкий, ну так никто и не говорил, что девушка умная.
Милу вообще родители в академию отправили, чтобы та личную жизнь устраивала. Но столкнувшись с непроходимой, почти пещерной глупостью адептки, все кавалеры спешно разворачивались на девяносто градусов.
Ума у Милы хватало ровно на то, чтобы себя не скомпрометировать. А все остальное…
Даже романы для нее были слишком сложной литературой.
Селия потерла руки:
– Так, Лала, путь к сердцу мужчины лежит через что?
– Грудную клетку, наверное… на анатомии говорили…
– Через желудок, – фыркнула Линда. – Хотя твой вариант мне нравится больше.
– Мы и его рассмотрим, – решила Селия. – Ты ничего не хочешь приготовить? Ректора угостить? Говорят, мужчин вкусно кормить нужно.
Мила задумалась. Ну да… говорили такое. Подвоха в предложении Селии она не усматривала.
– Я готовить не умею.
– Готовить буду я, угощать – ты, – объяснила Селия. – Согласна?
– Ла-адно… а ты точно – ничего?
– Магией поклясться?
Мила покачала головой. Селию она знала давно, та могла и поклясться, и вообще – свое слово девушки старались держать в любой ситуации. Вот и хорошо!
Помогают они Миле? Замечательно!
Зачем или почему помогают? Разве это важно? Главное не причина, а результат.
– Не надо. Я тебе верю.
– Тогда вечером будь готова.
– К чему?
– Накрасься, оденься посимпатичнее, понесешь ректору пирог.
– Хорошо…
Девушки попрощались и вышли из комнаты.
– Думаешь, справится?
Селия фыркнула:
– Лин, ты думаешь, кто-то умнее в нашу сказку поверит?
– Тебе ректора не жалко?
– Нет. Мила – идеальная жена. Послушная, красивая, тупая, сила есть, хоть и не слишком много, мужа будет слушать и любить, детей рожать… чего еще надо?
– Не знаю.
– У нее даже достоинства не меньше твоих.
– Сели, не зарывайся.
Селия гордо показала подруге язык.

Путь девушек лежал к коменданту общежития.
Что можно приготовить из продуктов академии?
Так себе, о блюдах высокой кухни лучше и не мечтать. Адептов кормят сытно, но просто. Каши, салаты, мясо, рыба. Кулинарные изыски вроде растительного карпаччо, белого шоколада с черной икрой и устриц с албариньо на их стол не попадают.
На преподавательский, впрочем, тоже. Кухня-то одна!
Хочешь – заказывай в городе любые изыски, доставят. Но это преподавателям. А вот адептам, чтобы вкусно покушать, лучше заранее договориться с комендантом общежития. К ней-то и держали сейчас путь девушки.
Мистрес Гарден была потрясающей женщиной. Она все время кем-то потрясала.
Обычно – тростью с украшенной бантом рукоятью.
Могла потрясти одеяло, подушку, контрафактную продукцию, «запрещенку», найденную у адептов…
Как вариант – самого адепта. В том году она, не особо смущаясь, трясла за шиворот одного барона. Ничего, стерпел. Барон, не шиворот, тот-то как раз порвался.
Адепты терпели.
Мистрес Гарден могла достать все.
От тесьмы до вейронского шелка, от крупы до фуа-гра – только плати. Необязательно деньгами, можно амулетами или еще какими магическими вещицами.
Адепты первого курса на многое рассчитывать не могли, а вот та же Селия…
С контрабандой боролись, но мистрес Гарден терпели. Преподавательницам тоже много что было нужно.
Селия уверенно поскреблась в каптерку:
– Мистрес Гарден. Вы здесь?
Каптерка открылась. Мистрес воздвиглась на пороге.
По мнению отдельных несознательных личностей, в предках у мистрес Гарден был каменный тролль. Или еще какой гигант. Потому как… было.
Рост – под два метра, а может и больше. Каблуки его только прибавляли, равно как и пышная прическа.
Объемы… Орки могли бы ее обнять. Если бы втроем. Двоим уже длины рук не хватило бы.
Достоинства были такими выдающимися, что Селия всегда удивлялась – как мистрес Гарден не перевешивает вперед. Хотя, может, оно уравновешивалось? При этом все было очень пропорционально.
Платье темно-синего цвета (не форма, такого размера просто не нашлось) подчеркивало каждую линию фигуры. Мистрес Гарден себя любила, ценила и не стеснялась показать.
С тем же успехом она показывала нарушителям небо в алмазах. Вне зависимости от сословия и титула.
Пройти мимо? Пронести нечто запрещенное?
Никогда. Если только заплатят…
– Селия? Здравствуй. – Улыбалась мистрес вполне искренне.
Девушки числились у нее в хороших клиентах. По-разному в жизни бывает.
Кому-то ленты и кружева нужны или пирожные с конфетами. А кому-то и веймарская травка или горькая настойка. Первое пронести легко, приятно и несложно. Второе…
Можно, но очень уж неприятные последствия, если попадешься.
Так вот. Селии и подругам нужна была именно не запрещенная законом продукция. Заказывали они не слишком много, но платили не торгуясь и сразу же. Мистрес Гарден им пару раз даже кредит открывала. Когда с девушками расплачивались не сразу или стипендию задерживали.
Бывает. Таким помогать надо. И себе выгода, и ответственности не будет.
– Здравствуйте, мистрес Гарден.
– Что-то случилось?
– Случилось, – кивнула Селия. – Можно кое-что заказать?
– Что именно? Небось ленты новые?
Селия помотала головой:
– Нет, что вы. Андоррские приправы – один пакетик, маринад эльский…
Мистрес Гарден честно выслушала заказ. Потом записала для верности, прикинула – и подняла брови.
– Селия, а ты знаешь, сколько это будет стоить?
Перед дамой легли три золотых.
– Этого хватит?
Мистрес Гарден кивнула. Даже немного на сдачу останется… хотя сдача до девушек не дойдет, осядет в кармане посредника.
– Что это вас разобрало?
Селия похлопала ресницами:
– Мистрес Гарден, у нас ведь новый ректор…
– И что?
Девушка покраснела. Больше объяснять не пришлось, мистрес Гарден махнула рукой и сгребла золото.
– Эх, молодежь.
Мясо Селия, кстати, покупать не собиралась. На кухне поделятся. Там же и готовить придется. Не в лаборатории же?

– Ужасно!
Юра сидел на кровати и смотрел в стену.
Стена была белого цвета, совершенно равнодушная к его взглядам, и молчаливая, как и подобает стене. В комнате он был один, хоть это радовало.
Но попаданцев, или, как здесь их называли, проходимцев (какое грубое, ужасное слово!!!), всегда селили одних. Для лучшей адаптации.
Ага, они бы еще комнату поприличнее нашли…
Душ – общий. Туалет – общий… да Юра в жизни так не жил!
Отвратительно! А все остальное?
Косметики – нет. Денег – нет. Собственно, ничего нет. Стипендию ему выдали, но в местных ценах он не ориентируется. Надо бы сходить на рынок, но страшновато…
Хорошо еще, магический талант у него есть – он маг воздуха. Вроде как даже сильный…
Вот зачем ему этот воздух?!
Все бы в этот момент отдал Юрочка, чтобы оказаться дома, в Москве, в маленькой квартирке, которую снимал напополам с другом… даже не другом, а любимым человеком.
В родном салоне, в котором он работал стилистом…
А здесь? Что его ждет? А вдруг…
Юра был начитанным молодым человеком, хорошо знал историю, и знал, что не так давно существовал СССР. И там был совершенно нетолерантный закон, по которому таких, как он, предусматривалось сажать. В тюрьму, вот ужас-то!
За право людей любить друг друга! А в Средние века за это тоже сажали. На кол…
Как с этим обстоят дела среди магов, он не знал, а спросить побоялся. Кто его знает? Страшновато…
Но кодекс законов ему выдали, надо обязательно прочесть. Мало ли что…
И линейка, или как это тут называется, была забавная… нашли кого голограммами пугать! Они с Максом вместе ужастики на ночь смотрели… эх! Где тот компьютер, и Интернета здесь нет…
Да за что ж его сюда?! Даже трусов с собой нет на смену!!! А местное белье… Юра покосился в сторону формы.
Кальсоны по колено выглядели совершенно не вдохновляюще. Еще и на завязках…
Юра взял сей предмет туалета со стула, помял в руках, повертел, а потом уткнулся в них лицом и горько заплакал.
Не нужна ему магия!!! И другой мир не нужен!!!
Макса верните! И любимую, родную, толерантную Россию! Где не посадят на кол, а набьют морду…
Юре было очень себя жалко.

– Эк она тебя!
Мужская компания, тем более молодые парни, давно знакомые… о чем пойдет речь?
Конечно, о бабах! В частности, об одной такой, черноволосой.
Над Гроном подшучивали, но беззлобно: кулаки у парня были пудовые.
– Красивая, – вздохнул Грон.
– Теперь как и все магички. Нос выше гор, гонор выше носа, – хмыкнул Тарх. – На нас и не поглядит.
– Это на тебя она не поглядит, – Крат был настроен оптимистично. – А на Грона – может. Особенно если узнает…
– Цыц, – Арх был краток и деловит. – Языки прижмите!
– Да кто тут оркрист понимает?
– Кому надо – тот поймет… Мальчишки!
Грон махнул рукой:
– Ладно… А глаза у нее красивые.
– Только глаза?
– Не только.
Ладонь до сих пор помнила и тепло, и округлость…
– А ты попробуй за ней приударить! – подначил Крат. – Что мы теряем? Год здесь тосковать!
Грон задумался. Год, да…
– От боевых баб – боевые дети родятся, – подвел итог Арх.
Это оказалось решающим моментом.
– А попробую! Только как это у них на равнинах делать надо?
– Найдем у кого спросить! Всем пригодится, – решил Крат. – Не сидеть же год ровно?
– Тебе, с твоей иголкой в сиделке, и пяти минут не усидеть, – хмыкнул Арх. – Молодежь…
Получил два подзатыльника с разных сторон – и надулся.
Тоже старичок нашелся – и разницы-то год, а сколько шума?
Действительно, надо бы познакомиться с девушкой поближе. Очень достойная девушка. Богато одаренная достоинствами…

Глава 3

Ведомости. И снова ведомости. Счета. А потом какие-то докладные. И наряды.
Все их приносила мистрес Варейн. И выглядела при этом так… Сверху вниз.
Шиньон. Высота – сантиметров двадцать.
Лицо. Тщательно закамуфлированное косметикой. Увы, после сорока тебе двадцать не будет, можешь не стараться. Разве что еще двадцать добавят к истинному возрасту.
Вырез. Да такой, что там не только глаза заблудятся – кит утонет. Интересно, дама не боится пупок застудить? А зря.
Пышные юбки – и каблуки сантиметров на десять. Все это в гамме алых оттенков.
Алые щеки, красные пятна на груди, бордовое платье, красные туфли…
Рональд испытывал острое желание повторить побег на бис. Увы – не получится. Дверь в кабинет ему таки сломали, а магия не создана для починки дверей.
Плотник же напился вчера в городе так, что больше всего напоминал дерево. Дуб.
Так что закрыться не выйдет, и удрать тоже.
И Рональд послушно терпел, читал, подписывал, ругался. Заодно гонял девушек из бухгалтерии, из хозслужбы, из… Откуда их столько понабежало вообще?
Жизнь была тосклива и беспросветна. Рональд плюнул и сбежал в туалет. А при входе кое-что услышал.
– …Новый ректор?
– Да, такая пуся…
Рональд хлопнул дверью и уставился на унитаз с чисто исследовательской целью.
Нельзя ли в нем утопиться? Как вариант – просочиться в фановую трубу.
Говорят, в канализации под городом живут результаты экспериментов адептов. Они кошмарные, опасные, жрут всех…
Какие же они милые! Их хотя бы убить можно!!!

– Сели, поделись кусочком!
– Перебьешься!
– Жестокая ведьма!
– Цыц!
Повариха, глядя на это дело, только головой покачала:
– Совсем с ума посходили девки…
Селия внимания не обратила, а вот Линда заинтересовалась:
– А кто еще посходил?
Повариха многозначительно улыбнулась. Линда достала монетку.
– Да все, – фыркнула тетка. – Тут каждая, считай, что-то приготовить старается. Правда, не мясо, все больше пекут что-то сладкое. Пирогов уж было – штук двадцать. Булочки, плюшки, пирожные…
Селия фыркнула. Она просто замариновала большой кусок мяса и засунула в духовку. Это – не пирог. Вообще не сладкое.
А если принюхаться? Девушка подошла к посуде, обнюхала доски, ложки, ножи, потом достала проявитель и маленькую кисточку и пару раз мазнула по доскам. Внимательно осмотрела свечение в местах мазков.
Повариха следила за этим процессом с бо-ольшим интересом.
– И? – не выдержала Линда.
– Приворотные зелья. «Серебряный светлячок», «Облачный кокон», «Пыльца», «Бабочка» – это только то, что я почувствовала. А еще афродизиаки. Те я похуже знаю, но мушки тут точно отметились.
– Вот стервы! – возмутилась повариха.
– Так что вы все еще раз промойте. Лучше всего – каким-нибудь растворителем поядренее. А то половина академии в загул пойдет.
Линда фыркнула:
– Может, они ректора потравят? И нам мучиться не придется?
Селия покачала головой. Она помнила острый взгляд синих глаз. Жесткий, холодный, когда она помчалась оправдывать подруг. Умный и насмешливый.
Нет, это не тот случай.
– Он не выглядит дураком. Или выглядит слишком дураком. Боюсь, Лин, что на такое развитие событий рассчитывать не придется.
– Жаль. А что делать?
– Сейчас мясо будет готово. Попросим свежего хлебушка – и пусть Лала топает в атаку. Надеюсь, Анни с ней уже закончила?
Линда тоже на это надеялась. Не бросать же подругу в беде!

Анна-Лиза махнула еще раз кисточкой и прищурилась:
– Вот так!
Мила с восторженным писком бросилась к зеркалу:
– Анни!!!
– Без поцелуев! Краску размажешь! – рявкнула Анна-Лиза.
Девушка послушно замерла.
Анна-Лиза сотворила чудо, иначе и не скажешь.
Красиво уложила волосы, правильно накрасила лицо, и Мила превратилась в потрясающую красавицу. Она и так была хорошенькая, но грамотный макияж и прическа даже без магии чудеса творят.
А уж с магией…
– Спасибо!!!
– Сейчас еще девочки с мясом придут…
– Сели готовила?
Анна-Лиза кивнула. Дверь открылась, и на пороге возникла Линда с большим блюдом. Запах от него шел такой, что даже Мила облизнулась. Хотя так и так обожала сладкое.
– Сели, это что?
– Мясо по-королевски, – припечатала Селия.
– А… ты добавила что-нибудь? – Анна-Лиза интересовалась почти с научным интересом.
Селия и Линда переглянулись и расхохотались.
– Нет, – выдавила Селия.
– Думаю, для ректора это будет приятным разнообразием, – подвела итог Линда.

Пирог. Сдобрен афродизиаком.
Плюшки. Зелье доверия.
Пирожные. С возбуждающим.
Опять пирог – для разнообразия с приворотным… а нет, это – не разнообразие. В кухне источают аромат еще булочки, пирожные и тортик с тем же зельем… оптом, что ли, закупали?
Рональд вежливо поблагодарил, забрал у девушки пирог – и закрыл дверь.
Через пять минут выглянул в окошко. Девушка стояла, ждала… упорная.
А это что такое?
Еще четверо человек… а к дому почему-то идет одна?
Та-ак…
Стук в дверь. Рональд ругнулся и пошел открывать.
От блюда в руках красивой девушки шел такой запах… Такой запах!!!
Рональд невольно облизнулся. Мясо…
Мужчины могут любить сладкое. Нежно обожать рыбу. Но при виде хорошо приготовленного куска мяса в каждом проснется первобытный самец. Тот самый, которому приносили кусок свежей мамонтятины.
– Здравствуйте, мэстер ректор.
– Добрый вечер, девушка.
– Мила, – Мила опустила глаза. – То есть Лала… это вам.
Рональд принял тяжелое блюдо – и не удержался:
– И что в добавке? Афродизиак? Или еще что поинтереснее?
Такое мясо испоганили!
Девушка опустила глаза, потом подняла их.
– Сели сказала, что ничего. Ой… То есть я ничего не добавляла.
Мила действительно была дурой. Маги тоже дураками бывают.
Рональд принюхался. Раз, другой… не пахнет никаким зельем?!
Невероятно!
– Спасибо, Мила.
– До свидания, мэстер Аргайл.
Рональд закрыл дверь за девушкой и достал проявитель заклятий.
Мясо было чистым. Без добавок, без… Просто обычное мясо.
Мужчина отрезал маленький кусочек и положил в рот. Вкусовые рецепторы возрадовались так, что даже шум за окном мужчина услышал далеко не сразу.
А что там за шум?
Отрываться от мяса не хотелось, но…
Вдруг у Милы проблема?
Определенно, за эту радость он должен девушке. Кстати, а кто такая Сели?

– Деушкы, пастойтэ!
Стон у девушек вырвался абсолютно синхронно.
К дружбе это никакого отношения не имело, только к оркам! Но орк их дернул провожать Милу!
Графинчик-то приехал, а отнять у Лалы мясо и слопать, пока не отбили, – не задача для двоих-троих парней. Мигом сожрут!
А вот если подруги ее проводят…
Проводили без происшествий. И в кустиках подождать согласились, а то обратно идти темно.
И тут на них орков вынесло! Следили они, что ли?
Не следили, просто в окно увидели. Орков поселили в отдельном коттедже на преподавательской территории, вот и выглянул Арх в окошко не ко времени.
Или – ко времени? Грон считал именно так. И просто любопытно.
Четыре девушки куда-то идут, потом одна уходит, а три остаются и ее ждут… как тут не полюбопытствовать?
А то, может, и поцелуй потребовать – за сохранение тайны?
Наивный орк…
Анна-Лиза незаметно активировала заклинание водяной плети, Линда потянулась к кинжалам, Селия уперла руки в бока.
– И что вы здесь делаете, господа?
Оправдываться Грон не собирался.
– Гуляэм, воздухам дышым. А вы?
– Аналогично.
– Ана… чего?
– Тоже гуляем.
– Давайтэ гулять вмэстэ?
– Вот еще! – фыркнула Линда.
Орки, кстати, были симпатичные. Высокие, черноволосые, с большими черными глазами и аккуратными клыками, с красноватой кожей и мускулистыми фигурами.
Но! Орки же! Расизм?
А вы поживите на границе, где такие молодчики то шкодят, то гадят! И посмотрим, будете вы их встречать вином и фруктами или палками и камнями.
Линда уверенно выбирала второе – и ни разу не пожалела.
– А пачэму вы здэсь гуляэте? – прищурился Арх.
Селия едва не рассмеялась ему в лицо:
– Согласно пункту 4.15 устава академии, мы не можем выходить за ворота. А гулять до наступления комендантского часа мы можем по всей ее территории. Вот мы и гуляем.
– А мы тожэ с вамы пагуляэм! – нашелся Крат.
– Вот еще! – топнула ногой Линда. – Вон отсюда!
– Какой жэнщына!
– Грр…
Терпения у Линды было и так маловато. Маг земли, она оказалась вспыльчивее своих подруг. Но может, и не было бы проблем, если бы…
Анни действительно жутко боялась пауков.
И когда в сгущающихся сумерках маленький паучок пробежал по платью храброго мага воды…
– Ай!!!
Анна-Лиза подскочила так высоко, что удивились даже орки. Но вот успешно приземлиться она не смогла. Выручил стоящий ближе всех к девушкам Грон, поймав девушку на руки. Только вот Линда восприняла это как агрессию – и бросилась в атаку. Зазвенели, скрещиваясь, клинки.
Селия схватилась за голову… Огонь решительно не подходил для остановки драчунов… а вода (точнее, магесса воды) сейчас была в шоке и на руках у орка.
Она бы обязательно что-то придумала, но…
– Что здесь происходит?
Вот только ректора здесь и не хватало!

Куда делась Мила – никто и не подумал. А ответ прост – девушка свернула не направо, а налево, перепутав направления.
А вот Рональд ничего не путал, он пошел на шум.
– Так… опять те же лица.
Анна-Лиза охнула, заметалась – и сделала первое, что ей пришло в голову. А именно: поцеловала орка. Грон так ошалел, что на поцелуй ответил. И даже увлекся…
Линда топнула ногой.
Крат, которому от нее и доставалось в этот момент хороших манер, оскалился.
– Я смотрю, мистрес, вы никак не угомонитесь?
Селия выдохнула – и снова кинулась вперед.
Отвлечь внимание от Анни и не дать Линде открыть рот. А то воительница сейчас скажет…
– Мэстер Аргайл, после вчерашнего происшествия мы решили помириться с господами из Оркриста.
– Да? – прозвучало с бо-ольшим сомнением.
– Конечно! И даже помирились…
– Вижу…
Анна-Лиза и Грон увлеченно целовались. Явно эти двое в ссоре не были…
– Потом речь зашла о военной подготовке, и мы решили проверить все на практике. Вот и…
– Почему здесь?
– Полигон уже закрыт.
– И на боевом оружии?
– Но кто нам так поздно вечером даст тренировочное?
– На все у вас есть ответ, леди Лиасон.
Селия присела в реверансе и развела руками. Мол, и рада бы, но правду говорить легко и приятно.
– А кричал кто?
– Мм… здесь был паук.
– Паук?
– Да… такой черный, страшный…
Рональд только головой покачал:
– Шагом марш отсюда. Еще раз увижу такое – и вам ни один паук не поможет! Понятно?
– Да, мэстер Аргайл.
Ректор лично стоял и наблюдал, пока адепты не разошлись в разные стороны. Орки – к своему дому, девушки – к общежитию. И только потом Рональд развернулся и направился к своему домику.
Лиасон… надо посмотреть ее личное дело.

Есть ли у ректора преференции?
Есть. Одна, но весомая – доступ к бумагам из своего дома. В любое время по первому слову и желанию.
А то как же! Вот захочется человеку поработать в час ночи – и что? В главный корпус бежать? В архив лезть?
Неудобно. А потому…
Магия, конечно. Самая полезная и облегчающая жизнь – бюрократическая. Смысл был в том, что ректор в любой момент мог затребовать себе копии личных дел адептов. Он и затребовал.
– Селия Анетта Мария Лиасон. И… Линда Далг. И Мила Лавсин.
Брюнеточку он вспомнил не сразу, но… с дерева его снимали обе девушки. Надо бы поинтересоваться.
Он взял мясо, отрезал кусочек, обмакнул в соус (плошка с соусом и коврига свежего, недавно испеченного хлеба находились тут же) и едва не прослезился.
Еда! Вкусная, свежая и без посторонних добавок! А вы говорите – нет на свете счастья!
Итак, Селия Лиасон… так, дочь графа, ну, это детали, сословные различия в академиях не поддерживались, и за них огрести можно было мешок звездюлей. А то и не один.
Из ворот академий выходили дворяне. Безземельные и не потомственные, но дворяне. Первую ступеньку им давала магическая сила, а чтобы встать выше, надо было служить империи.
Ты можешь заработать и титул для своих потомков, и земли, и бароном стать, и графом, но – служи. Опять же, сильный маг в роду – это хорошо. Даже если иномирец, такое бывало, но он-то помрет рано или поздно, а сила в потомстве останется. К славе рода!
Селия Лиасон, кстати, так и останется дочерью графа. А если захочет – станет лэрой. И будет пробиваться самостоятельно. Для семьи будет считаться, словно и не было у них такой дочери. Зато и отец ей никак распоряжаться не будет.
Та-ак… почитаем. Интересно… Маг огня.
Сила невелика, всего пять из десяти по шкале Равеля, но за все время учебы ни одной оценки ниже отлично, все практики сданы, все работы выполнены идеально, рекомендована к поступлению в аспирантуру. Уже сейчас работает над серьезной научной темой… что-то неудобоваримое из шести строчек… Рон прочел раза четыре, прежде чем все понял.
Оборонка.
Как водится, важно для военных. Прийти, уйти, напакостить противнику – дело нужное и важное. Только противник тоже не лох и таких умных старается отловить. Вот шел разведчик, да попался, его окружили. Что делать дальше?
Телепортироваться? Телепорты только стационарные. Удрать? Раньше прибьют, чем удерешь. Селия работала над тем, чтобы не телепортировать человека, а…
Человек в окружении активирует амулет. И включаются все четыре стихии.
Встает на дыбы земля, пыль летит во все стороны, создавая дымовую завесу, активируется вода, подбрасывая разведчика на высоту в пару-тройку человеческих роста, ветром его относит на большое расстояние, а для тех, кто решит преследовать или угрожать, есть огонь. Маленький огненный элементаль займет кого хочешь. Он вообще такой… занятный.
Насколько это реально?
Пока будет эффект неожиданности – безусловно. Но не стоит забывать, что в одном амулете требуется совместить четыре стихии. Которые не особо дружественны.
Антагонисты? Огонь – вода, земля – воздух…
Будут они конфликтовать? Безусловно!
Будут помехи? Да! И тут работы не для одной Селии, тут работы для кучи народа и на годы.
Список работ прилагается… талантливая девушка.
Нарушения? Нет таких. Хм, может, и поступит она в свою аспирантуру… дело правильное, надо за этим проследить.
А вторая? Линда Арана Далг. Маг земли, сила – семь из десяти, уже достойно. Специализация – боевик, увлечения – оружие. Драки, нарушения… тут все как положено.
Работать собирается на границе, там же, где и ее отец. Дело хорошее.
Про третью подругу Рональд не знал, вот и не озаботился. Мало ли кто там оказался? Даже и неинтересно как-то.
Мила Лавсин. Так. Маг воды, сила пять из десяти… плоховато, конечно. Но другие с такой силой в магистры выходили. Ученые труды писали.
Специализация – домоводство. Увлечение – домоводство. Собирается выйти замуж и практиковать магию не будет, разве что для себя. Обучается платно, на деньги отца. Так тоже бывает…
А это что? Грифелем, на полях, для себя кто-то нацарапал два слова: «Дура непроходимая!» Видимо, кого-то девушка серьезно разозлила?
Рональд не назвал бы Милу такой уж дурой, но, может, писавшему виднее? Да и не общался ректор с ней долго.
Ладно. Приглядимся ко всем троим повнимательнее.

– Ты куда подевалась, балбеска? Мы ее ждем, ждем, а она по округе разгуливать изволит, розы нюхать! – Селия тихо песочила Лалу.
– Свернула не туда, – оправдывалась девушка.
– Ладно. Сегодня опять пойдешь, и постарайся ничего не перепутать.
– Хорошо, – кивнула Мила.
Разговоры прекратились. В класс вошел проходимец.
Так уж получилось – теорию изучали вразнобой, практику – тоже. Разные силы, разный уровень подготовки, маг может и в семье крестьянина родиться, так что ж?
Понятно, герцог своего ребенка лучше обучит, крестьянин – хуже, а по возрасту они равны. И по силе могут быть равны. И как быть? Мариновать всех в одной группе?
Э нет! Бюджет не бесконечный, обучение должно быть гибким и качественным. А потому группы комплектовались по умениям, и состав постоянно варьировался.
К примеру, по умениям на боевке Линда была в первой группе, Анна и Селия – в четвертой.
По теории все три девушки были в одной группе (Селия натаскала). На медитации вообще всех объединяли.
А что до общеобразовательных… та же история, литература – есть ли разница, с кого начинать ее проходить? Общая спортивная подготовка, алхимия – да много чего было такого, что специальной подготовки не требовало. Каждый может сварить суп, только не стесняйся в учебник заглядывать и спрашивать, что непонятно.
Что-то пропустил?
Учебник в помощь, факультатив в руки. Идешь, задаешь вопросы, разбираешься. А какой ты маг, если тебе все надо разжевать, в рот положить да еще и пальцем пропихнуть! Хватит с тебя и того, что знание языков дается при переходе. Хоть чтение-письмо освоено, и то радость.
А всему остальному магу всю жизнь учиться надо самостоятельно, академия – первая ступенька.
Вот и сейчас все привычно занимали места у котлов.
Два человека – один котелок. Подруги с радостью варили бы зелье втроем, но преподаватели были против, а потому девушки менялись напарниками с соседями.
Вот и сейчас…
– Сели, – шепнула Линда.
– Да?
– Ты можешь с ним  поговорить?
– С проходимцем? Могу. А…
Линда посмотрела умоляющими глазами.
Селия только покачала головой. Да, не дура. А потому и поняла – он нравится Линде. И подруга жутко стесняется.
Поговорить с парнем, который приглянулся, это вам не оркам морду бить, второе всяко легче будет.
– Сели, ты из нас самая умная, – поддержала Анна-Лиза.
Селия вздохнула, развела руками и направилась к проходимцу.
– Привет!

Юрий покосился на стоящую рядом рыженькую девушку без особой приязни. Но та смотрела спокойно и доброжелательно, агрессии не проявляла, и парень чуть расслабился:
– Привет.
– Ты – Юри? Проходимец, да?
Юрий скрипнул зубами. Но…
– Юрий. И мне больше нравится – попаданец.
– А я – Селия Лиасон. Ты определенно попал.
– Да я и не хотел, – доброжелательность девушки была заразительна. И то… Юрий фэнтези не особенно любил, но точно знал, что попаданцев должны начинать прессовать. А что тут происходит?
Этот вопрос он и задал.
Селия фыркнула:
– Юри… Юрии, да?
– Ю-рий. Юра, так лучше?
– Лучше. Юра, рада знакомству.
– А я как должен ответить?
Селия улыбнулась:
– На уроках этикета расскажут. Но вообще: знакомство с вами честь для меня, или счастлив познакомиться…
– Понял. Счастлив познакомиться.
– Ты не против, сегодня я варю зелье с тобой?
– Не против, – перевел дух Юрий. Страшновато было, честно говоря. И если кто-то предлагает помощь, глупо отказываться.
– Мы с подругами обычно меняемся, сегодня моя очередь.
– А подруги?..
Анна-Лиза и Линда заулыбались из-за соседнего стола.
– Я вас потом познакомлю, хорошо?
– Ага… я смотрю, такие, как я, у вас не в новинку?
– А чего вам быть в новинку? Про… попаданцы у нас раз в год точно появляются, и необязательно люди. И ящеры были, и птицелюди, и рыбы, наверное…
– Я читал, что попаданцев сразу травить начинают.
– Да ты что! Зачем?
– Ну… люди не любят тех, кто от них отличается.
– Не слишком-то ты и отличаешься, хоть на нашего ректора глянь.
– А он… тоже?
– Не попаданец. А так – ты сам видел, вы похожи, – Селия имела в виду внешность и любовь к ярким цветам, но Юра понял все по-своему и расцвел.
– Как здорово! А я боялся!
– Правильно боялся, – кивнула Селия. – Учитывать все надо. Но – зря.
– Язва, – проворчал более-менее осваивающийся Юра. – Хорошо, что у вас мир толерантный…
– Какой?
– Терпимый ко всем.
– Конечно! Мы все стерпим! Ты сам подумай, кому ж надо такого врага наживать? Ты – маг. Сейчас тебе напакостят, потом ты припомнишь… в академии вообще за этим строго следят. Есть, конечно, некоторые, в семье не без урода…
– Лиасон! – прозвучал сзади противный голос. – Ты о своей семье проходимцу рассказываешь?
Селия развела руками и посмотрела Юрию в глаза:
– Ты понял?
Юра понял.

Сын графа де Креси, к большому сожалению девушек, родился одаренным. Мало того – первым одаренным в семье. Граф был счастлив, графиня была счастлива, мальчика баловали без меры, а потом – академия!
И ты уже не центр вселенной, и даже не рядышком, а так – один из многих. Серая скотинка. Мало того – еще и побили, и отчитали. Позор для дворянина – на девушку руку поднять!
Конечно, Вальдер де Креси затаил злобу. Конечно, ему хотелось отомстить. А нельзя.
Оставалось только пакостить по мелочи, зато постоянно и неутомимо.
Вот как сейчас, к примеру:
– Что, рыжая, четвертую подружку нашла?
Юра вспыхнул. Селия положила ладонь ему на руку:
– Юра, у тебя какая стихия?
– Воздух…
– Значит – нашла. Давай дружить?
Юрий кивнул. И не удержался, глядя в ответ на графеныша:
– Селия, а как у вас принято ухаживать?
– Дарить цветы, писать стихи… я тебе потом роман дам, если захочешь, там это расписано. А что?
– А почему молодой человек так неуклюже проявляет свое внимание?
Группа зафыркала. Виконта не слишком любили, а тут такой щелчок по носу. Но Вальдер не растерялся:
– Я бы, может, и поухаживал, но страшно. Говорят, что в поместье ее папочки даже кроликов уже не осталось. Всех слопали.
Линда шагнула вперед:
– Валь, тебе давно в лазарете бывать не приходилось?
– Тебе что, Далг?
Линда бы объяснила. Но…
– Разошлись по местам! – преподавательница алхимии говорила тихо, но очень внятно. Спорить с ней дураков не находилось, так что…
Практикум по алхимии начался.

– Сегодня мы еще встретимся на медитации, – просветила парня Селия. – А завтра на тренировке.
– Понятно. Спасибо тебе.
– Не за что. Обращайся, – махнула рукой девушка.
Юра протянул руку:
– Спасибо. Или у вас это как-то иначе делается?
– Зайдешь – поделюсь литературой. В общагу тебя не пустят, но на вахту вынести книги я могу.
– Вообще не пустят?
Селия пожала плечами:
– Я думаю, тебе стипендия пока самому пригодится.
Юра понял правильно и покачал головой. Миры меняются, а люди везде одни и те же. Факт.
А что Селия там говорила про ректора?
Макс остался в России, а здесь другой мир. Вернуться не выйдет, а вот найти себе друга и покровителя было бы хорошо. Надо присмотреться… в принципе, ничего так. Симпатичный, мускулистый, хотя одежда это и маскирует удачно, блондин…
Блондинов Юра любил. Надо присмотреться.

– Сегодня мы встретимся с ним еще на медитации. Так что не тушуйся, Лин, – подмигнула Селия.
Линда потупилась:
– Сели, спасибо.
– Пока не за что.
– Дэвушк, пагады!
– Ор-р-рки! – зарычала Линда.
Анна-Лиза покраснела.
Синеглазый орк шагнул вперед:
– Грон Хрук.
– Знаем уже, – огрызнулась Линда.
Селия пнула ее ногой.
– Селия Лиасон. Анна-Лиза Эресаль. Линда Далг, – назвала она себя и подруг.
– Тарх Керн, Арх Шад, Крат Мирт и Фан Дерк.
– Приятно познакомиться, – отозвалась Селия.
– Не вижу повода для знакомства, – процедила Линда.
– Лин, – усовестила ее Селия. – Подожди. Что вам угодно?
– Я эта… извынытс хатэл… – попробовал подобрать слова Грон. Почему-то он стеснялся под ироничными девичьими взглядами.
– Извинился? Свободен! – Селия вздохнула и сделала незаметный шаг в сторону. Когда Линда злилась, останавливать ее было бесполезно. А сейчас…
Она не любит орков.
И стоит вспомнить, что лэр Далг – комендант пограничной крепости. Где такие орки пошаливают регулярно.
– И прыгласыт…
– Без меня! – рявкнула Линда.
– Нэхарашо. Такой кырасывый дэвушк, – попробовал усовестить ее Арх. Ага, как же! Нашел кому на совесть капать! Линда и так орков не любила, а сейчас – вдвойне.
Юрий ей нравился, Юрий. Ухоженный и красивый, а не эти… осколки гор!
– Отвали! – рявкнула девушка.
И неизвестно, чем закончилась бы беседа, но тут раздался насмешливый голос:
– Лиасон, ты уже до орков докатилась?
Интересно, какие боги так изощренно решили поиздеваться над виконтом?
Орки такого терпеть не стали. Развернулись и шагнули вперед.
Виконт поднял руки – и удрал. Понял, что жить еще хочется.
Увы… когда орки повернулись, они обнаружили, что удрали также и девушки.
– Мне кажется, с нами не хотят разговаривать, – вздохнул Арх.
– А целовалась эта блондиночка хорошо? – полюбопытствовал Крат.
Ответом ему стал поднесенный вплотную к носу кулак.

Человек посмотрел на ядовито-зеленую шаль.
Хорошую такую, яркую, приметную…
Что ж, Селия Лиасон, ты нарвалась. Сама и виновата будешь! Интересно, отчислят заучку – или еще что похуже сделают? К примеру, в тюрьму упрячут?
Очень хотелось бы.

История с извинениями имела неожиданное продолжение.
И продолжил ее Крат.
Так уж вышло, молодой орк искренне считал себя неотразимым, был нетерпелив и активен, как и все недоумки. И решил пообщаться с Линдой плотнее – при случае. Ведь не может девушка в здравом уме пренебрегать таким красивым и обаятельным орком?
Нет, не может. Просто надо ей это подробнее объяснить, то есть пообщаться без свидетелей. А что адептка – так ушами не хлопай! Управа на всех есть!
Случай представился достаточно быстро, как только Линда отправилась в дамскую комнату.
Минут за пять до начала нового урока. Сбросила сумку на руки Селии и помчалась по делам.
Крат секунду подумал – и бочком отполз в сторону. И рванул за Линдой.
Успел он как раз вовремя.
Линда сделала свои дела и выходила из туалета. Крат налетел всей тушей – и втолкнул девушку внутрь. Ухватил за запястья, притиснул к стене так, чтобы не получить коленом по организму или лбом в нос.
– Нэ оры!

Юрий как раз закончил приводить макияж в порядок (хоть косметичка с собой была, а то бы вообще швах! Вы знаете, сколько стоит приличная тушь для ресниц? Тут и трех стипендий не хватит!), когда услышал это.
– Нэ оры!
– Пусти, козел!
– Нэхарашо так. К тэбэ со всэй душой, а ты…
Поскольку разговор происходил в соседнем, дамском, туалете, а себя Юрий посторонним не считал, да и вообще дверь была открыта, значит, не приват…
Чего б и не заглянуть?
В туалете орк прижимал к стене черноволосую девушку. Подругу Селии.
Юра поежился. Драться он не умел. И удрал бы по-тихому, но тут на него обернулся орк:
– Ты! Пшел вон!
И развернулся обратно! Вот наглость!
Юра понял, что надо самоутверждаться. Он шагнул вперед, подхватил стоящее в углу мусорное ведро – и с размаху нахлобучил на голову Крату.
– Э…
Больше орк сказать ничего не успел. Линда так приложила кулаком по ведру, что то внутрь вмялось.
– Спасибо!
– Не за что. Ты бы его и сама могла, наверное?
– Не-а, – покачала головой Линда, брезгливо пиная ногой осевшего орка. – «Гранитный кулак» хорош в ударе, а он бы мне ударить не дал.
Юра кивнул:
– Заклинание?
– Селия слепила, – Линда похвасталась небольшим колечком с морионом на указательном пальце. – Обычно активируется минуты три, а у меня – за секунду.
– Здорово…
– Учитывая помощь – могу поговорить с подругой. Она и тебе слепит, – Линда шла ва-банк.
А что? Спас девушку? Сам и виноват!
– Спасибо, буду признателен, – кивнул Юра. – А что ты делаешь?
– Трофей беру, – ухмыльнулась Линда, стаскивая с бессознательного орка плащ. – Держи.
– Я?
Юра искренне удивился, когда ему в руки легло нечто тяжелое неопределенного цвета.
– Ты, конечно. Если бы не ты, я бы точно пропала, – строго по рецепту из романов вздохнула полной грудью Линда. – И вообще, мы с него за этот плащ выкуп стребуем.
– А новый заказать не проще?
– Это же облачная шерсть! Теплый и маскирует в темноте, не всякий маг заметит! Забрось пока к себе, ладно? У нас тесновато, а вы, проходимцы…
– Попаданцы!
– Да-да, они тоже, вы по одному живете. И у меня урок начинается, а у тебя вроде бы нет?
Юра кивнул:
– У меня перерыв, я хотел в столовую сходить.
– Пожалуйста! Пусть у тебя пока полежит…
Линда посмотрела умоляющими глазами, парень хотел отказаться, но тут прозвенел гонг. Девушка бросила на Юру отчаянный взгляд – и тот сдался.
Ладно уж. Если трофей… Если здесь так полагается… И вообще, этот орк сам виноват. Кто же так с девушками обходится? Юру тоже иногда пытались зажимать в углу… Так вот! Ему – не понравилось!
Парень свернул плащ покомпактнее и отправился к себе.

Синяки под двумя глазами очень украшали Крата – с точки зрения Грона.
– Ты что?!
– Я только поговорить хотел.
– Дэ-был! – приговорил равнинным ругательством Арх, и Грон был полностью с ним согласен.
– Недоумок!
– Да не будет никто жаловаться!
– Не в жалобах дело! – Грон с отвращением поглядел на приятеля. – Ложись, лежи. С сотрясением вставать нельзя, даже если магией пролечат.
– Я могу…
– Не можешь. Остатки мозга растеряешь.
– А…
– И поговорю я насчет твоего плаща. Завтра же. Или сегодня за ужином, если увижу девушек.
В воспитательных целях не стоило бы этого делать. Но девушки Грону понравились. Особенно брюнетка.
Но и блондинка… целуется она замечательно.
– Пожалуйста.
– Тьфу, болван! Значит, так, сегодня лежишь. Завтра-послезавтра сможешь уже вставать, а через два дня пойдешь на кухню.
– Куда?
– Картошку чистить.
– Зачем?!
– Не будешь руки распускать где не надо. Повезло тебе, идиоту, а могли бы и шум поднять.
– Да кто из-за бабы…
– Крат, – когда Грон говорил таким голосом, затыкались все. Жить хотелось. – Мы здесь в гостях. Дело забыл? Так я напомню. Если сил хватает, чтобы по бабам бегать, я тебе их поубавлю. Пойдешь на неделю чистить картошку.
Крат сник. Бабская работа в горах считалась позором, так что…
Грон развернулся и не заметил злого взгляда, посланного ему в спину.

– Козлы!
– Сволочи!
Подруги разорялись весьма экспрессивно.
Линда кивнула:
– Юра меня спас. Он этого козла – ведром по голове, и еще ударить хотел…
– Не ударил?
– Я его первая, «гранитным кулаком»… Сели, ты для Юры такой сделаешь? С меня ему причитается.
Селия кивнула:
– Сделаю. Параметры только посчитаю – и сделаю.
– Спасибо, подруга.
– Не за что. А с орками надо разобраться. Это что еще за хамство? Покажешь самоубийцу?
– Покажу, – кивнула Линда.
Показать было сложно. Из всех орков Крат единственный не пришел на ужин. Линда обеспечила ему хорошее сотрясение мозга. Хотя что там трясти было?

Есть у ректора и еще одна привилегия… или – наоборот?
Ректор всегда знает, когда кто-то залез в его кабинет. Это похоже на зубную боль. Вот она Рональда и одолела во время ужина.
Заболело. Рональд плюнул на все и помчался в кабинет. Никого.
Окно открыто, явно злоумышленник удрал тем же способом, что и сам Рональд недавно, – через окно. А чего приходил?
После осмотра бумаг, Рональд понял, что просматривали…
Нет, какая наглость! Его личная корреспонденция и его бумаги! Даже сейф вскрыли…
Ха, держал бы он что-то важное на работе! Не дождетесь!
А это что?
На спинке кресла зацепились и повисли несколько ядрено-зеленых нитей из тонкой шерсти. Злоумышленник?
У Рональда ничего такого не было точно – он свои вещи знает. Значит, кто-то зацепился случайно. И цвет такой… ядреный!
Рон снял ниточки и сунул их в карман.
Разберемся.

Селия поставила последнюю пробирку, запустила атанор и довольно выдохнула.
Готово! Получится – вообще замечательно будет.
Она удовлетворенно улыбнулась и потянулась всем телом, словно кошка. И то – спина затекла, сколько можно с реактивами возиться?
– Кхм…
– Мэстер Перк? – удивилась Селия.
Какой ветер занес его в лабораторию? Обычно в это время мэстер уже пятый сон видит под боком у жены.
– Добрый вечер, девочка. Что скажешь?
– Поставила последнюю партию с концентрацией три, – отрапортовала Селия. – Проверяем фиолетовую часть спектра, вот как настоится, будем смотреть. Завтра к обеду готово и будет.
– Умничка.
– Спасибо, мэстер Перк.
– В аспирантуру собираешься?
– Вы же знаете, мэстер Перк, – чуточку насторожилась Селия.
– Аспирантура – это хорошо, но на всех мест не хватает…
Селия молчала. А что тут скажешь? Ей пока ничего не обещали, а про места она точно знает. Вот если не сложится – тогда куда как сложнее будет. Не пропадет, но намается.
– Я могу посодействовать…
Мэстер посмотрел хитрым глазом, как никогда напомнив Селии старую взъерошенную курицу. Самое печальное – он мог. Мэстер был одним из старейших преподавателей академии, нежно любил супругу, гонял адептов, вырастил троих детей, увлекался исследованиями теоретической магии и славился своей въедливостью. Мог и поспособствовать, и загубить карьеру…
– Мэстер? – полувопросительно произнесла Селия.
И вдруг почувствовала, как ее ухватили за… За задницу!
– Обещаю, тебе понравится, девочка.
Неизвестно, что могло бы понравиться девочке, но Селия впервые за все время учебы себя не контролировала. Запах, исходящий от преподавателя, ударил в ноздри, отвращение выключило мозги – и девушка рванулась что было сил.
– Пусти!!!
И вылетела за дверь, не разбирая дороги. Ее тошнило, голова кружилась, и… и тошно было до ужаса.
Такое даже девочкам сказать страшно…
Страшно не сказать. Страшно увидеть в глазах вопрос: ты это спровоцировала или как?
Селия понимала, что девочки так и не подумают, что… А все равно – тошно и страшно. И ведь никто… и ничего… кому тут пожалуешься?
Мэстер в академии уже сто лет преподает, кому тут поверят быстрее? Ему, с его блестящей репутацией, или какой-то адептке?
А еще аспирантура! Кто ее потом туда возьмет? И даже если она…
Селия слишком хорошо понимала, что мэстер никогда не остановится. Получит свое один раз – явится и за вторым. Благо будет уже чем ее шантажировать. И она сама… расплатившись такой ценой, она себя никогда уважать не сможет…
Селию мутило, голова кружилась…
– Лиасон?
Ох, не в добрый час подвернулся ей виконт. И не в добрый час он решил ее останавливать…
Селия не упала только потому, что виконт подхватил ее под руку. Но вывернуло ее тут же. На мантию бедолаги-адепта, который не ожидал такой подлости, ахнул, попытался отшатнуться, но Селия, понимая, что теряет сознание, вцепилась в него мертвой хваткой.
– Что здесь происходит?!

Голос ректора де Креси воспринял как благословение свыше:
– Мэстер ректор, мы тут…
– Я и хочу знать, что именно вы – тут?
Рональд смотрел с осуждением. Селию нещадно рвало, так, что она слова сказать не могла, а виконт в ужасе мотал головой, словно пьяная лошадь.
– Это… не я это!
– Правда? А кто?
– Не я! Точно!
– Не он, – простонала Селия. И согнулась в очередном спазме. От виконта пахло «Ночной розой», как и от мэстера Перка, в этом сезоне самый модный мужской аромат. Только у Перка он был смешан с запахом грязного тела, а у де Креси – чистого. Но и только…
Рональд покачал головой:
– Ладно. Идите отсюда, адепт.
– Д-да…
– И если я хоть слово услышу…
Последнего Рональд мог и не говорить. Виконт скорее язык бы себе откусил, чем в таком признался. Еще где бы мантию отстирать, которую он лихорадочно снимал на бегу.
Кошмар какой! Чем это Лиасон отравилась? Или – кто ее отравил?
А ведь точно! Отравил кто-то! Не иначе… Кто?!

Рональд подхватил с земли даже не бледную, а какую-то зеленого цвета рыженькую. Достал платок, вытер ей лицо, больше размазал, ну да ладно! Справится.
Встряхнул:
– Ну-ка, возьми себя в руки!
Селия задышала, стараясь справиться с ситуацией. Вот так, вдох-выдох. И еще раз, и еще…
От ректора пахло хвоей и кофе, но не розами, и это помогало. Но ощущение костлявых старческих рук…
Брр!
Селию опять замутило, но Рональд был начеку. И встряхнул девушку так, что желудок стукнулся о позвоночник.
– Цыц!
Тошнота временно улеглась. Но все равно было противно и неприятно…
Селия понимала, что ее ведут куда-то, что ректор ругается, а потом ее впихнули в большое кресло и протянули рюмку.
– Залпом!
Девушка послушно глотнула – и закашлялась так, что света не взвидела. Словно уголь раскаленный проглотила.
– Вот теперь запей…
Селия послушалась. Вдохнула, выдохнула…
– Лучше?
– Да. Спасибо…
– Не стоит благодарности. Рассказывай давай.
– О чем? – попыталась увильнуть Селия, но Рональда это не обмануло.
– Обо всем.
– Я ничего…
– Ты – нет. А с тобой? – проницательно прищурился Рональд. – Ну? Будешь врать – завтра же за ворота выставлю!
– Прав не имеете.
– Имею. У тебя три зачета не сданы.
– Какие?! Все я сдала!!!
– И ничего не докажешь.
– Вы… вы! – возмутилась Селия.
– Я. И что? – Рональд улыбался.
И Селия покачала головой:
– А так все равно вылечу. Со свистом.
– Обещаю сначала во всем разобраться. А уж потом…
Селия вздохнула. Собралась с духом – и выложила всю историю. Смотрела в пол и знала, что ей не поверят. А что еще оставалось?
Что такое соврать она просто не могла. И вообще… если что так, что этак – все равно выгонят, лучше уж уходить в открытую! Пусть и старому подонку хуже будет!
Рональд скрипнул зубами:
– Совсем старый козел распоясался.
– Что?! – Селия так удивилась, что даже рот открыла.
– А ты что думала? Он вообще дальний родственник герцога Шандерского, вот его и не увольняют.
– Он же… магистр…
– И это тоже. Но еще и родственник.
Селия тряхнула головой. Она что-то такое подозревала, но ведь и специалистом магистр Перк был отличным!
Рональд потер лоб:
– Ладно, я подумаю, что с ним делать. А ты не переживай, никто тебя не тронет. А если… – Рональд махнул рукой. – Успокойся. Пошли, я тебя провожу, а заодно, если Перк на месте, зайдем к нему в гости.
Селию передернуло, но не тот был у нее характер, чтобы просто так сдаваться. Она поднялась и расправила плечи:
– Идем.
Рональд хмыкнул и предложил даме руку.

Юра размышлял. Юра надеялся. Юра…
Юра метался по комнате, думая, поговорить ему с ректором или нет? Из своих он или из натуралов? Кто ж его знает…
А спросить? А маг. Страшно… А вдруг будет возможность поговорить?
Юра подумал немного. Посмотрел на трофейный плащ. Теплый и маскировочный.
Вообще можно просто пройтись и погулять. А если он по пути встретит ректора – тем лучше. Правда же?
А плащ теплый. У него ничего такого теплого нет, а по ночам уже промозгло. Еще не хватало сопли подцепить, простуду нигде быстро не вылечат. Хоть ты трижды магом будь…
Ладно! Он сейчас накинет плащ и прогуляется по территории академии. Почему бы нет?

Как Рон и ожидал, Перк был еще в лаборатории. Это Селии на волне ужаса показалось, что прошли сутки, а на деле-то всего полчаса. Может, чуть больше.
Рональд пинком распахнул дверь в лабораторию:
– Магистр…
– Аргайл.
Особой любви между ними не было. Еще и потому, что Рональд – сын и наследник (сейчас, скорее всего, его отец вернет в семью и опять сделает наследником), а Перк – десятая вода на киселе и достанутся ему мышиные хвостики.
– Магистр, не советую охотиться на моем поле.
– Поясните, Аргайл.
– Охотно. Еще раз протянете руку к моей женщине – вырву с корнем.
– Вашей?..
Рональд вытащил из-за спины ошалевшую вконец Селию и выставил ее вперед:
– Я понятно объяснил?
Перк скрипнул зубами:
– Но вы же только недавно…
– Я быстро соображаю, мне этого времени хватило, – парировал Рональд. – И если Сели мне пожалуется… вы поняли, магистр?
Перк скрипнул протезами вторично:
– Понял я, понял…
– Или пожалуются мои подруги, – вякнула Селия, вспоминая, что у них еще зачет.
Перк побагровел, но дополнение принял:
– Хорошо же…
– Вот и всего хорошего, – не стал слушать дальше Рональд. Развернулся и вышел. И Селию за собой утащил.

Девушка обрела дар речи только на полпути к общаге:
– Вы же… я же… он же…
– Сели, успокойтесь. – Рональд остановился, внимательно посмотрел девушке в глаза. Красивые, ясные, с длинными ресницами, почти черные в сумерках.
– Как же…
– Приятное разнообразие.
– Чего?
– Вот… Сели, выгнать старого козла я пока не могу. Заслуженный, сволочь, и со связями. Но притормозить – вполне. Пусть боится, авось поможет.
– Но мы же не…
– Мы – нет. Но он же об этом не знает.
– А когда узнает?
– Авось помрет от разочарования.
Сели от всей души рассмеялась:
– Я бы на это не рассчитывала.
– Дайте хоть помечтать.
Так, с улыбкой, Сели и вошла в общежитие. И остановилась.
На коврике перед ее комнатой лежала ее шаль.
Вернули? А почему не лично в руки?
Селия взяла ядрено-зеленый треугольник, погладила, нахмурилась, увидев дырку на ткани… надо штопать. Или правда плюнуть да и купить новую?
Все же цвет такой… а эту она в лабораторию заберет, там накидывать будет. Надо посоветоваться с девочками.

Рональд возвращался к себе, не зная, что за ним наблюдают.
Юра размышлял. Подойти? Не подойти? Расспросить? Не расспросить?
Мало ли, что там девушки сказали? Свечку они ректору точно не держали. И вообще… страшновато.
Но решаться-то надо? Юра сделал шаг, второй… И заметил, что кусты с другой стороны дороги как-то странно шевелятся… Что это такое? Что тут происходит? Пригляделся.
Оркский плащ делал парня вообще незаметным, широкий, удобный, уютный, сливающийся с фоном, а магией Юра не пользовался. И применять ее пока не умел.
Потому его и не засекли.
Вот Рональд делает шаг, второй…
И прямо в ректора летит огненный шар размером с человеческую голову.
Продумано все было просто отлично. Сначала убийца кастует заклинание, а потом, когда Рональд на него отвлекается, добивает в ближнем бою. Специальным клинком из черной бронзы.
Не учтен был иномирец, который сидел в засаде.
И с диким воплем «Ура-а!!!» кинулся на убийцу.
Получилось из рук вон плохо, Юра даже в сопливом детстве не дрался – берег руки. Занимался в музыкальной школе по классу скрипки, потом ему стало противно драться, но…
Ага, выпрыгнул. Кто оркский плащ носил – тот поймет!
Широкая тряпка запуталась в ногах, спеленала их наглухо, и бравый герой-спасатель полетел вперед носом. Да так удачно, что попал невезучему убийце головой в колено. Хорошо так попал, едва не вынес сустав напрочь.
Тот охнул и свалился прямо на Юру.
Юра от шока потерял всякое соображение и завизжал истошным голосом. Причем орал почему-то: «Помогите, насилуют!!!»
Убийца понял, что дело проиграно, и попробовал вскочить с Юрия, но куда там! Вертелся иномирец так, что найти точку опоры было нереально. Хотя что-то твердое пару раз под руку и попалось, но – увы.
Рональд, который как раз отбил шар в сторону, не стал терять времени.
Шагнул вперед и стукнул убийцу сапогом по голове.
Попал. И принялся стаскивать его с истошно вопящего Юры.
К месту происшествия уже бежали адепты и преподаватели. То ли посмотреть, то ли поучаствовать.

Рональд обломал людям все удовольствие.
Приказал разойтись, обязал преподавателя по боевке проводить проходимца к лекарю, а всем остальным заниматься своими делами. Сам ухватил убийцу за шкирку – и выругался.
Сдох!
Да что ж за свинство такое! Его еще допросить не успели, а он уже померши!
И похоже, человек самоотравился. Прикусил горошину или губы облизнул, когда понял, что попался и бежать некуда…
Так. Амонтиль. Этот яд Рональд отлично знал. Но… яд-то редкий! И дорогой! И контрабандный!
И кто это у нас такими вещами балуется?
Рональд плюнул и принялся распоряжаться. Не прошло и часа, как тело погрузили в карету и Рон отправился в город. В следственный департамент.
Еще он сам все дела не распутывал! Пусть у других голова болит, а он свое дело сделал, отбился. Правда, благодаря проходимцу.
Надо к нему зайти поблагодарить…
А еще на месте происшествия Рональд опять обнаружил несколько ярко-зеленых ниточек. Так убийца и взломщик – это один человек? Или у него был сообщник?
Странно как-то…
Надо бы узнать, у кого есть вещь такого ядреного цвета. И оркская шерсть… дорогая вещь. Рональд решил расспросить секретаршу при случае. Вдруг знает?
Секретарши – они такие. Они все знают.

Глава 4

Будь любезна приехать в выходные. 
Мы должны представить тебя герцогу Аргайлу, твоему будущему тестю. 
Танна и Шинор Аркен 

– Сволочи, – хлюпнула носом Анна-Лиза. – Гады! Вот!!!
Селия и Линда были полностью согласны.
– Может, мне вообще от них отказаться? Начну свой род, – задумалась Анна-Лиза.
– Ты с этим не спеши, – покачала головой Селия. – Законы мы вместе читали, к чему дарить им такие деньги? Порадуешь – и только.
Анна-Лиза кивнула. Это да. Это было.
Есть в законе такая тонкость. Сейчас по достижении двадцати лет Анна-Лиза может получить деньги своего отца. Может она получить их и раньше, если выйдет замуж. Но есть к мужу ряд требований…
Выполнит – получит.
Нет – деньги она все равно получит, но в те же двадцать лет. А вот если откажется от рода…
Это может сделать каждый волшебник или волшебница. Нижняя ступень дворянства – будет лэра Эресаль, к примеру. Или лэра Эрес, все же лучше взять при таком раскладе новую фамилию. Потому что из старого рода ты уходишь так же верно, как в случае смерти. Считай, Анна-Лиза Марион и прочая умерла для своих родных. Деньги перейдут к матери или куда там еще их барон завещал, а Анна-Лиза начинает жизнь с чистого листа.
Это могли сделать обе девушки – что Анна-Лиза, что Селия, но пока выжидали. Их ведь не трогают? А раз так, чего спешить?
Линда искренне сочувствовала подругам. Ей это было ни к чему, ее отец искренне любил. И вздумай кто-то приневолить его девочку…
Сбросил бы лэр Далг негодяя со стены. И на священной книге поклялся, что тот сам решил учиться летать.
– А что делать?
Селия потерла лоб:
– Работать надо по двум направлениям. Как маг ты все-таки уязвима…
Анна-Лиза кивнула:
– Да… может, вы поедете со мной?
– Неплохая идея, – кивнула Селия. – Можем проехаться ненадолго. Только мне надо отпроситься, у меня серия опытов идет…
– Отпрашивайся, Сели, – кивнула Линда. – Не бросать же подругу в такой ситуации?
– Ни в коем случае, – графская дочь прошлась по комнате. – Я сейчас еще в библиотеку заглянула бы. Видела я там интересный справочник.
– Справочник?
– Шуточные заклинания для карнавалов и праздников.
– Щекотка?
– Что ты, Лин, – расплылась в ядовитой усмешке Селия. – Намного интереснее. Книжке лет пятьсот, тогда развлечения были менее формализованными…
– Сели! Говори нормально!
– Поменять окраску человеку или его одежде, наслать невидимость, заставить одежду свалиться… да много чего там было! Надо проглядеть!
– Тащи, – кивнула Линда. – Пошли, я с тобой схожу.
– Я тоже…
– Цыц! – в один голос рявкнули подруги. – Сиди дома, сюда, по крайней мере, ректор не явится!
– И надо еще пирог поставить, – кивнула Селия.
– Пирог?
– Мужчину надо прикармливать не слишком часто, но регулярно. Это в твоих же романах сказано, – поведала Селия. – И объяснять, что в случае замужества, и только в этом случае кормежка станет постоянной.
– И действует?
– В романах – безусловно.
– Мы-то не в романе!
Селия пожала плечами. Эти детали ее не волновали. Если люди пишут книги, а другие люди их читают, значит, хотя бы часть написанного – правда. Осталось только ее выделить.

Чем был хорош пирог с рыбой – его можно было поставить в духовку, обязать Милу следить за румяностью корочки и уйти в библиотеку.
Селия и Линда так и поступили.
Мила облизывалась, но следила внимательно. Ректора в мужья хотелось. Девчонки, конечно, заразы, но хорошие качества у них есть. К примеру, они никогда не врут. Всегда держат данное слово. Помогают, если попросишь…
Авось и сейчас не подставят.
И Мила следила. Селия сказала, что вернется к нужному моменту, но на всякий случай надо смотреть за корочкой. Выключить огонь, когда корочка станет светло-коричневой…
Намного проще алхимии.
Селия и Линда достаточно быстро нашли нужную книгу, но вот до кухни дойти не успели.
– Привет, заучка!
– Креси! – Линда тут же приняла оборонительную стойку. Хватит с нее и орка! Теперь она втрое осторожнее будет!
– Что вам угодно, господин граф… виконт? – поправилась Селия, едва не сбившись на привычное: «графин».
Креси это понял и пакостно ухмыльнулся:
– Говорят, ты уже на орков кидаешься?
– Говорят – ежей едят, – в пустоту протянула Линда, разминая запястья – так удобнее потом бить.
Намек Креси понял:
– А еще говорят, заучка, что твой отец последнее распродает! Поместье уже заложено вдоль и поперек, теперь он детей закладывает. Так что жди…
– Чего ждать? – удивилась Селия.
– Жениха, вестимо.
Какой бы реакции не ожидал графинчик, но точно не этой. Девушки переглянулись – и дружно расхохотались. А потом обогнули бедолагу с двух сторон, еще и по плечам, не сговариваясь, похлопали.
– Спасибо, лапа.
– Орси, Креси.
Так и остался бедняга стоять на тропинке. А чего он такого сказал? Вроде бы…
Нет, не понять этих баб! Особенно если они – ведьмы! А они все – ведьмы!!!

– Это уже предел наглости, – сообщил Рональд небу.
То привычно отмолчалось. Но…
Взламывать окна в доме ректора – действительно нахальство. Не получилось ничего, конечно, но тут важен сам факт!
В его доме! Такое!
Рональд решил в следующий раз оставить для взломщика пару приятных сюрпризов и внимательно осмотрел окрестности. Увы, следов было мало и все нечеткие. Только на кусте шиповника висело несколько ярко-зеленых нитей. Словно тут зацепились чем-то вроде шали.
Рональд сравнил с уже имеющимися и задумался. Третий раз?
И одна и та же тряпка? У негодяя другой одежды нет?
Вот как хотите – что-то тут неладно. Рональд бы давно дырку на одежде обнаружил и заштопал. Или выкинул.
Он секретаршу расспросил – оказалось, что ядовито-зеленая шаль вроде как есть у кого-то из адепток… она постарается вспомнить. Но… вот именно!
Постарается!
То есть человек в ярко-зеленой шали ходит по территории незамеченным и лезет куда не просят?
Рональд скорее поверил бы в подставу. К примеру, оторвать клочок и, растрепав его на нитки, подсовывать в нужные места.
Есть такое подозрение. Проверить надо, но…
Интересно, кого ему пытаются подставить?
А еще интереснее знать – кто?

Пирог с красной рыбой под острым сыром с пряными травами был почти готов.
Мила облизнулась – и тут же получила от Селии полотенцем:
– Цыц!
– Потрясающе пахнет.
– Я с тобой рецептом поделюсь, – пообещала Селия. И принялась укутывать произведение искусства.
На тонком пласте теста с невысоким бортиком лежали ломтики красной рыбы. А сверху их покрывал слой сыра со сливками и специями.
Селия укутала красоту в полотенце, чтобы не сломать сырную корочку и чтобы пирог не остыл по дороге, и вручила Миле.
– Пойдем. Нас ждет несоблазненный ректор.
– Сели, я это…
– Пирогом соблазненный! Пи-ро-гом!
– А, тогда можно.

Дубль два, только без Анны-Лизы.
Мила снова отправилась к домику ректора. Подруги стояли и ждали. Селия поеживалась. Шаль она не надела, дырку заштопать не успела…
Честно говоря, были вещи, которые девушки вообще не умели делать.
Вот та же Мила отлично шила, вышивала, даже вязала.
А девушкам это было просто не надо.
Штопка чулок – их потолок. А с шалью так не получится, увы. Заметно будет… еще и дыра на таком месте…
Купить новую – или попросить кого-то о помощи? Девушки пока размышляли.
– Надо тебе будет шаль купить на выходных, – покачала головой Линда. Сама она надела куртку, но Селии такой стиль решительно не шел.
– Может, еще мою заштопать можно? – понадеялась Селия. – Сплошные траты с этим ректором!
– На благое дело тратим, – отмахнулась Линда.
Ради подруги ей было не жалко денег. Лишь бы помогло!
Девушки наблюдали, как Мила подошла к домику и постучала. Рональд открыл практически сразу:
– Да? Ах, это вы, девушка?
– Да. Мэстер ректор, это вам…
На этот раз пирог был принят с гораздо большим энтузиазмом.
– Действует! – шепнула подруге Селия.
И верно, Рональд искренне поблагодарил и даже поцеловал девушке руку. Мила покраснела и походкой сомнамбулы направилась куда-то вдаль.
Рональд покрепче перехватил пирог и отправился на кухню. Хмыкнул.
Не приправлено, как и в прошлый раз. Кстати, те яства он лично отвез в ближайшие бордели и разъяснил, что к чему. Девушки оценили… четыре брака, восемнадцать предложений взять на содержание, повышенная сексуальная активность клиентов и месячный заработок за неделю. Красота!
Ректора просили приезжать еще. Обещали скидку – десять процентов.
А пирожок – прелесть. Тесто было воздушным, рыба нежной, а сыр острым… еще бокал вина… ладно! Вино у него есть!
Восхитительно!
И Рональд пообещал себе присмотреться к девушке.

Заметить девушек было несложно. Но в этот раз Грон пошел один.
– Дэвушки…
– Они что – нас преследуют? – ощетинилась Линда.
Не преследовали. Арх увидел девушек в окно и сказал Грону – только и всего. Дороги-то остались теми же, и вид из окна – тот же.
Селия сделала шаг вперед:
– Добрый вечер. Что вам угодно?
– Я… ызвынытс хатэл, – от волнения акцент у Грона стал вовсе уж кошмарным.
Но Селия поняла:
– За что?
– За дыруга… Крат – дурак! Ышак бэзмозглый!
Линда утвердительно кивнула. Она думала примерно так же.
Ее бы воля – она бы пришибла придурка. С другой стороны, благодаря Крату ее спас Юра! Есть за что поблагодарить?
Ладно, пускай живет! И Линда благородно махнула рукой:
– Ничего страшного. Мы не в претензии.
Селия выдохнула. Ругаться не хотелось.
Грон понял, что девушки не злятся и попробовал отыграть еще одну позицию:
– Можно прыгласыть вас на ярмарку? – Теперь акцента почти не было.
– Нельзя, – отмахнулась Линда.
– Пачэму? Я бэз злых мыслэй, в знак прымиреныя…
Линда покачала головой:
– Нет.
Селия поддержала подругу:
– Мы не держим зла, но у нас другие планы.
– Мэжду намы – мыр?
– Между нами мир, – подтвердила Селия.
Грон перевел дух. Девушки ему нравились, ссориться не хотелось. Лучше дружить. Да и учиться здесь еще год…
Про плащ он попросту забыл. Вспомнил уже позднее, но решил подождать. Что с тем плащом будет? А Крату все равно еще день лежать.
Адепты распрощались почти дружески. И, удаляясь по тропинке, Селия довольно кивнула:
– Авось ссориться и не будем?
– Сдались мне эти козлы, – фыркнула в ответ Линда.
– Лин, успокойся. Ты уже не на границе.
– К сожалению.
– Все, думай о хорошем. Жаль только, на ярмарку мы не попадем.
– Почему? В столице она тоже будет.
– Но там цены – не чета нашим!
– А скидки?
– Будет ли у нас время, – вздохнула Селия. – Анна-Лиза важнее.
– Согласна.
Большего девушки не сказали. Но Арху, который скрытно следовал за ними в надежде разжиться информацией, хватило. И он пересказал этот разговор Грону.

– Бедненько, но чистенько, – резюмировал Кларенс Аргайл.
Рональд посмотрел на отца без особой приязни.
Ага, видел бы папаша, где ютился сын первый год после ухода из дома. Ему бы домик из шести комнат (две спальни, гостиная, столовая, кабинет, лаборатория) дворцом бы показался.
– Как мать?
– Пока так же, – вздохнул Кларенс, не солгав ни словом. – Передает тебе приветы.
– И ей того же…
Мать Рональд любил, да… Только вот она против отца не пошла. И сына не отстояла. Обидно, правда?
– Рональд, ты можешь мне уделить пару минут?
– Я уже слушаю, – хмыкнул ректор. Поскольку он готовился ко сну, то был в халате поверх пижамы.
Пижама была шелковой, темно-вишневой, богато расшитой золотом, халат – ярко-зеленый, в стразах. Лорд Аргайл морщился, но терпел. Понимал, что за критику Рональд его выставит в три минуты (и был прав в своих предположениях. Даже в две с половиной минуты бы уложился).
– Ты пока никого не присмотрел из девушек?
– Пока – нет.
Пирог и мясо заслуживали внимания, но Рональд не был уверен в авторстве Милы. Говорила же она про Селию?
– Тогда обрати внимание на мою кандидатуру.
– На кого именно?
– Анна-Лиза Эресаль.
– Эресаль… баронство?
– Хорошо, что ты слышал.
– Было дело. Что с ней не так?
– Все с девушкой так. Она единственная наследница своего отца, сильная магичка, насколько я знаю, маг воды…
– Допустим.
– Есть возможность договориться, чтобы ее отдали за тебя.
– Возможность?
Лорд Аргайл поморщился:
– Ее мать, вдова Эресаля, вышла замуж за Шинора Аркена. Не помнишь такого?
– Нет.
– Его отец работал у нас в имении.
– Вот как?
– Да. Был камердинером у твоего деда, потом получил по завещанию неплохую сумму, уехал… я Шинора еще с детства помню. Пресмыкающееся.
– И что?
– Падчерицу он за тебя выдаст не глядя.
Рональд фыркнул:
– А если я не возьму?
– У тебя есть кто-то на примете?
– Пока нет.
– Тогда почему бы не присмотреться? Просто из упрямства? Потому что я посоветовал девушку?
Вообще-то да. Но признаваться в этом Рональд не собирался:
– Ладно. Я подумаю.
– На этих выходных я собираюсь с ней познакомиться сам. Может, и ты познакомишься? Здесь, в академии?
Рональд только и смог, что горестно вздохнуть:
– Хорошо, я подумаю.

Когда в дверь домика постучали, Юра подскочил и помчался открывать.
Гости? А кто? Любопытно же!
На пороге обнаружился ректор собственной персоной. Юрий замер, рассматривая гостя в восхищении и приходя к мысли, что он – свой !
Разве нет?
Бледно-голубые штаны (такой намек!!!), розовая рубашка, ярко-малиновый камзол, большой голубой бант на шее и такой же в волосах, оба богато украшены горным хрусталем. И сапоги!
Конечно же, сапоги, расшитые бисером, из тонкой ярко-синей кожи!
Кто еще так может одеваться, если не свой?
– Зд-равствуйте, – Юра заулыбался, отступая от двери. – Господин ректор?
– Мэстер.
– Мэстер?
– У нас так принято обращаться. Мэстер ректор, пока я возглавляю академию. Или ректор Аргайл.
– Ректор Аргайл. А я…
– Юри. Я знаю.
– Можно просто – Юра.
– Хорошо. Юра, я должен выразить вам свою признательность и благодарность. Если бы не вы, меня могли бы убить.
– Какой ужас!
– Да, меня бы это тоже огорчило, – иронично согласился Рональд. – Самоубийца…
– Шахид? – ужаснулся Юра.
– Простите, кто?
– Это такие… сумасшедшие. Они идут убивать во имя веры, а потом и сами себя убивают. И им все равно, кто и сколько погибнет рядом с ними, чем больше, тем лучше.
– Шахид… правильное название. В вашем мире они тоже есть?
Юра кивнул:
– Это мой мир не украшает, но – увы. А чем отравился этот человек?
– Амонтиль.
– А-мон-тиль?
– Этот яд получают искусственным путем, из печени зомби…
– Зом… кого?!
– Зомби. Почему это вас удивляет?
Юра уже не удивлялся. Он молча закатил глазки и сполз по стеночке. Покойников он боялся еще больше, чем Анна-Лиза – пауков.
Рональд покачал головой, поднял нервного мага с пола и потащил в гостиную. Усадил в кресло, побрызгал водичкой из графина.
Юра открыл глаза и застонал:
– Какой ужас! Зомби?!
– У нас их иногда используют в некромантии.
– И они вот так просто лежат в лабораториях?! И из них получают яды?!
– Конечно нет. Это очень узкоспециализированное направление. Поди еще поищи специалиста.
Говоря об этом, Рональд подумал, что надо бы поискать.
Действительно, не отдавать все на откуп городским следователям, а и самому поинтересоваться. Кто это его так возлюбил, что на некроманта раскошелился?
Если что, некромантия – это приговор. Мгновенный и однозначный. Даже с государственной изменой возможны варианты… нет, невозможны. И с некромантией – тоже. Казнь без вариантов.
– Все равно кошмар.
– Юра, вы мне спасли жизнь. И я вам весьма благодарен…
Юра покачал головой:
– Я… это был долг любого человека.
– Не любого. Я прошу вас принять мою дружбу.
Юрий закивал головой. Дружбу! А вдруг потом и:
– Мэстер ректор… скажите мне, пожалуйста, как другу, у какого портного вы одеваетесь? Моя одежда не вечна…
Рональд улыбнулся:
– Я порекомендую вас своему портному. С улицы к нему не попадешь.
– Я буду вам очень признателен!
Рональд улыбнулся, откланялся и ушел. А Юра сидел в кресле и мечтал. Может, это будет началом прекрасной дружбы?

Выходные. Как много в этом слове!..
Селия, Анна-Лиза и Линда дружно отправлялись к телепорту. Первыми.
Они решили перейти с утра пораньше, в пять часов. И скидку дадут за переход в такое неудобное время, и планы есть.
Чуть позднее, ровно через час, к телепорту подошла компания орков.
И, выспавшись, к десяти часам в столицу отправились Рональд и Юрий.
Столицу ждал нелегкий денек.

Утро для почтенного дома Аркенов началось нерадостно. Или – наоборот? Смотря кто радовался.
Что такое пять утра? Полшестого? Да приличные молодые люди в это время только домой возвращаются! Понимать же надо!
А теперь – картина. Возвращается Фарл с прогулки, немножечко усталый, и видит в гостиной девушку.
Даже не так – Девушку!
Очень достойную, в брюках, которые так обтягивают, и в кожаной куртке, которая расстегнута, а там шелковая алая рубашка, и тоже… такие достоинства, что руки так и тянутся потрогать!
Волосы черные, глаза… да, глаза тоже черные… кажется! Это на фоне остальных достоинств уже не смотрится.
И как тут пройти мимо? Никак!
Фарл приосанился (а что? Он парень хоть куда!) и направился к девушке. Даже поклониться попробовал… и кто такие кривые полы и стены выдумал? Едва на ногах удерживаешься! Архитектор виноват, сволочь!
– П-вольте пр-ставиться. Ф-рл Аркен!
Линда, а это была она, с интересом оглядела стоящее перед ней существо в штанах. К мужчинам она это  принципиально не относила.
Общее впечатление было – тьфу. Но рядом, а то утопишь ненароком.
– Иди проспись, – дружески посоветовала она, решив не устраивать побоища в доме подруги. И хотела отвернуться. Не успела.
– Пр-пппадаю к вашим но-гам, оч-ровательная! У-мляю о встр-че!
И правда – припал. Хотел на одно колено, получилось на оба, только полы отозвались грустным гулом. Линда с трудом сдержала себя. Эх, хорошо стоит! Вот сейчас бы его ногой, да с размаху, да по зубам…
Нельзя. Пока – нельзя.
– Сказала – иди проспись, – еще раз разъяснила она. И попробовала отодвинуть кресло, в котором сидела.
Ага, кресло-то дубовое. Массивное. Будь ты хоть трижды маг, а так просто его не отодвинешь! И Фарл еще неудачно дернулся.
И свалился Линде носом… да не в колени. А выше!
И не нашел ничего лучшего, как присвистнуть самым похабным образом.
Линда на миг остолбенела, а потом в гневе свела вместе ладони.
«Гранитный кулак» – это активация на одно из колец. На втором висела «дрожь земли». Ее, правда, в помещениях применять не рекомендуется. На третьем как раз для помещений – «осьминожка».
Кольцо – перстень. Под камнем несколько семян с лианами, заклинание позволяет активировать их рост – и враг оказывается или опутан растениями, или отброшен ими от тебя…
Линда выбрала второй вариант.
Ползучие растения так впечатали Фарла в стену, что на пол попадали все картины. Одной, кстати, Аркен пребольно получил по плечу, временно протрезвев. И заорал.
Так и началось утро в доме Аркенов.
– Лин, что происходит?!
Анна-Лиза и Селия влетели в гостиную вихрем. В буквальном смысле слова – при желании Селия могла передвигаться намного быстрее обычного человека, практически не касаясь ногами пола. Знаете, как огонь может быстро мчаться?
Не знаете? И хорошо.
Они отлучились на пару минут – растолкать дворецкого и объяснить ему, что молодой госпоже и ее подругам нужно три комнаты. Но пока его растолкаешь, пока достучишься что до человека, что до его разума – вот и задержались.
Вниз по лестнице бежали остальные Аркены.
Шинор – в ночном колпаке, Танна – в папильотках.
– Что происходит?! – возопил Шинор. – Сынок!!!
– Анна-Лиза, это ты натворила?! – вторила ему Танна.
Анна-Лиза покачала головой. Линда встала из кресла.
Воздвиглась, заставив Шинора отвлечься от страданий сына и восхищенно сглотнуть. Какая женщина!
– Ваш сын меня оскорбил! Я требую поединка!
– Линда, ты не можешь его вызвать, – рассудительно заметила Селия. – Он не дворянин.
– Тогда я требую компенсацию за оскорбление!
– Какое оскорбление?! – вскричала Танна.
– Э-э… – Линда на миг замялась и покраснела.
Выручила Селия:
– Линда, я правильно понимаю, что даже рассказывать о его действиях ты не можешь без ущерба для дворянской чести?
– Да!!!
Селия развела руками:
– Простите, господа. Но закон суров. Думаю, сто плетей на конюшне будет достаточно.
– За что?! – завопил Фарл.
– За оскорбление, – разъяснила Анна-Лиза. – Моя подруга – благородная лэра, дворянка, магесса земли, она тебя вообще могла убить…
– Да я же ничего…
– Ты меня еще и лгуньей назвал?! – окончательно разъярилась Линда.
Растения угрожающе зашевелили листвой. Сейчас кинутся.
– Дамы, дамы, это недоразумение… – Шинор Аркен грудью бросился на спасение сына. Понял – не помилуют.
– Я за меньшее наглецов в землю закапывала! – Линда отказалась мириться.
– Я понимаю, но уверен, Фарл не хотел вас оскорбить. Просто он пьян…
– И это допустимо? Вы хотели оскорбить мою подругу?
– Как?!
– Пьяный простолюдин в доме, в котором живет аристократка?! Анни, ты должна подать в суд! Немедленно! Сели, какой параграф кодекса нарушается?
– Пока – никакой. Анна-Лиза пока жалобу не подавала, – Селия мило улыбалась. – Вот если ты ее подашь, а она поддержит, можно будет и о казни разговаривать.
– Покушение на добродетель дворянки, девицы, – зловеще протянула Линда. – О да!
Подруги вовсю пользовались представившимся шансом. Замужество?! Не дождетесь!
У них свои планы, свои дела, вообще, они сюда и ехали с намерением устроить провокацию, но раз уж так удачно сложилось и все само устроилось…
Грех не воспользоваться!
Шинор справился бы с ситуацией, но спросонок? Да еще когда специально нагнетается истерика? И с тремя сильными магессами, одна из которых одним взглядом заставляет шевелиться явно хищные растения, вторая поигрывает шариком воды, а третья раскручивает на кончике ногтя крохотный огненный смерчик…
Обычные люди не любят магов. Побаиваются.
Кто его знает, что там магу в голову придет, а вот свою голову потом назад не приставишь.
– Я не покушался!!! – возопил Фарл в ужасе.
– Так на суде и скажешь. Что ты мне не лез носом и не дотрагивался в интимных местах…
– Какой кошмар! – ахнула Селия. – Линда, немедленно подавать жалобу! Это ужасно!
– Я оступился! Я был пьян!
– Лет двадцать каторги, – парировала Анна-Лиза.
Шинор медленно прикрыл глаза, потом открыл:
– Хорошо! Что вы хотите?
– Я поговорю сегодня с герцогом, – медленно произнесла Анна-Лиза. – Но вы при этом присутствовать не будете. Это будет только наш с ним разговор и на наших условиях.
Шинор выдохнул. Он боялся, что строптивая девчонка вообще откажется разговаривать, это была бы катастрофа. А так…
Пусть договаривается. Он потом все по-своему повернет.
– Мы вернемся к обеду, – решила Анна-Лиза. – Ах да, и прошу выдать мне ежемесячное содержание. Нам надо пройтись по ярмарке.
Шинор скрипнул зубами. Ничего он Анне-Лизе не выдавал. Но поди скажи это в присутствии наглых девок? Сожрут!
Пришлось под конвоем девиц идти в кабинет и доставать кошелек с монетами. Анна-Лиза взвесила его на руке.
– Отлично. На обновки нам хватит.
– Обновки?! – праведно возопил Шинор.
– Я должна предстать перед герцогом в этих обносках? – не менее патетично вскричала Анна-Лиза, указывая на свое платье.
Шинор скрипнул зубами еще раз – и простился с деньгами.
Девушки вышли за порог особняка и улыбнулись друг другу. Их ждала ярмарка.
Шинор вышел из кабинета, подошел к Фарлу и взял того за горло. Подержал недолго любимое чадушко у стеночки и прошипел:
– Еще раз. Увижу пьяным. Душу выну, сопляк!!!

– Обновки?
Анна-Лиза развязала кошелек и заглянула внутрь:
– Золото. Девочки, живем! Нам всем троим хватит, еще и в копилку останется!
– Это твои деньги, – засомневалась Селия. – Мы тут ни при чем.
Анна-Лиза покачала головой:
– Наши! Сестренки, это все наше! Вперед!
– Это моя компенсация, – согласилась Линда.
Селия подумала пару минут и махнула рукой:
– Гуляем!

– И где искать твоих красоток?
– На ярмарке.
– Она большая…
– Таких не потеряешь.
Арх мысленно согласился с Гроном. Да, таких не потеряешь. Что ж, пойдем!
Ах эта ярмарка! Шум и гам, веселье и суета, праздник и суматоха!
Здесь торгуют всем – от лошадей до сладостей, здесь кипит и бурлит толпа, здесь приходится следить и за кошельками, и за девичьими прелестями, здесь яростно зазывают покупателей и не менее яростно торгуются за каждый медяк.
Здесь жизнь не просто кипит и бьет ключом – здесь творится нечто удивительное, вроде философского камня.
Только что дрались – и уже танцуют. Только что пели – и уже плачут.
Вот кто-то трясет грязной тряпкой, призывая всех богов в свидетели, вот кто-то рыдает в углу, вот кричат «держи вора», вот суют тебе под руку какую-то копченую ящерицу…
Дикое безумие жизни. Но такое завораживающее!
Орки, впрочем, шли по ярмарке достаточно спокойно. Грон – на острие клина, за ним Арх и Тарх, замыкал шествие Фан Дерк. Крата с собой не взяли – у него был день картошки. Повара только порадовались – адепты еще накосячить не успели, а картошку чистить кому-то надо.
– Что может интересовать девушек?
– Платья. Украшения. Котики.
– А ведьм?
– Мм… они ведь тоже девушки?
– Ладно, пойдем смотреть котиков и украшения, – решил Грон. И не ошибся.

Котики Селии были не слишком интересны. А вот растения, которые продавались рядом!
Это же ингредиенты!
Дорогие, важные, а накрошить или насушить она и сама сможет! У девушек половина комнаты была в цветочках-листочках. Белена, белладонна, аконит и прочие полезные травки-муравки. Для дома, для друзей…
Звери? Зверей Селия на ингредиенты разделывать не любила. Жалко… да и варварство это! Давно уже заменители придумали… разве что у черного кота надо бы шерсти состричь и у трехцветной кошки тоже…
Так что – да. Котики.
Три девушки на ярмарке? Это провокация. Особенно если девушки молодые, красивые и с деньгами. Их надо зазвать в лавку, показать товар, восхититься, предложить что-нибудь «за бэсплатно!», ущипнуть за попку…
Всякое бывает. Двое нахалов свое от Линды уже получили. И один раз от Селии.
Магичка была доброй и пушистой, как полярный лис. И когда ее схватил за руку и стал тянуть в лавку сальный толстяк, уговаривая посмотреть украшения, она не сдержалась. Крохотный огонек откинул его подальше и крепко приложил о прилавок.
Но начать надо было с платьев.
Анна-Лиза должна была выглядеть достойно. Что ж! Модистки в помощь!
Селия порасспрашивала адепток и знала, куда идти. И даже сколько это будет примерно стоить – тоже знала.
– Лавка госпожи Дреколь. Вперед, девочки!
Лавка торговала теми товарами, которые не пригодились знатным дамам. Так бывает – сшили платье, а денег его выкупить – нет. Выкупили платье, а потом деньги понадобились.
Куда с ним деваться?
А вот в такую лавку. Полной цены не дадут, но материал-работу окупишь. А для бизнеса это важно, чтобы оборот средств был побыстрее.
Так что девушки зашли внутрь и принялись распоряжаться.
Командовала Анна-Лиза. Тут было ее поле битвы, она выбирала, она гоняла швей, и она же расплачивалась за платья. По два – каждой девушке. Селии – светло-коричневый шелк и темно-зеленый бархат, а к ним кремовую шаль с вышивкой в виде осенних листьев.
Линде – алый бархат и кремовый муслин.
Себе – бледно-голубой шелк и нежно-розовый муслин.
Что нашлось.
Аксессуары они подберут в других лавках.
Куда доставить?
В дом Аркенов. А по ярмарке в таком виде ходить – в неприятности влезть. Наверняка.
Лавка, вторая…
– Дэвушкы, добрый дэнь!
Девушки едва не застонали хором.
Орки!!!
Ну что вас сюда занесло, а? Так день удачно начался!

Юра с утра был на подъеме. Энергия кипела и бурлила в крови, как шампанское.
Рональд! Придет! И они идут за одеждой!
А уж как подать себя в самом выгодном свете, Юра знал.
И к руке Рональда он вчера прикоснулся словно ненароком, там такие мышцы…
Просто выглядит он изнеженным в своих одеждах – роскошных! Ими и в двадцать первом веке не побрезговали бы, но хватит ли денег?
Юра и это озвучил, а Рональд махнул рукой и сказал – разберемся!
О-о-о!
И вот! Сегодня!!!
Юра заранее оделся, накрасился, критически осмотрел свое белье… да! Где в этом мире найдешь приличные стринги? Да еще чтобы со стразами? Хотя… может, у Рональда спросить?
О да! Да! Да!!!
Словно в ответ на его идею, в дверь постучали, и на пороге появился Рональд. Очаровательный, как и вчера, в нежно-зеленой рубашке, малахитового цвета брюках и камзоле, а его бант в волосах – такой пышный, белый, и кружевное жабо, и кружева на сапогах из тончайшей белой кожи…
Прелесть какая!
– Рональд, вы сегодня очаровательны!
Рон махнул рукой:
– Юра, доброе утро. У меня к вам просьба.
– Да? Для вас – все, что угодно!
– Юра, вы не могли бы составить мне компанию? Я должен сегодня зайти к родителям – и не обойдусь без дружеской поддержки.
Рональд хочет познакомить его с родителями?! Вот так? Сразу?!
– Вряд ли я им понравлюсь, – осторожно высказался Юра.
– Им никогда не нравились ни я, ни мои увлечения, ни мои друзья, – жестко приговорил Рональд. – Поверьте, любой, кто осмелится косо поглядеть в вашу сторону, сильно пожалеет.
Юра едва не задохнулся от волнения. И осторожно коснулся локтя Рональда:
– Конечно, я помогу. Для вас, Рональд, – любой каприз.
– Спасибо.
Рональд похлопал Юрия по руке, даже не подозревая, какую бурю эмоций вызвал в душе парня.
Свой! Точно свой!!!

Ярмарка ошеломила Юрия, и Рональд ловко подхватил его под руку.
А как его еще? За ручку водить?
Потеряется еще, пришелец из неведомого далёка, ищи его потом по всем закоулкам. Но Юрий это воспринял иначе.
Знак близости…
Но Рональд – такой милый, все строго в рамках, такой осторожный… может, он тоже боится, что ему откажут?
А если попробовать прощупать почву?
– Рональд, вы в ссоре с родителями?
Рональд вздохнул. А почему не поделиться частью информации? Не всей, понятно.
– Когда мне было немногим меньше, чем вам, меня сильно подставил родной брат. Я оказался в компрометирующей ситуации. И отец выгнал меня из дома.
– Э… ситуации?
– Об этом все знают. В моей постели одновременно оказались две женщины, которых я туда не приглашал.
Женщины? Он все-таки натурал? О судьба, ты бываешь жестока!!! Или?!
– А вы приглашали кого-то другого?
Рональд фыркнул:
– Будете смеяться, Юра, в ту ночь я ждал друга. Потому и дверь была не заперта.
Да, в ту ночь юный Рональд действительно ждал друга. Младшего сына конюха. И – фи, господа! Что у вас за мысли такие полезли! Ладно еще – у Юры, который тут же воспрял духом! А Рональд всего лишь собирался с приятелем на ночную рыбалку. И ждал друга с одеждой. Не в графском же платье, роскошном и дорогом, раков ловить?
Петер всего лишь должен был принести ему старые штаны и рубаху. Не в своих же покоях их держать, где постоянно убирают и могут найти что угодно! Потом еще отношения выяснять придется, мать ругаться начнет, а то и отец выдерет.
И почему родители так не одобряли дружбу с деревенскими парнями и ночные развлечения? Рыбалки? Посиделки у костра, проказы? Эх, где мои шестнадцать лет?
Юра, правда, понял все по-своему и повеселел:
– А вместо друга в вашей постели оказались две бабы! Кошмар!
Рональд вспомнил последующий скандал, изгнание из дома – и от души скривился:
– Кошмар? Не то слово! А меня еще вынуждали жениться на младшей… фу!
– Вам так не нравилась эта идея? – осторожно прощупывал почву Юра.
– Не нравилась? Не то слово!
А кому может нравиться идея жениться на общественной собственности? Которую половина конюхов по сеновалам уже переваляла!
Нет уж! Без него!
Девственность сейчас не считается такой уж необходимой деталью для аристократки, но меру знать надо! Меру! А не всех окрестных мужиков!
– Но сейчас вы и ваши родители… Поймите меня правильно, Рональд, мне не хотелось быть бестактным, но мало ли что и как… это ваши дела, семейные, и я буду счастлив, если вы меня в них посвятите, но…
Рональд вздохнул. И решил еще чуть-чуть приоткрыть карты:
– Отец хочет меня женить.
– А вы не хотите?
– Нет!!!
Юрий окончательно поверил в свое везение.
– Как я вас понимаю!
– Да, женщины этого никогда не поймут, – пошутил Рональд. Старая такая шутка – женщины и мужчины никогда не поймут друг друга в вопросах брака. Потому что одной нужно замуж, а второму – нет!
Юра окончательно растаял:
– И что вы теперь будете делать?
Рональд вздохнул:
– Не знаю. С одной стороны, жениться бы и надо – сами понимаете, долг перед родом. С другой стороны – не хочу!
И сказано то было с такой экспрессией, что Юра проникся и даже попробовал осторожно погладить Рональда по плечу. О, какие мышцы!
– Как я вам сочувствую!
Рональд еще раз вздохнул и принужденно улыбнулся:
– Пойдемте, Юра. Давайте не думать о грустном раньше времени.
– Да! Нас ждет ярмарка!
– И наряды, конечно…

Глава 5

– Вы нас преследуете? – поинтересовалась Линда, выступая вперед.
– Нэт! Мы на ярмарку!
Грон выглядел сплошной невинностью, чему очень способствовал цвет его глаз. С синими она проще изображается, чем с черными, еще и ресницами хлопает, как веерами.
Селия невольно задумалась. А откуда у орка синие глаза?
Обычно у них глаза черные, а если у этого синие, значит, либо мать, либо отец – с равнин? Интересно как!
Говорите, Грон Хрук? Селия многообещающе прищурилась. Грон был в академии новичком и ничего опасного для себя не заметил. А вместо этого улыбнулся Линде.
– Мы вас нэ прэслэдуэм. Но закупыть кое-что хатэлы.
Линда явно не верила:
– В дамских платьях?
– Дэушкы… кстаты, вернытэ плащ!
– Плащ? – Селия посмотрела на подругу. Явно она что-то знала.
Линда развела руками:
– Это трофей.
– За выкуп?
– Конфэты? Каждой? – внес свое предложение мудрый Арх.
– Соглашаемся? – посмотрела на подруг Линда.
Селия и Анни кивнули. Сдался им тот плащ… они про него и не знали. Да и Линда воспринимала эту тряпку как повод поговорить с Юрой. Вот он за переживаниями и забылся.
– Хорошо. Мы согласны на арденские конфеты. Мне с ликером, Анни с малиной, а Селии с медом, – решила Линда.
– Харашо, – кивнул Грон. – Разрэшытэ вас правадыт?
Линда хотела что-то сказать, но тут ее сзади пнула Селия.
– Что?
– Лин, ты представь, если они нас к Анни проводят?
Анна-Лиза представила эту картину и расплылась в улыбке:
– О да!
– О нет! – передразнила Линда. Но ради подруги пойдешь еще и не на такие жертвы. И горестно вздохнула: – Хорошо. Провожайте.

Орки, порадовавшись, что лед сломан, честно принялись сопровождать девушек.
Грон предложил руку Линде, Анна-Лиза оперлась на локоть Тарха, а Селия улыбнулась Арху. Многообещающе.
Орк – это ведь что? Это источник информации! И пусть только попробует ее не выдать! Только начинать надо не в лоб, а аккуратно, издалека… О чем не откажется поговорить ни один мужчина? О себе, любимом!
– Арх, расскажите мне, пожалуйста, про Оркрист. Я там никогда не бывала, может, и не побываю, а так интересно! Это правда, что у вас кругом горы? И козлы по ним бегают? У меня шаль была из их шерсти – чудесная! Но наверное, ее очень сложно собирать? Если в горах? И прясть тоже… А правда, что у ваших женщин есть усики? Как у мужчин?
Платья они посмотрели, теперь наступала очередь оружия. Потом они отправятся к растениям, а сейчас время Линды. И подруга потянула всех в оружейные ряды.
Стоит ли говорить, что оркам это тоже было очень интересно? И спорить над кинжалом какой-то особо сложной работы, с потайным лезвием, а потом еще над дагой, и чем-то еще вроде кошки…
Селия терпела, равно как и Анна-Лиза. Дружба же!
Но если Анна-Лиза была в раздумьях о встрече с герцогом, то Селия аккуратно получала информацию.
Слово там, обмолвка здесь… Перевел тему? И что?
Мы и вокруг походим, и около… нет у вас знати? А мы про уровень благосостояния спросим, про дом, про семью… поди соври! Все равно я из тебя вытащу все, что мне понадобится!
Арх и сам не заметил, как Селия заговорила ему зубы. И рассказывал про Оркрист, про их дружбу с детства, считай, Крат и Фан посторонние, а они с Тархом кузены, а Грон их друг с детства, и живут они по соседству… Родители?
Они считаются вассалами Грона. Аристократии у них нет, но есть те, кто ведет за собой. Те, кто будет сражаться, когда придет пора…
Селия кивала, хлопала глазами и виртуозно изображала дурочку. Авось сразу не раскусят!
Наконец все нужное было выбрано, и компания отправилась в цветочные ряды.
Не дошла. Не дошла бы, когда б не Линда.

На границе подозрительность – норма жизни. Добрые, доверчивые и наивные там живут недолго. Недели две.
Потом случается очередной набег, или налет, или…
Выживают те, кто кладет под подушку кинжал, а на шею надевает по три-четыре амулета с активацией по риску для жизни.
Это не внутренние безопасные земли, это – граница!
А потому…
Когда молодой парень споткнулся перед самым носом идущей Линды и начал падать прямо на них с Гроном, она невольно взмахнула рукой. И шарахнулась чуть ближе к Грону.
Щитовые амулеты ей тоже делала Селия. А для подруг магичка не халтурила. Самое лучшее качество, самые дорогие материалы, подзарядка…
Парень и охнуть не успел, улетая носом в пыль. А рядом с ним в ту же пыль падает тонкий стилет.
Один удар в печень – и могут не откачать. Особенно если смазать чем-нибудь нехорошим.
Грон не то что отреагировать – ахнуть не успел. Линда тоже…
Первой, как ни странно, среагировала Анна-Лиза. И создала первое, что пришло в голову. Водяную клетку. Из-под земли забили струи воды, смыкаясь высоко в небе, становясь непреодолимой преградой.
Никто и пискнуть не успел, а орки и девушки уже оказались в частой сети.
И Грон опомнился. Шагнул вперед, поднял за шиворот убийцу:
– Ты! Кыто мэня заказал?!
Лицо парня исказилось от гнева и ярости:
– Все равно сдохнешь, сын шакала и гиены!
А в следующий миг он резко, до крови, прикусил губу. Запрокинулся, лицо побледнело…
Селия шагнула вперед. Раньше она под руку не лезла, а вот сейчас…
– Амонтиль. Не спасти.
– Амонтиль?
– Да, характерные признаки – зеленоватая пена на губах, фиолетовый цвет…
– Сели! – простонала Анна-Лиза.
– Прости, – тут же махнула рукой магичка. – Можешь еще подержать клетку?
– Долго?
– Нет. Господа орки, у вас есть защитки?
– Да.
– Активируйте.
Селия внимательно наблюдала, как орки достают из-под одежды защитные артефакты, как касаются драгоценных камней.
Ей, как специалисту, это о многом говорило. Она еще поделится с подругами, но потом, потом… А пока – другое.
– Девочки, доставайте свои защитки, дайте я посмотрю, что на ком?
Повезло. К Аркенам девушки собирались, как на войну, а потому защитки оказались на каждой, по две-три штуки. Селия быстро сняла одну с Линды, одну с Анни, две с себя и выборочно накинула на шеи орков:
– Две лучше, чем одна, а в академии вернете.
– А ты…
– Сели – наш артефактор. Лучший, между прочим, за последние годы, – четко произнесла Линда.
Анна-Лиза кивнула:
– Да. Давайте мы вас проводим к телепорту.
– Вы – нас? – удивился Арх.
Линда фыркнула:
– Это на вас нападали, не на нас. Хотите еще раз?
Арх покосился на Грона и медленно кивнул:
– Проводите, пожалуйста. Все же маги…
– Еще я за женской юбкой не прятался! – вознегодовал Грон.
Акцент у него усилился от волнения настолько, что девушки даже не сразу поняли. Это парня и спасло – Линда бы его точно стукнула.
Не успела, вмешалась Анни:
– За женской магией. А это немного другое. Когда сможете сделать так же, как я, – будете меня спасать.
И струи начали медленно втягиваться под землю.
До конца они опасть не успели – послышался злой голос:
– И что здесь происходит?!

Юра надеялся на приятный день? Рональд надеялся на предсказуемый день?
Забудьте! Стоило им дойти до лавок с одеждой, как…
– Эвона! Глянь!
Один парень, судя по виду из работяг, показывал второму на что-то в небе… На что?
В небе над ярмаркой переливался немаленький такой водяной купол. А кто его может устроить? Только маг в опасности.
Рональд посмотрел на Юрия:
– Юра, вы можете остаться здесь. А меня простите, мне надо быть там…
– Я с тобой! – выпалил Юра, от волнения перейдя на ты.
Спорить Рональд не стал – некогда.
– Держись за мной, если крикну или вступлю в бой – падай и постарайся отползти.
И, раздав ценные инструкции, Рональд бросился по направлению к куполу.

Своих орков он узнал мгновенно. И девушек. Опять та же компания? Та-ак…
– И что здесь происходит?
Кто бы сказал, почему все взгляды опять скрестились на Селии? Но девушка не дрогнула, а мило улыбнулась и присела в реверансе:
– Добрый день, мэстер ректор. Рада вас видеть. Юра, здравствуйте.
Юра улыбнулся, но сказать ничего не успел. Рональд почти рычал:
– Леди Лиасон! Что. Здесь. Происходит?!
– Была предпринята попытка покушения на нашего гостя из Оркриста. Благодаря артефактам – не удалась. Убийца покончил с собой. Применил достаточно редкий яд – амонтиль, предполагаю, им же смазан и стилет.
Не спасли бы. Точно…
– Так… а это что за водомет?
Селия развела руками:
– Мы были вынуждены защищаться.
– Понятно. Все направляются за мной. В академию!
– Мы не можем, – вступила Линда.
– Да, у нас еще назначена встреча! – кивнула Селия.
– Напишите записку. Я сейчас отдам ее…
– Что здесь происходит?
А вот и стража, легка на помине! Юра посмотрел на нее с умилением:
– Да, миры разные, а стражники одинаковы. Всегда приходят, когда самое интересное уже закончилось.
Рональд зло поглядел на стражников.
Чуть менее зло – на девушек. Если они и правда спасли орков…
Это ж какой был бы скандал – в его академии орка приморили! Еще и знатного!
Орка, положим, не жалко, но за добрососедские отношения ему бы император прописал по всей поверхности…
Линда тем временем заметила Юрия и расцвела розой. Анна-Лиза спряталась за орков.
– Юра, добрый день.
– Здравствуйте, Линда, – поздоровался Юра.
– Юра, вы любите сладкое?
– Да!
– А вы пробовали арденские конфеты?
– Нет, – покачал головой проходимец.
– Может, мы успеем купить? – умоляюще поглядела Линда на ректора, понимая, что их выкуп накрывается крышкой. И верно.
– Вы, адептка Далг, с ума спрыгнули? После покушения вам еще и конфеты?!
Рональд не говорил, а почти рычал. Тихо, но выразительно. И по сторонам, увы, не смотрел.
– Нет!!! – Селия кинулась вперед.
Магессу огня ударило со всей силы, отбросило на Рональда, и ректор свалился на землю с лежащей на нем адепткой. Сила удара была такая, что он даже среагировать не успел. И пребольно приложился спиной о мостовую.
Замерцал купол щита.
– Селия!!! – взвизгнула Анна-Лиза.
Струи воды снова вылетели из-под земли, сливаясь в купол.
Линда забыла про все кокетство. Кинулась к подруге, попробовала ее приподнять – куда там!
Щит не давал.
– Сели!!! Селия!!!

В героини Селия не рвалась.
То, что она заметила стрелка на крыше, было чистой случайностью. Она стояла лицом к Рональду, она отвлеклась, она посмотрела вверх…
Если на крыше лежит человек и целится из арбалета или в проходимца, или в ректора… Да кому пока нужен тот проходимец?
Убьют ректора? На глазах у нее? Точно – прощай, аспирантура.
А щитов на ней хватает… и Селия прыгнула вперед, сбивая Рональда и закрывая своим телом. Не геройство, трезвый расчет. Если выстрелов будет три или четыре – тогда ей придется плохо. Но в подругах она не сомневалась.
И правда. Анна-Лиза опять подняла щит. Орки выхватили оружие.
Юра рухнул на колени рядом с Линдой:
– Как они?!
Линда, забыв про влюбленность, ответила наполовину на оркристе. Уж больно там матюги выразительные!
Рональд с трудом выдохнул. Приложило его так, что дух вышибло – и слова не сказать.
Селия с трудом шевельнулась – и тут же нашлись и голос, и слова. Шевельнулась она так удачно, что ее колено соскользнуло… да, именно туда!
Какие там глаза-губы… Не раздавили бы!!!
– Ай!
– Сели!!! Живая!!!
– Да…
Селию крепко приложило по спине, да потом еще на ректора отбросило. Чувствовала девушка себя отвратительно, едва шевелилась, и болело все, что можно.
– Сели, сними щиты…
– Да?
– До тебя не дотронешься. Анни держит щит, снимай.
Селия прикрыла глаза и позволила щитам сползти
Рональд, которого и этими щитами тоже прижимало к мостовой, выдохнул:
– Фу-у-у… отойдите!
Линда шарахнулась в одну сторону, Юра в другую.
Рональд легко поднялся с мостовой, держа на руках Селию:
– Анна-Лиза?
– Да?
– Щит в движении поддерживать сможете?
Анна-Лиза прикусила губу. Потом прикинула по силам:
– Лин, у тебя накопители есть?
– Да.
– Сели?
– Да…
– Давайте сюда все.
Девушки послушно сняли по два камушка на кожаных шнурках. Анна-Лиза зажала их в ладонях, зашевелила губами…
Повинуясь ее словам, вода опадала, меняла форму, обволакивала каждого небольшим индивидуальным куполом. Разве что Селию на руках у ректора – одним на двоих.
– Однако! – оценил Рональд. – Сколько продержите?
– Минут двадцать. Только ведите меня кто-нибудь, – Анна-Лиза едва шевелила губами. Сейчас она была полностью сосредоточена на своей магии. И то, индивидуальный щит для каждого из группы – это высший пилотаж! Это как вольтижировка на бешеном носороге – на коне научиться можно, а вот так? Слабо́?!
Рональд не смог бы так сделать. Не хватило бы ни сил, ни таланта. Но выхода другого не было.
С общим щитом идти не получится, а индивидуальный… На себя – куда ни шло. Может, еще на одного человека, и потом Рональда нести пришлось бы.
Но на девять человек?! Невероятно! Не просто мощность – идеальное владение своей силой. Абсолютный контроль.
– Секунду! – Грон ловко подхватил девушку на руки. – До портала донесу.
Рональд огляделся:
– Тарх… да?
– Да.
– Помогаешь Линде. Арх – Юрию. Бе-гом!
И все сорвались с места.
На скоростную пробежку до портала ушло десять минут. Анна-Лиза досуха выпила два накопителя и принялась за третий.
Рональд грозно рявкнул – и толпа раздалась в стороны. А ректор махнул чем-то небольшим – Юре показалось, нечто похожим на жетон шерифа, и вся компания влетела в стационарный портал вне очереди.
И вывалилась на лужайку перед академией.
– Фу-у-у… – Анна-Лиза уронила руки и откинулась на плечо орка.
Щиты медленно сползали с людей и нелюдей.
– Девушки, – Рональд передал Селию на руки Фану Дерку. – Юра. Сейчас все расходятся по своим жилищам. Господа, помогите дамам, им пришлось сегодня тяжело. Большая просьба, пока я все не разъясню, территорию академии не покидать.
И развел руки. Замерцало серебристое облачко, в которое и провалился Рональд.
– Индивидуальный портал! Сильно, – оценила Селия.
Грон посмотрел на Селию, на Анни у себя на руках и принял единственно возможное решение:
– Дэвушки, позвольте в благодарность за спасение, пригласить вас в гости? У нас есть конфэты ыз Ардэна и вино.
Акцент у него был ужасным. Но арденские конфеты?
Линда, единственная не пострадавшая, посмотрела на подруг и махнула рукой:
– Девочки, вы согласны?
Девочки закивали.
Селия посмотрела на Юру:
– Юра, вы с нами?
Попаданец, который как раз думал, что о нем все забыли – обидно! – тут же воспрял духом. Орки были не в его вкусе, но день все равно испорчен! А вино – это хорошо.
– Если можно.
– Разумээтса. Прыглашаю, – кивнул Грон и зашагал вперед.
Анна-Лиза и не подумала слезть с его рук. Но…
– Девочки, а как же наша встреча?
– Придется отменить, – покачала головой Селия.
– А…
– Анни, нам даже за ворота выходить нельзя. Запрет ректора не даст, он же прямой…
– Точно, – Анна-Лиза веселела на глазах. – А что делать? Я даже предупредить не смогу…
Селия задумалась. А потом просияла злорадной улыбкой:
– Анни, у нас еще деньги остались?
– Да.
– На хорошее дело не жалко?
– Нет! А на какое?
– Мне нужна мистрес Гарден. Сейчас подумаем, как лучше сделать…
– Чито сдэлат? – уточнил Грон даже с некоторой опаской.
Вообще, в горах женщины не такие. Они нежные, послушные и ласковые. А эти… Кобылицы дикие! Необъезженные. Но… Какие женщины!
– У нас была назначена встреча, – не соврала Селия. – Мы на нее не успеваем и хотели бы отправить письмо. Отменить ее.
– Нэ с кэм?
– Не с кем, – согласилась девушка.
Грон ухмыльнулся:
– Если вернете Крату плащ авансом… Ему не запрещали выходить с территории.
Селия зловредно ухмыльнулась:
– Вернем. И без мистрес Гарден обойдемся.
– Сели? – поинтересовалась Линда.
– Для начала ответьте, Грон, вы кто в своем народе?
– То есть?
– Я – дочь графа, аристократка. Линда и Анни – тоже. А вы?
Грон выпрямился:
– Я сын военного вождя.
– Лин?
– По нашим меркам – аристократ, – кивнула Линда. – Можете сказать имя рода?
– Черные Скалы, – буркнул Грон, понимая, что легко не отделается.
Линда присвистнула длинно и протяжно:
– Ни… себе!
– Подробности? – заинтересовалась Селия.
– А почему – Хрук? Подожди, Сели…
– По мамэ…
– А по отцу?
– Даххар.
– Грон Даххар, ага…
– Лин? – потребовала разъяснений Сели.
– Даххар – вождь клана Черных Скал. А Скалы в последнее время прирастают людьми. Дорк Даххар сейчас гребет всех под себя. Сколько – три племени под его рукой?
– Ужэ четырэ.
– Вот.
– Это хорошо?
– Для наших целей – безусловно, – согласилась Линда. – Скажите, а церемониальная одежда у вас есть? С собой?
– Есть.
– Сели, все просто замечательно.
Селия посмотрела с сомнением, потом выслушала Линду – и кивнула.
Действительно, зачем кого-то нанимать? Отдадим плащ в обмен на услугу и обойдемся без конфет. Взаимозачетом.
Хотя и жаль конфет. Вкусные они до умопомрачения.

Шинор Аркен ждал.
Сейчас его врасплох не застанут!
Это с утра пораньше, когда спросонок, он попал в ловушку. А сейчас он готов ко всему.
Звякнул дверной колокольчик.
Вот и Анна-Лиза наверняка. А ее подруг мы сейчас выставим…
– Господин…
В комнату заглянул дворецкий, при виде которого Шинор открыл рот, да так и забыл его закрыть. Даже слюни потекли.
Довести старину Томаса до такого состояния?!
Вот лично он даже не мог себе представить, что случилось. Эти девки что – на драконе верхом приехали?!
И плевать, что драконы вымерли! Эти – могли. И выкопать, и оживить.
– Томас?!
– Там… там…
Тадам-м-м!!!
В гостиную вошел – орк! В наряде вестника.
Линда лучше Селии разбиралась в обычаях горцев, как-никак она всю жизнь прожила на границе. И настаивала именно на таком варианте.
Грон дал согласие. Крат поскрипел зубами – да и согласился. А что? Вестник – это почетно, ущерба чести нет никакого.
К тому же для равнинников все горцы на одно лицо. И… картошку чистить не хотелось. Она за один-то раз надоела хуже горькой редьки!
Итак – наряд вестника.
Что должен показать вестник? Что он пришел с миром, что у него нет оружия, что все на виду. Это – раз. Что он пришел от богатого клана – это два. И оповестить о своем приходе, конечно. А то как же?
То есть сверху вниз.
Ритуальный головной убор, весьма похожий на тюрбан с большим красным камнем. Гранат, но кто там приглядываться будет?
Бусы – много, самых разных. Тут и амулеты, и драгоценности…
Пояс – золотой, из наборных пластин, с самоцветами.
Набедренная повязка – собственно, мешочек для самого ценного и две полоски кожи. Третья – сзади. С роскошной вышивкой, с драгоценными камнями – Юра очень заинтересовался.
Браслеты на руках и ногах. Перстни.
Все это сияет, искрится, переливается, сверху наброшен ритуальный же плащ, расшитый золотом и теми же камнями. Вот уж чего в горах хватает!
В одной руке ритуальный рог – как же дать о себе знать?
Вот в рог Крат сейчас и дунул – поздоровался.
В другой руке свиток, который и был вручен Шинору Аркену.
Тот принял:
– Э… простите… здравствуйте…
– Arrahha daar!
Шинор замотал головой.
Про оркрист он слышал, но сказать на нем хоть слово? Разве что матерное… а кто его знает?
Оставалось только развернуть свиток.

Дорогие Танна и Шинор Аркен. 
Не имею возможности принять ваше приглашение на обед. 
Вождям племен отказывать не принято. Надеюсь на ваше понимание и деликатность. 
Анна-Лиза Марион Эресаль 
Танна и Шинор переглянулись. Посмотрели на посланника.
– Скажите, а где сейчас Анна-Лиза?
– Ha kardrar onda der kaderre.
Крат и не издевался. Он просто отвечал на оркристе. И только на оркристе.
Попросят доставить письмо обратно – доставит. А местный язык он не понимает принципиально. Да и вообще…
Крат подумал, что его обида на девушек начала проходить. Ему еще не сильно досталось. А тут…
Стоит мужик – глазами луп-луп, стоит баба – рот открыт, вся красная. Хоть ты на скалу вешай, не пропустят…
И ни слова неправды.
Вождям отказывать не принято. Анна-Лиза прийти не сможет.
А дальше? Что-то и дальше будет, безусловно. Только не хотел бы он быть на месте этих двоих.
– Ladata garra?
Ответа он и от Шинора не дождался. Тот переглядывался с Танной и открывал рот на манер карпа. Пришлось совершить ритуальный поклон, еще раз дунуть в рог – и уйти. А уж что эти двое будут делать…
Да пусть делают что хотят. Точно – ему еще повезло. Вот ведь девки!

Шинор и Танна переглянулись. Но прежде чем они успели отойти от шока, в дом постучали.
Явился герцог Аргайл:
– Шинор?
Что оставалось делать бедолаге? Только предъявить записку и честно покаяться.
Кларенс Аргайл изучил ее, расспросил Аркенов и задумался.
Если девчонка привлекла внимание военного вождя… Могла. Он знал про орков, он знал, кто такой Грон Хрук.
Кажется, Анна-Лиза Эресаль уплывает из рук? Вместе с приданым? Обидно. Но – закономерно.
Военный вождь не дурак, выбрал лучшее. Кларенс тоже ведь для сына старался… Но – обидно!
Надо осторожно прощупать почву…
Кларенс оборвал Шинора, который лепетал что-то про следующий день, и распорядился:
– Пусть девчонка сидит в академии. А я узнаю, чье внимание она привлекла. Мне лишние проблемы не нужны.
Шинор перевел дух.
Ему проблемы тоже были не нужны, только деньги. А девчонку он бы хоть кому отдал, за полцены. Теперь еще и орки!
Вот стерва!

Тем временем девушки неплохо проводили время.
Орки выставили на стол большой кувшин вина. Юра понюхал его – и скривился:
– Фу! Кислятина!
– Можем приготовить глинтвейн, – предложила Селия. – Сейчас я приду в себя…
– Я и сам могу, – задрал нос Юра. – Сиди. Есть лимон, яблоко, корица, гвоздика, сахар, а еще можно мяту или чабрец?
– Сахар эсть…
– Гвоздику и корицу нам не дадут, – развела руками Селия. – Пряности дороги.
Юра махнул рукой, рецептов он знал много:
– Мята есть? Чабрец? Клюква?
– Это все есть на кухне.
– Фар, – кивнул Грон. – Рысью метнись!
И через десять минут Юра священнодействовал. Заваривал мяту и чабрец стаканом кипятка, потом процеживал, отжимал клюкву, добавлял клюквенный сок, вливал осторожно красное вино, размешивал мед, отжимал лимон – немного, мелко рубил цедру…
– Пробуйте.
Получилось очень вкусно.
Тонкий аромат трав навевал мысли о лете, горчинка лимона, кислинка клюквы, сладость меда и привкус вина…
– Рецепт! – попросила Селия.
– Обещаю, – кивнул Юра. Как хорошо было попивать глинтвейн вечером, у камина, когда за окном бушует сырая холодная осень…
У орков нашлись конфеты, и тут уже восхитился Юра.
Шоколада здесь не знали, поэтому конфеты напоминали чурчхелу, только со множеством начинок. С вином пошло просто отлично.
Чашка, потом вторая… Потом решили обсудить сегодняшнее происшествие. Выпили третью чашку.
Возвращались в общежитие в обнимку. Кажется, порывались кому-то набить морду, но передумали. Или отложили?
Юра и сам не помнил. Ему, от нервов, тоже хватило. А орки, которые не были так пьяны, как девушки, помалкивали. Не желали делиться впечатлениями.
Ну и пусть их. Все равно Юре орки не нравились – внешне. Так-то они ничего, свои парни…
Как там Рональд?

Селия лежала и смотрела в окно. Думала.
– Сели? – Линда приподнялась на локте на соседней кровати. – У тебя не найдется похмелина?
Селия фыркнула, но встала, достала флакончик, накапала шесть капель в ложку и сунула подруге в рот. Линда облизнула холодный металл и замерла, чувствуя, как вылетает из ушей стая дятлов-долбунов, выкатывается колючий ежик из желудка, а переваренные макаронины становятся нормальными руками-ногами.
– Спасибо.
– Не за что.
– А чего ты не спишь?
Вопрос был закономерным, дело было под утро, в предрассветный час.
– Не спится, – отозвалась Селия.
В отличие от подруг, она не напилась. Так, немного, а когда поняла, к чему идет, активировала свой амулет. У девочек такие тоже были, кстати. Заклинание просто превращало вино в сахар. Вкусно, сытно, но никакого опьянения.
– О чем ты думаешь? – посерьезнела Линда.
Анни так и спала, даже чуть похрапывала – выпила она больше всех. Но она и потратилась, другая бы неделю в лежку лежала. Линда все же контролировала себя, не хотела в грязь лицом перед Юрой ударить, а Сели и вообще вино не любила. Меньше выпьет – больше останется.
– О покушениях.
– И что ты о них думаешь?
– Не знаю, кто пытался убить орка, – дело житейское. А кто пытался убить нашего ректора?
– Мало ли кто.
– Два раза?
– Два?! – Линда искренне заинтересовалась.
– Юра рассказал.
– Вот как?
– Вы как раз с Гроном затеяли соревноваться в метании дротиков и ушли во двор. А мы наблюдали в окно. Ну и…
Линда нахмурилась:
– И что рассказал Юра?
Селия послушно пересказала. Линда задумалась:
– Итак, на орка покушаются первый раз. На ректора – второй.
– Заметь, почерк примерно похож. И в том, и в другом случае.
– Да?
Селия медленно кивнула:
– И в первый, и во второй раз использовали убийцу, которого не удалось взять. Отравлены, похоже, одним и тем же ядом, Юра плохо понял, но кажется – так.
– Сели, а нам какая разница?
Селия пожала плечами:
– Так, никакой. Но нашу подругу хотят выдать замуж за ректора.
– А она не хочет.
– А если убийца об этом не знает?
Линда покосилась на кровать, на которой спала Анна-Лиза:
– Что ты предлагаешь?
– Пока не знаю. Надо подумать.
Линда решительно кивнула:
– Думай. А потом скажешь, что мы будем делать.
– Ты так уверена, что мы будем что-то делать?
– Конечно.
Селия хмыкнула. Но Линда обладала достаточно тонким слухом:
– Сели, я даже не сомневаюсь, что будем делать. Ты придумаешь.
– Что именно?
– Как срубить свои деньги на чужих проблемах. Разве нет?
– Разве да.
Об этом определенно следовало подумать.

Это был не амонтиль.
И в первый, и во второй раз.
Селия немного ошиблась, но, справедливости ради, этот яд был настолько редким и дорогим… Да и знали о нем считаные единицы людей.
Этот яд позволял убить человека за доли секунды. Поднять его потом было нельзя. Допросить – нельзя.
Душа сразу улетала, куда уходят души, и призвать ее не мог ни один некромант.
Но были и условия. Яд был трехкомпонентным.
Первый компонент надо было вводить в кровь, второй наносить на кожу, третий глотать. На этих условиях все срабатывало. При этом, что забавно, первый и второй компоненты можно было получить за полчаса, даже Рональд их сварить смог бы. А вот третий…
С третьим так легко не получилось бы. А без него все зря.
Не сделаешь?
Считай, зря перевел бешено дорогие реактивы. А чтобы сделать, надо быть специалистом. Серьезным и грамотным.
Рональд стоял в морге и сумрачно смотрел на три трупа:
– И что вы мне скажете?
– Замечательные трупы. Очень чистенькие, анализы делать – одно удовольствие, – отозвался мэстер Вальди, некромант, патологоанатом и давний знакомый Рональда.
Рон скрипнул зубами:
– Мэстер!
– Будешь так скрипеть зубами – не возьму потом череп в музей, – цыкнул на приятеля мэстер.
Рон ответил ему кривой ухмылкой:
– Перебьюсь. Ну так?
– Не торопи меня. Пока мой вердикт такой: яд вводили за день-два до смерти. Яд был свежий. А больше ничего и не скажу.
– Понимаю.
– Поднять не получится, сделано все грамотно, в лаборатории, не абы как, работал специалист.
– Мэстер! Об этом яде знают-то…
– Знают двое – знает и свинья. А тут круг посвященных побольше.
Рональд задумался:
– Пусть побольше, но ведь он у нас производится только в одной лаборатории?
– Это верно. Но и нужны сущие граммы. Пузырек в карман – и хоть двадцать человек трави.
Рональд кивнул:
– Допустим. Тогда… надо смотреть в лаборатории?
– Надо. Только кто смотреть будет? Ты? Или я?
Рон скрипнул зубами. А ведь верно. Это должен быть маг – первое. Алхимик – второе. Незаурядная личность – третье. Неизвестная широкой общественности – четвертое… и кажется, он знает такого человека…
Рон хищно ухмыльнулся:
– Знают двое – знает и свинья. Уменьшим свинские знания?
Мэстер покачал головой:
– Ладно. Давай уменьшим. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь?
– Не уверен. Но это будет весело, – блеснул белыми зубами Рональд.

– Адептка Лиасон, к ректору.
Селия пожала плечами.
Механический голос оповещателя разнесся по академии, выдергивая ее с лекции.
– Вроде я ничего не делала?
– Лиасон, ты не рассуждай, а иди, – цыкнул на нее преподаватель истории магии. – Быстрее вернешься – меньше пропустишь.
С этим тезисом Селия была полностью согласна:
– Уже иду. – И выскользнула за дверь.
Вот и кабинет ректора. Секретарша.
– Можно? Меня вызывали.
– Можно. Зачем хоть вызвали? За что?
Селия развела руками:
– Знать бы!
– Сейчас…
Секретарша коснулась кристалла хрусталя на столе.
– Мэстер ректор, к вам адептка Лиасон.
– Пусть войдет, – отозвался Рональд.
И Селия шагнула в кабинет.

Сегодня Рональд походил на пожар в джунглях.
Багровый костюм, пурпурная рубашка, лиловые банты, розовые туфли…
Ах да, не забываем про стразы! Без них не то впечатление.
Селия присела в реверансе:
– Мэстер ректор, адептка Лиасон…
– Проходите, Селия. Садитесь. Налить вам вина?
Селия покачала головой. Происходило что-то странное. Ректор? Вызвал к себе адептку? Чтобы угостить вином?
Дело нечисто. Ох… лишь бы не романы эти идиотские!
Замуж Селия не собиралась, а влюбляться – тем более. Некогда! Вот аспирантуру закончит…
– Адептка Лиасон, вы хотите в аспирантуру? – словно прочитал ее мысли ректор.
Селия отказываться не стала:
– Хочу, мэстер…
– Можно просто Рональд. Или Рон.
Селия подняла брови:
– Мэстер ректор? Такая фамильярность может быть превратно понята.
– А вы наедине, – буркнул Рон. Налил себе вина, выпил. – Селия, у меня к вам есть предложение, от которого вы не сможете отказаться.
– Не льстите себе, мэстер ректор. Смогу.
– Не-а. Не сможете. Поспорим? – не удержался Рональд.
Селия сдвинула брови:
– На что именно?
– Если сможете отказаться – я вам свой бант подарю, – Рональд продемонстрировал сверкающую роскошь. – А если не сможете… тогда примете мое предложение.
– Хм? Где подвох, мэстер ректор?
– Сейчас поймете, – парировал Рон, который вдруг почувствовал себя подростком. Еще тем, который удирал на ночную рыбалку. – Селия, вы опознали яд, которым был отравлен убийца? Верно?
– Амонтиль? Да.
– Это не амонтиль.
– Как?! Но я была уверена…
– Селия, это немного другой яд. Вы слышали об ИЛА – Императорской лаборатории алхимиков?
Селия навострила уши.
Кто ж не слышал? О лаборатории, в которой работают самые-самые… и на благо короны.
– Слышала.
– А хотите там поработать?
Селия прикусила губу:
– Это и есть ваше предложение, мэстер?
– Именно. Яд – не амонтиль. И он был украден оттуда.
Селия нахмурилась:
– А от меня вы что хотите?
– Узнаете, кто его украл, – считайте, аспирантура у вас в кармане.
– А если не узнаю?
– Узнаете, – уверенно сказал Рональд. – Я ваше личное дело прочитал. Вы еще и не то узнаете, если захотите.
В чем-то он был прав. Но сдаваться просто так не хотелось…
– Почему я?
– А кто еще? У вас есть знания, есть желание. Вы на меня не покушались, вы меня спасали. А вот кто-то из работающих там точно продал яд на сторону.
Селия прикусила губу. И верно, кого еще?
Найдите вот так сразу человека, который разбирается в алхимии, не замешан ни в каких интригах и заинтересован в вашем предложении?
Сложно? А Рональд нашел.
– И кем вы меня туда устроите? Уборщицей?
– А больше некем. Персонал там регулярно меняется, потому как специалистов мало, все они гении… то есть жуткие свиньи, зазнайки и снобы. С отвратительным характером.
Селия фыркнула:
– Понятно…
– Думаю, две-три декады вам за глаза хватит. И чтобы освоиться, и чтобы вычислить похитителя.
– И за это я получаю аспирантуру?
– Слово Аргайла.
– Вас из рода выгнали…
– Как выгнали, так и вернули. Отец вообще мне невесту ищет.
Селия прикусила губу. И – решилась:
– Мэстер ректор…
– Рональд.
– Хорошо. Рональд, я могу отказаться от аспирантуры.
– В обмен на что?
– Вас хотят женить на Анне-Лизе Эресаль, – Селия смотрела прямо в глаза ректору. – Она моя подруга и не хочет за вас замуж.
Рональд махнул рукой:
– А я не хочу на ней жениться. Успокойте подругу, пусть живет спокойно.
– Если бы все было так просто…
– Просто, сложно, – сморщился, словно от лимона, Рональд. – Селия, я не собираюсь жениться по приказу отца. Спасибо, сыт по горло!
– Я знаю, что вас изгнали из рода…
– Нет. Отец предусмотрителен. Меня просто выгнали из дома. Хотите знать за что?
– Хочу, – кивнула Селия. – Знаете как любопытно? А сплетнями пробавляться даже и недостойно как-то, если можно спросить прямо.
– Хм… ладно. У меня есть – или был, не знаю – младший брат. Гнида редкостная.
Селия промолчала, ожидая продолжения.
– Эрвин мне всегда завидовал. И ненавидел за то, что я родился первым. Мог бы – он бы меня удавил, да не получалось. Но и так он исподтишка пакостил. А когда я его лупил, бежал жаловаться родителям. Так что мне и от них влетало.
– Семейные отношения, – кивнула Селия, которая досыта насмотрелась на это в своем доме.
– Вот именно. Мне было шестнадцать, день рождения, к нам приехали соседи, я совершеннолетний… приятель меня на ночную рыбалку позвал. Я на крыльях летал. А Эрвин строил планы. Он симпатичнее меня, уже тогда был выше, шире в плечах, а у соседа молодая жена. И дочь. От первого брака. Мне Бланку в жены прочили.
– Не получилось?
– И не получилось бы. Редкостная оторва выросла, все сеновалы в округе знала. И в тот день она ко мне липла, шептала, что хочет мне устроить сюрприз… – Рональд усмехнулся, налил себе вина и уселся в кресло. – Будете смеяться, Селия, меня в то время девушки не интересовали вообще. Тело выросло, а умом я еще был мальчишкой. Рыбалка – это да! А прелести Бланки… да плевать на нее! Я и не сообразил, о чем она говорит, не о том мысли были. А эта идиотка явилась ко мне в спальню.
– Ой, – сказала Селия.
В благородных кругах это означало немедленную женитьбу.
– Вот именно, – кивнул Рональд. – Я уже удрал на рыбалку, а в моей постели оказалась другая женщина.
– Другая?!
– Ее мачеха. Она положила глаз на Эрвина, а тот направил ее в мою комнату. Планировал привести туда всех, когда мы окажемся вместе в постели, будет скандал…
– И скандал случился?
– Еще как. Петер мне принес крестьянскую одежду, отдал, я ринулся к себе переодеваться, зашел в гардеробную, а тут Бланка. Я замер, решил, что она уйдет, а она раздевается – и в постель. Я стою без штанов, дурак дураком, не знаю, что делать, и тут идет ее мачеха. И с порога начинает раздеваться – и под одеяло. Она же видит, что там есть человек…
– Ой.
– Вот и ой. Визг поднялся, шум, крик – а тут эти две дуры. И тут меня обнаружили… отец и слушать не стал. Предложил – либо я женюсь завтра же на Бланке, либо убираюсь из дома.
– И вы…
– И я, – подтвердил Рональд. – Я решил, что рога мне не пойдут категорически, да и вообще! Почему мне не верят?! Я потом узнал, что Эрвин еще и отцу нашептал… гаденыш! Я хлопнул дверью – и ушел.
– Вам тяжело пришлось, – кивнула Селия.
– Это долго рассказывать, – отмахнулся Рональд. – Выжил – и ладно.
– И приобрели связи в ИЛА?
– В том числе. Так вы согласны?
Селия развела руками и улыбнулась, став действительно хорошенькой:
– Вы были правы, Рональд. Это предложение, от которого я не могу отказаться. Но хочу его дополнить.
– Чем?
– Даже если вы меня устроите туда на работу, а я ничего узнать не успею? И потом… у вас есть документы? История для меня? Жилье в городе?
– Можете пожить у меня, – буркнул Рональд. – А остальное придумаем.
– У вас?!
– Селия, что за подозрения? Да, у меня есть дом в городе. Свободный.
– Подозрения?! – возмутилась Селия. – Репутация!!! Вашей уже ничего не повредит, а моей?!
– Вы все равно не соглашаетесь, а значит, и репутация уцелеет, – уколол Рональд. – Так что вы хотите предложить?
– С улицы в ИЛА не попасть, если вы меня будете туда устраивать, об этом быстро станет известно. Так что я предлагаю нечто другое.
– Что именно?
– Покажите лабораторию своей невесте и ее подругам.
Рональд прищурился:
– Думаете, вам этого времени хватит?
– Не знаю. Но другого варианта у меня нет.
– А невеста кто?
Селия сморщила нос:
– Я попробую уговорить Анну-Лизу.
– Тогда – вперед.
– К-как? Уже сейчас?
– А чего ждать? Убийца точно ждать не будет – так что бегите к подругам.
– Только бы Анна-Лиза согласилась.
– Понимаю. Она предпочтет оказаться от меня подальше.
Селия развела руками:
– Мэстер ректор, ей совершенно не хочется замуж. Вы должны ее понять.
– Понимаю. Идите к подругам и приходите сюда. Все. Жду.
Селия кивнула – и выбежала из кабинета. Ей срочно надо было поговорить с девочками.

– Селия, ты уверена? – Линда хоть и спрашивала, но собиралась быстро. Как на войну. Оружия побольше, все остальное – не обязательно.
– Лин, это наш шанс. Он слово дал.
– Тогда – да. Шанс.
– Девочки, это опасно, – Анна-Лиза откровенно тревожилась.
– Зато тебе не надо выходить замуж на ректора, – тряхнула рыжей косой Селия.
– Но почему ты?
– Это как раз понятно, – махнула рукой Линда. – Абы кого туда не поведешь.
– Сели у нас, конечно, умничка. А мы там зачем? – хмурилась Анна-Лиза. – Пусть бы Сели и невесту изобразила.
– Э нет. Анни, одевайся пышнее, чтобы быть не хуже попугайчика, – покачала головой Линда. – Это как раз понятно. Вы будете оттягивать на себя внимание, Селия порыскает по лабораториям, а я ее прикрою.
– Думаешь, будет опасность?
– Даже не сомневаюсь, – кивнула Линда. – Вот представь, недавно… думаю, не слишком давно?
– Амонтиль быстро теряет силу. Не знаю, как с новым ядом, а амонтиль можно хранить не дольше месяца. Потом магия выветривается.
– Вот. Недавно ты спер яд. И хотя бы в общем знаешь, на что он пойдет. И тут – потенциальная жертва заявляется.
– Поневоле занервничаешь, – Анна-Лиза потрошила шкаф. Сосредоточенно так… – Подойдет?
Ядрено-розовое платье было такого насыщенного оттенка, что глаза резало. Куплено оно было по случаю, в лавке «неудачных товаров», в которую великосветские дамы сдавали не подошедшие им вещи, и ждало своей очереди на перешивку. Девушки предполагали, что из платья выйдет отличная нижняя юбка для Анны-Лизы и рубашка для Линды. А может, еще и на ночнушку останется, там материи – на три платья попроще хватит.
– Отлично! – оценила Линда. – И давай там лицо, волосы… ты понимаешь?
– Понимаю.
Анна-Лиза решительно направилась к зеркалу. Селия – к шкафу.
Ей требовалось одеться поскромнее. А Линда…
– Лин, ты сможешь изобразить этакую воительницу?
– С одной извилиной от шлема?
– Именно!
Линда сморщила нос:
– Идиотское представление. Тупых вояк не бывает, их быстро убивают.
– Пользоваться чужими заблуждениями – это военная хитрость, – срезала ее Селия, не давая погрузиться в философию.
Линда фыркнула и пошла переодевать рубашку.
– Ладно. Буду выглядеть как воинственная дура. Главное – сиськи показать побольше.
– Линда! – рявкнула Анна-Лиза.
Линда пожала плечами. Сама она это произносила абсолютно спокойно – но только с подругами.
– Ладно, не шипи. Селия, а если подумать с другой стороны?
– С какой?
– Мне только недавно пришло в голову. Час назад, не больше…
– Да?
– Устроить покушение и на орков, и на ректора… не слишком ли?
– Почему?
– Потому что надо было сообщить двум убийцам и двум заказчикам. Я правильно понимаю, что все мы оказались на ярмарке спонтанно? Не планируя за декаду?
Селия нахмурилась. И быстро пришла к тому же выводу, что и Линда:
– Убийцам подали знак. Из академии.
– А кто?
– Знать бы…
Селия прищурилась так, что убийце стоило только посочувствовать:
– Узнаем. Еще как узнаем.

Стук в дверь застал орков врасплох. Они никого не ждали.
– Кыто там?
Юра постучался еще раз. И когда Крат открыл ему, протянул плащ:
– Я принес…
Думал, сомневался, но решил вернуть. Все ж не чужие. Если вместе пили.
Крат расцвел в улыбке:
– Сыпасыба, друг! – И хлопнул Юру по плечу так, что хлипковатый проходимец аж присел.
– Не за что.
Подошел Грон, узнал Юру, увидел плащ – и кивнул:
– Дэвушки попросили принэсти?
– Нет, – растерялся Юра.
Грон помрачнел. Девушек увидеть хотелось. Кстати!
– Можэт, прогуляэмся к ным, скажэм про плащ?
Юра к девушкам не хотел. Но к ректору? А вдруг?..
– Давайте прогуляемся.
Арх покачал головой и решил с Гроном не идти. Договорились, что компанию ему составит Крат. Заодно и плащ выгуляет.
Все же плащ для горца имел определенное символическое значение.
Плащ дарили молодому человеку на совершеннолетие, плащ означал его принадлежность к определенному клану, и потерять его, тем более таким неблагородным образом…
Да над Кратом даже козлы бы смеялись с верхушек гор.
Сейчас, когда плащ вернулся к хозяину, горец испытывал даже некую благодарность к Юре. Ишь ты, с пониманием человек. Принес…
И плащ, сразу видно, чистенький, бережно свернутый, не комком… уважительно обращались, не нос вытирали и на пол не бросали. А такое бывало – и бывало поводом для войны между кланами.
Крат накинул возвращенное сокровище и направился вслед за Гроном и Юрой к женскому общежитию.
Не дошли.

– Сели, как ты думаешь, кто этот яд спер?
Селия пожала плечами:
– Тот, кто работает в лаборатории, или тот, кто туда заходил в гости, к примеру. Убирал, может быть…
– Глупо тащить последнюю разработку, о которой мало кому известно, – покачала головой Линда. – Я бы стащила яд из соседней лаборатории.
– Логично.
– Или такой, чтобы старая разработка. Чтобы не навести на себя подозрение, – подсказала Анна-Лиза.
– Принято, – кивнула Селия. – Надо расспросить, кто из посторонних там бывает.
– И заходят ли из соседних лабораторий в гости?
– Обязательно. А еще – кому они о своей работе рассказывали.
Девушки переглянулись.
– Я отвлеку внимание на себя, – кивнула Анна-Лиза. И поправила юбку.
– Давай. А мы разберемся, – согласилась Селия.
– Мы их сделаем, – подвела итог Линда. И кровожадно поправила клинки. За отсутствием юбки.

Девушек они встретили на полпути. И остолбенели.
Впереди выступала Анна-Лиза в наряде такого бешено-розового цвета, что кусты роз на подходе опадали. От зависти.
И мало того! Золотые волосы усыпаны золотыми блестками, громадный бант из розовой ленты щедро украшен стразами, ярко-алые туфельки (весь этаж обегали, пока нашли и одолжили подходящие) уверенно попирают траву – и та на глазах жухнет от стыда.
За ней шла Линда – и там тоже было на что посмотреть.
Кожаные штаны обтягивали роскошные бедра, ярко-алая рубашка была расстегнута аж на три пуговицы, корсет перехватывал тонкую талию и так поднимал грудь, что Грон открыл рот, а закрыть забыл.
Крат тоже.
На фоне этого великолепия совершенно не смотрелись два парных меча. Женщина с такими достоинствами может позволить себе любое украшение – все равно на него внимания не обратят.
Юра единственный обратил внимание на Селию.
В скромном светло-сером платье, с туго заплетенными волосами, Селия походила на мышку. Симпатичную, но на фоне блистательных подруг…
Нет, не смотрится. Совсем не смотрится.
– Сели?
– Да, Юра. Добрый день.
– А мы вот к вам собирались.
– Да? – не проявила энтузиазма девушка.
– А вы куда-то уходите?
Селия задумалась. А потом в ее глазах блеснула шальная искорка:
– Юра, Грон, Крат, хотите с нами?
Странный вопрос.
– Конэчна, хатым! – тут же выпалил Грон.
Бедный орк рисковал нажить себе косоглазие – глаза разбегались, хоть ты их приклеивай. И на Линду, и на Анну-Лизу…
– Да! – согласился Крат.
Он был верен Линде. То есть ее декольте.
Девушка это заметила, но решила временно не драться. Пока. Потом все равно все припомнит.
– Селия, ты уверена?
– Это будет весело. Факт.
Линда не сомневалась, что им будет весело. Но обрадуется ли ректор?

Не обрадовался.
Оглядел процессию – и подхватил Селию под локоть, отвел в сторону.
– Адептка Лиасон, у вас совесть есть?
– Нет. А надо?
– Да. Сварите себе пару галлонов.
Селия пожала плечами:
– Хоть тройку. А зачем?
– Что мы будем делать со всей этой свитой?
– Что угодно. Меня никто и не заметит. Девочки обещали.
– А орки?!
– Но на орка тоже покушались!
Рон закатил глаза:
– Кажется, я еще об этом пожалею. Ладно… Постройтесь по двое, детишки!
Селия усмехнулась особенно ядовито.
– Анна-Лиза!
Анни подошла к ректору. И едва не застонала.
Сегодня Рональд выбрал оранжевые тона. Этакие ядрено-апельсиновые. Не благородного цвета осенних листьев, а ядрено-кислотные. Или ядерно-кислотные?
В этих тонах были выдержаны штаны и камзол. Дополнялось великолепие такой же ядовито-зеленой рубашкой и чуть более темными, малахитового цвета бантом и сапогами.
Когда он встал рядом с Анной-Лизой, Линда уважительно поглядела на Селию. Подруга была права. Они могли делать все, что им заблагорассудится. Орать, плясать, ходить на голове, танцевать голыми – никто на них и не посмотрит. От смачного сочетания цветов рябило в глазах даже у орков, которым было не привыкать.
Грон предложил руку Линде, та фыркнула и подошла к Юре.
Крат не растерялся и ангажировал Селию. Рональд покачал головой, подхватил под локоть Анну-Лизу и указал Грону на место сразу за собой.
– Итак, вперед! В ИЛА.
И вся компания направилась к воротам. Экипаж ждал.

Глава 6

Задача.
Карета рассчитана на четверых, максимум на пятерых. Как в ней разместиться всемером?
Крат проявил благородство и отправился на облучок. Грон туда не пошел – не по статусу. Юра побоялся свалиться.
Выход нашелся быстро. Утрамбовались по трое.
Грону достались в компанию Селия и Анна-Лиза – орк был на редкость массивным, с широкими плечами. Юра притиснулся к Рональду, Линда наотрез отказалась садиться рядом с орком – и карета двинулась.
Молчали несколько секунд. Потом Селия подняла руку:
– Дамы, господа, когда окажемся в лаборатории – привлекайте к себе как можно больше внимания. Везде лезьте и все спрашивайте. Если что-то разобьете – тоже не страшно.
– Чито нам надо дэлат? – уточнил Грон.
– Выгонять дичь из норы. Так что шумите, ругайтесь, интересуйтесь… да хоть гимны пойте. Горские.
– У них нет гимнов, Сели.
– А что есть?
– Победные песни.
– Вот их можно.
– Уши пожалей.
– Линда, потерпи.
– Вы нэ лубитэ орков, – печально посмотрел на воительницу Грон. Смотрел он почти в глаза, но немного ниже.
– Лублу, – передразнила Линда. – Если слегка сплюснуть и прожарить.
– Лудоэдство запрэщэно.
– А вы и не люди.
– И жэнщыны у нас эсть. И дэти.
– И сколько женщин вы украли? Сколько из них мечтает удавить и вас, и ваших детей?
– Нысколька! Мы харошиэ…
– И тихие. В гробу.
– Адептка Далг, – покачал головой Рональд. – Не надо.
Линда вздохнула.
– Да, Лин, – поддержала ректора Анна-Лиза. – Грон не виноват, что ты выросла на границе.
– Не виноват. Конечно. И в убитом наставнике не виноват, и в похищенной подруге, и в гибели семьи моего приятеля – мальчишка поседел в двенадцать лет, и в изнасилованной служанке, которая с тех пор говорить не может, белеет при виде мужчин… Не виноват. Ведь не он все это делал, верно?
Грон пожал плечами:
– Сэйчас мэжду нами мыр.
– Надолго ли?
– Надэюс, навсэгда. Нам тожэ эта война нэ нравится. И мнэ тожэ эсть чито прыпомныть.
Дальше ехали молча.

ИЛА располагалась в громадном здании.
Рональд, как свой, поднялся по ступеням, кивнул охране и почти пинком распахнул двери.
– Прошу вас, дамы и господа.
Подхватил под руку Анну-Лизу и зашагал вперед. Селия знала куда.
В отдел разработки ядов. Да, есть здесь и такой, и яд – его по аналогии с амонтилем назвали тилемоном – разработали именно там.
Если его и сперли, то именно оттуда.
Коридор, второй, тяжелая дубовая дверь – и громадная лаборатория. До которой было расти и расти той, что на факультете.
Селия тихо позавидовала.
У них тоже было неплохо, и оборудования хватало, но здесь! Здесь!!! Перегонные кубы, атаноры, кальцинаторы, аламбик…
Селия потерла руки. Но ринуться на штурм не успела, Рональд начал спектакль.
– Где мэстер Лаваль? – громко осведомился он у присутствующих.
Несколько работников замерли сторожевыми сусликами. Рональд махнул рукой:
– Отомрите! Лаваль где?!
– А… он там! – нашелся один из работников.
– Позовите! – распорядился Рональд. И обвел рукой лабораторию: – Дорогая, ты хотела посмотреть? Любуйся. Это ИЛА.
– Ой! Как мило! – Анна-Лиза захлопала в ладоши – и помчалась к столу. По дороге она зацепилась юбкой за атанор, неудачно дернула, послышался треск ткани, и девушка завизжала.
Истерики Анна-Лиза устраивать умела, просто не любила. Но если надо… сейчас вся лаборатория слышала, что эта… нехорошая печь специально была поставлена у нее на проходе. И злонамеренно порвала ей юбку!
Рональд засуетился вокруг, отчего у Селии зарябило в глазах.
Грон, помня про инструкции, направился к другому столу, явно собираясь поиграть с пробирками. Наперерез страшному орку мужественно кинулся лаборант – останавливать.
Селия подхватила под локоть третьего.
Их и было-то всего три человека – негусто. Но есть из чего выбрать.
– Мэстер, у вас нитка с иголкой найдутся? Я ей юбку зашью, да может, вы ее отсюда уберете?
Мэстер бросил на Селию дикий взгляд – и девушка уверенно потащила его к двери в углу. По ее опыту, именно за такими дверями и располагалось все самое интересное.

Не прогадала Селия и в этот раз.
За дверями располагался небольшой гибрид комнаты отдыха и лаборатории. С одной стороны – диванчик, стол и шкаф. С другой – весы, несколько приборов, небольшой стеллаж с пробирками.
Селия дружелюбно улыбнулась:
– Мэстер, меня зовут Селия Лиасон. А вы?
– Эрард Гжен. Рад знакомству, мистрес. А это…
– Я компаньонка невесты его светлости Аргайла, – не смущаясь, соврала Селия.
– Ах, так это его невеста! – выдохнул Эрард, оживая на глазах.
Был научник молод, но уже подлысоват, суетлив и чем-то напоминал средних размеров богомола. То ли худощавостью и телосложением, то ли суетливыми движениями верхних лап… простите – рук. Каштановые волосы, серые глаза. Симпатичный?
Да, наверное, но как-то это терялось за общим впечатлением.
– Да. Я очень удивилась, когда ректор Аргайл пообещал невесте устроить сюда экскурсию, – закинула удочку девушка.
Эрард махнул рукой:
– Что вы! Его светлость хороший друг нашего начальника, мэстера Лаваля.
– Лаваля? Того самого графа де Лаваля?
– Да. Вы в курсе?
Селия мило улыбнулась, показывая, что да. Она – в курсе.
Эрард расцвел:
– Как приятно встретить такую образованную даму, как вы.
– Что вы! Я всего лишь интересуюсь, – покривила душой Селия. – А здесь! Торжество науки и магии в чистом виде.
– Интересуетесь чем?
– Ну… магия – это так интересно! – замялась Селия. – Вообще, мэстер ректор говорил, что покажет нам лабораторию ядов и противоядий. Чтобы знали, как далеко шагнула наука.
– Тогда это действительно к нам, – кивнул Эрард. – Сейчас найду нитки и иголку… где-то они должны быть здесь.
– Вам они наверняка понадобятся, – кивнула Селия. – Мало ли где заденешь одеждой…
– Вам, дамам, намного неудобнее. Вот и Грета последний раз забегала – юбку порвала, – кивнул Эрард. – Тогда и пришлось купить ниток-иголок, мало ли что.
– Грета? – удивилась Селия.
Эрард сделал большие глаза, понял, что проговорился, и нырнул под стол. Ага, как же! Вот если бы он сквозь землю провалился, шансы были бы. И то…
Позвала бы Селия Линду – и выкопался бы как миленький.
– А мне казалось, что женщины здесь не работают.
– Не работают, – сдался Эрард. – Но навещать друзей можно…
– А, так Грета просто чья-то знакомая? – уловила Селия. – Не переживайте, мэстер, я буду молчать. Мы ведь тоже здесь не вполне законно.
Эрард расслабился. И выкопал нитки с иголками.
– Вы понимаете, мистрес, здесь действительно нет женщин. Что поделать, если вы не способны к научному мышлению?
– Ничего не поделаешь, – согласилась Селия.
Действительно, если человек дурак – чем ему помочь можно? Добить из милости?
– А у Бьярни есть подруга. И она к нему забегает с горячими обедами, не каждый день, конечно, но иногда можно!
– Даже нужно. Вы тут так и питаетесь всухомятку? Это же язву нажить можно! – ахнула Селия.
– Некому о нас заботиться, – пригорюнился Эрард.
Селия ловко вытащила у него из рук нитки и иголки:
– Не волнуйтесь. Мы обо всем позаботимся. – И выскользнула за дверь.

Линда не теряла времени и атаковала второго лаборанта.
– Покажите мне лабораторию.
– З-зачем?
– Чтобы я убедилась в безопасности охраняемого мной объекта.
– К-кого?
– Леди Эресаль! – провозгласила Линда.
– Леди Эресаль?
– Хотите сказать что ничего не слышали про леди Эресаль? – грозно надвинулась девушка.
Учитывая, что надвигалась она всеми прелестями, лаборант часто задышал, едва не закатывая глаза, и мелко-мелко закивал. Он бы и не то признал, лишь бы блузку не застегивали.
– Слышал, конечно же…
– Так показывайте!
– Пойдемте…
Линда обходила лабораторию под пояснения второго ученого – Стенсиля Ароу, который показывал окна, двери, стенды с препаратами, объяснял, как работают сторожевые артефакты, которые были навешаны не только на дверях-окнах самой лаборатории, но и на шкафах с редкими ингредиентами. А как вы хотели? Секретность высшей категории! Особенно Линду интересовали последние: а вдруг склянка разобьется или яд разольется? Совершенно не хотелось бы помереть по неосторожности, и ладно бы своей.
Стенсиль уверял, что все тщательно закупорено, все на строгом учете и контроле… Линда сомневалась: а вдруг? Не туда поставили, не так закрыли…
– У нас такого не бывает! – негодовал Стенсиль.
– А вдруг? – дышала полной грудью Линда. – Зашел кто, да и переставил?
– К нам никто… э… никто не заходит.
– Никто – или э?
– Э…
Линда надвинулась еще сильнее:
– К вам заходили террористы?
– Нет!!!
– Убийцы?!
– Никогда!!!
– Я точно знаю – заговорщики!!!
– Нет!!! – прорвало бедолагу. – К нам сюда вообще никто не заходит, разве что к Бьярни невеста забегает иногда!
– Что за невеста? – прокурорским тоном поинтересовалась Линда.
– Очень милая девушка, Грета Таудер…
– А соседи? Из других лабораторий?
– Да к нам сюда вообще не заходят! Секретность же!
– Но мы же зашли?
– Первый раз за два года!
Линда еще посомневалась, но потом позволила себя уговорить. И вернулась к остальным.

Грон атаковал третьего члена научного сообщества:
– Эта чито?
– Пробирки.
– А эта?
– Колбы.
– Вах! Как ынтэрэсна!
Ученый, достаточно смазливый молодой человек лет тридцати, с аквамариновым кольцом на пальце – маг воды, поморщился, глядя на «дикого» орка.
– У вас в горах такого нет?
– Зато какие у нас дэвушки! У вас таких нэт!
Тема нашла отклик и благодарного слушателя. Действительно, о чем еще говорить двум мужчинам? Да о женщинах!
Обсудили оркских женщин «грудь – во! Эта – Во! А там вообще!», сравнили с местными, посетовали на строгость оркских законов, по которым взялся за руку – женись.
Потом порадовались за равнинников, которым жизнь позволяет этим пренебрегать, поговорили пару минут о работе, и Бьярни, а это был именно он, заверил, что здесь все очень строго.
Но Аргайл – вы же понимаете! Это особый случай.
Грон не понимал, но особый так особый. А других точно не было?
Нет. Разве что полгода назад…
Полгода – это было много, Селия что-то упоминала про месяц.
Но за месяц здесь посторонних не было. Кто убирает?
Никто. Здесь есть специальная система. Магия очищает все от пыли и грязи, бумаги ученые сортируют сами, посуду тоже моют сами. Это же лаборатория ядов! Кого сюда пустишь? Хорони потом придурков! Яды все разные, где-то и на кожу попадет – хватит, где-то достаточно вдохнуть…
С тем Грон и вернулся к остальным.

Селия опустилась на колени перед подругой и принялась подшивать явно специально подпоротую юбку. Юра крутился рядом, создавая общеистерическое настроение.
Анна-Лиза громко страдала. Так громко, что быстрое «Невеста Бьярни. Была недавно» прошло незамеченным. Никто на эту фразу и внимания не обратил.
Рональд задумался.
Линда подтвердила информацию. Грон добавил, что посторонних здесь не бывает.
И Рональд пристально поглядел на мага воды:
– Бьярни, друг мой…
– Да?
– Пройдемте.
– К-куда?
– К вашему начальству.
Естественно, прошли все. И кто бы смог их остановить?

Граф де Лаваль оказался мужчиной лет сорока. Высоким, темноглазым, с обаятельной улыбкой. С Рональдом они поздоровались, как старые приятели.
– Рон!
– Дон!
Мужчины обменялись рукопожатиями, и Дональд де Лаваль сразу перешел к делу:
– Что тебя ко мне привело?
– Ознакомься, – грохнул Рональд на стол отчет патологоанатома.
Ознакомлялся мужчина недолго, минуты три. Потом поднял на Рональда потемневшие глаза:
– Мои?
– Твои.
– Кто?
– Из молодых людей, которые работают в лаборатории ядов? Наверное, никто. Но вот к этому мэстеру приходит с горячими обедами его подруга, некая Грета Таудер.
– При чем тут Грета?! – возмутился Бьярни.
– А кто, кроме нее, мог взять яд? – пожал плечами Рональд. – Только она одна. Больше к вам никто не приходил.
– Кстати – как именно проходили? Я же запретил посещения?
Бьярни стушевался под взглядом де Лаваля:
– Мм… я…
– Подробности? – прищурился граф.
– Двоюродный дядя Греты работает у нас в охране, – выдавил Бьярни. – Он ее пропускал.
– Имя?
– Роальд Таудер.
– Замечательно, – с иронией произнес Дональд де Лаваль. – Секретность на уровне… Рон, похоже, с меня причитается.
– Сочтемся.
– Как вы познакомились с Гретой Таудер?
Бедолагу Бьярни принялись трясти как грушу. И быстро выяснили, что знакомился он не сам. Скорее, с ним познакомились.
Шел парень по улице, налетел на девушку, извинился, предложил угостить чашечкой взвара, а дальше как-то само пошло…
Грета к нему и на работу заходила, и в гости приглашала, и не скрывалась особо…
– Мы вообще пожениться собирались!
Дональд только головой покачал.
И конечно, Бьярни рассказывал милой девушке о своей работе. Как же иначе? Как не похвастаться? Не распустить павлиний хвост?
А на работу Грета сама попросилась прийти. Посмотреть, как там и что, нет ли на работе у милого посторонних девиц, коварных разлучниц…
Коварных разлучниц не обнаружила, но приходить продолжала. А поскольку она приносила с собой домашние вкусняшки, к ее приходам относились очень лояльно. И никому постороннему не выдавали. Вдруг делиться придется?
Да, и недавно Грета тоже забегала, буквально дня четыре назад… у нее еще юбка порвалась. Она зашивать бросилась, а ни иголок, ни ниток, пришлось искать по соседям…
Оставалась ли она одна?
Ну… может, на пару минут. И что? Ничего же не пропало!
Оставалось только головой покачать.
Секретность? Государственная тайна?
Ага, там, где вмешивается простое человеческое раззвиздяйство, никакой тайне места не найдется.
– У нас тоже так было, – подал голос Юра.
Все взгляды обратились на проходимца, тот смутился, но продолжил:
– Ученые из разных стран вели разработки одного… оружия и обменивались письмами. Делились научными секретами – и не думали, что усиливают вероятного противника. Потом все в шоке были…
– Да, научники, – кивнул де Лаваль. И недобро поглядел на Бьярни. – Ты понимаешь, что вам повезло? Что она украла именно тилемон? Если бы другой яд…
– Другого просто не было, – буркнул Бьярни.
– Точно! – щелкнула пальцами Селия. – Если она разорвала юбку, ее надо было оставить одну! Иначе бы она ее не смогла зашить, верно?
– Да, – согласился Бьярни. – Мы и оставили – в комнате отдыха.
– А в комнате отдыха они тоже работают, – кивнула Селия. – Верно?
– Ну да. Мне тилемон понадобился, я его и взял.
– Ясно, – подвел итог граф де Лаваль. – Итак, где живет эта Грета?
Бьярни понурился. Но адрес выдать пришлось, куда деваться?

Уже на подходе к симпатичному маленькому домику вся компания поняла – опоздали.
Грета Таудер была безвозвратно мертва.
Один удар ножом, сзади, в почку…
Возвращалась вечером домой, задержалась у подруги, подруга тоже в ужасе…
Все в ужасе.
Такая молодая, такая симпатичная, и такая ужасная смерть…
Рональд вздохнул – и пошел выражать соболезнования.
Селия переглянулась с подругами.
– Эта ниточка оборвана, – произнесла она.
– А какая осталась? – Анна-Лиза была уверена, подруга что-нибудь придумает.
– Чтобы девушка не вела дневник? Или у нее не было подруги?
– Той, от которой она шла?
– Возможно. Или другой…
– Давай начнем с этой. А там посмотрим, – предложила Линда.
Селия согласилась. И поглядела на Юру:
– Юра, сходишь со мной?
– Да. А куда?
– Выразим соболезнования и выясним, что там за подруга.
– А может, кто-то еще? – замялся Юра, который ненавидел траур и все с ним связанное.
Стоять, мямлить о невосполнимой утрате… А что, и так непонятно?
Когда уходят близкие, каких слов ни скажи – все мало. Все не то! Самые проникновенные слова будут звучать глупо и пафосно, ведь легче-то от них не станет…
– А кто? Орки?
– Ну… – Юра вздохнул и понял, что идти придется.

Подруга нашлась на кухне.
Симпатичная пухленькая девушка хлопотала у плиты и выглядела при этом весьма соблазнительно. Щечки разрумянились, светлые волосы завились в колечки и прилипли к потному лбу, глаза блестели от непролитых слез… или пролитых? Веки были красноватыми.
– Примите мои соболезнования, – начала Селия.
Девушка обернулась, вздрогнула…
– Осторожно!
Юра едва успел перехватить противень. Как у него это получилось – и сам не понял, но тот завис в воздухе и медленно опустился на пол.
– Ой, – сказал Юра.
– Спасибо, – выдохнула девушка. И было отчего благодарить. На противне возлежал, распространяя восхитительные ароматы, кусок мяса, обложенный картофелем. Упало бы на пол…
Обидно было бы до слез!
– Не за что, – тут же вклинилась Селия. – Как я вас понимаю! В такой день все из рук валится…
– Да… поверить не могу, – хлюпнула носом девушка.
Селия посмотрела на Юру, и тот молча потащил противень во двор, где и проходили поминки. А то еще явится кто, разговору помешает…
– Грета была замечательным человеком, – Селия говорила убежденно. – И так несправедливо… ей бы жить, детей родить…
– Да! – девушка всхлипывала.
– Жених, наверное, в горе?
– Жених…
Голос девушки принял какие-то странные интонации, и Селия сразу это подметила.
– Простите, если я не о том. Но Грета была такой красивой…
– Да… ей все так и говорили. А меня вечно дергали… Марги, не сутулься, не шмыгай носом… а что я могу поделать, если стоит мне понервничать – и слезы сами льются? И нос закладывает?
– Марги – это Маргарет?
– Маргит, – хлюпнула девушка симпатичным носиком.
Селия задумалась. Потом достала из сумочки карточку и прищелкнула пальцами. По бумаге побежала искорка огня, слова складывались в адрес.
– Здесь хорошая аптека. Зайдите, вам подберут что-то подходящее от этой напасти.
– Да?
– Уверена. Я и сама с ней сотрудничаю.
– А вы – маг?
Селия махнула рукой:
– Чего только не бывает в жизни! И что? Грета тоже с магом встречалась, разве нет?
– Да. А вы… ой!
– Я ему никто. Сразу говорю, меня просто просили прийти и сказать, что Бьярни быть не сможет. Его начальство вызвало…
– Вот. И Грета говорила, что ему работа важнее любви!
Селия едва не фыркнула.
Ага, а если поставить любовь вперед работы? На что будет кушать и одеваться влюбленный? С милым рай и в шалаше? Ага, в эльфийских лесах. А так – извините. Бесплатно колбаску никто в лавке не даст.
Вслух, понятно, это говорить было нельзя. Заплюют ядом. За оскорбление чувств влюбленных и осквернение святого чувства грязной прозой жизни. Так что Селия напыжилась и как можно более патетично произнесла:
– Да! Эти мужчины! Всем им важны только их дела, а до наших чувств и дела нет!
– Да! – закивала Маргит. – Вы понимаете, вот и Грета жаловалась. И на Бьярни, и… Ой!
– И?
– Ну… я, наверное, ничего страшного не совершаю?
– Конечно нет. Наоборот…
– Нехорошо рассказывать про секреты подруги.
– Так вы же не абы кому, вы только мне – и по секрету. И вообще, не забывайте, надо сообщить ее возлюбленному о гибели несчастной Греты. – Селия напропалую тащила фразы из романов. Маргит их явно читала, потому что закивала, как маятник.
– Да… я не могу… я не смогу смотреть ему в глаза.
– Кому? – в голосе Селии читалось неизбывное терпение.
– Фернану.
– Фернану?
– Да… Фернан… они с Гретой познакомились недавно. И влюбились…
– А Бьярни?
– Ну… он ведь маг. А маги на простых девушках, считай, и не женятся. А молодость проходит, надо устраиваться, с магом перспектив никаких, а тут их намного больше, верно?
Селия кивнула. Пусть ей было противно! Надо кивать!
– Конечно никаких. Маги такие зазнайки!
– Вот! Вы понимаете! – закивала головой еще сильнее Маргит, забыв, что разговаривает с такой же зазнайкой. – Фернан не маг, зато богатый, симпатичный… вы бы видели, какие у него кружева на платье!
– А вы видели?
Маргит потупилась:
– Ну…
Селия медленно вытаскивала из девушки сведения. И не пожалела.
С Фернаном Грета познакомилась примерно два месяца назад. До того она собиралась замуж за Бьярни.
Да, маги не женятся на обычных людях. Почему так?
Да живут они раза в два дольше, чем обычный человек. Вот и все! Кому ж охота – у тебя еще и седого волоса нет, а спутник жизни весь как печеное яблоко. В морщинах и седой. Уважительная причина?
А есть и вторая.
Дети от обычных людей и магов – это лотерея, и не всегда выигрышная. А каково потом магу смотреть на то, как старятся и умирают и его дети, и его внуки… хорошо, если в ком сила проснется. А если нет?
И уж молчим о том, какие конфликты это провоцирует в семье.
Поэтому маги и стараются связываться только с магами. В крайнем случае, обговаривают все от и до. И заключают брак по расчету на сколько-то лет. Прописывают все, вплоть до ложек и мест проживания.
Плохо? Зато все живы и здоровы останутся.
С другой стороны… Есть маг. Вот такой, как Бьярни. Водник, но слабый. Знаний хватает, связи есть, а денег нет. Есть Грета – девушка из достаточно зажиточной семьи. Может ли Бьярни жениться на ней первым браком?
Вполне. И на это посмотрят спокойно, дело-то житейское. Пожили бы лет тридцать вместе, может, сорок… Грета и начала его прикармливать. Маг в родне – это хорошо. И обижать такую семью побоятся, и ребенок все же может родиться магом, а даже если и нет… Что, маг потом свое чадо не поддержит? Польза есть.
Дело потихоньку слаживалось, но тут Грета познакомилась с Фернаном. Случайно, на рынке. Ее обокрасть пытались, а Фернан вора поймал, кошелек вернул, дальше все и закрутилось.
Обычный человек, но богатый, холостой… Что еще надо для счастья? Замуж. Кажется, это Фернан тоже предлагал. Грета собиралась согласиться.
Где живет Фернан? Чем занимается?
Грета молчала. Известно же – хочешь сохранить жениха, не показывай его подругам. Уведут! Все они такие!
Маргит, конечно, не такая, но Грета все равно Фернана никому не показывала. Маргит только догадывалась, что он как-то с одеждой связан. Он Грете несколько раз ткани приносил, а один раз платье подарил.
Такое… из золотистого шелка! Дорогое – ужас!
Посмотреть?
Так, наверное, Грету в нем и похоронили…
Селия повертела в пальцах серебрушку – и вопрос был решен. Маргит выглянула из кухни, осмотрелась и поманила Селию за собой.
Платье висело в шкафу. Селия оглядела его – и уважительно покачала головой.
Золотистый арденский шелк. С вышивкой золотой нитью, по последней моде. В этом сезоне модны осенние мотивы, вот и здесь – осенняя рябина. Золотом вышиты листья, капельками… так, что это за камни?
Селия поковыряла красную капельку. Коралл. И держится как-то плохо, нет? А, вот что! Тут были другие камни изначально.
Селия задумалась. Потом полезла смотреть швы платья, подкладку… Маргит нервничала, но девушка разобралась быстро, наградила помощницу еще одной серебрушкой и попрощалась.
Забрала Юру и направилась к остальной компании, которая ожидала разведчиков в летнем кафе.
– А мне мороженое?
– Даже два!
– Да, два! Юра, тебе какое?
– А какое есть?
– Обычное, вишневое, клубничное, с орехами…
– Вот! Вишневое с орехами!
– А мне клубничное, – выбрала Селия. – Я жду!
Рональд посмотрел умоляющими глазами, но девушка не дрогнула. И только сунув в рот первую ложку мороженого, принялась рассказывать.
– За два месяца до смерти Грета познакомилась с неким Фернаном. Подозреваю, имя, как и обстоятельства, вымышленные. Слишком уж все хорошо для него сложилось.
Селия пересказала собравшимся про знакомство, про встречи Греты с Фернаном, про одновременные встречи с Бьярни.
И подвела итог:
– Я видела платье. Это арденский шелк.
– Ой! – охнула Анна-Лиза.
– Да, я тоже была в шоке, – согласилась Селия. – А еще, судя по строчкам, по прошивке, по ниткам… Анни, ты у нас специалист. Платье из арденского шелка, сшитое паутинной нитью и с аппликациями из рубинов, сколько может стоить?
– Запредельно, – просто ответила Анна-Лиза. – Мало кому по карману.
– А если слегка поношенное?
– Чуть поменьше. Не намного.
– Могут такое платье подарить служанке, выбросить…
– Сели, да ты что?! – вознегодовала Анна-Лиза. – Ты с ума сошла?! Это платье стоит как годовой бюджет академии, у императрицы их, наверное, считаное число, а ты – подарить?! Его до последнего перешивать будут, тем более что арденский шелк не линяет и даже через десять лет выглядит шикарно.
– Нэ надоэст адно платьэ десять лэт насыть?
Анна-Лиза покачала головой:
– Это арденский шелк, Грон, ты не понимаешь. Даже платок из этого шелка безумно дорогой, а уж платье!
Грон кивнул. Не понимает. Ну, что ж теперь, зато примем, как оно есть. И поинтересуемся дальше:
– Нам эта поможет?
– Конечно, – кивнул Рональд. – Я знаю всего двоих портных в столице, которые работают с арденским шелком. Сели, ты сможешь его описать?
– Конечно.
– Тогда доедайте мороженое – и вперед! Не будем терять время!
Юра послушно сунул в рот громадную ложку мороженого и закономерно подавился.
Рональд похлопал его по спине:
– Спокойнее, дружище. Портные никуда не убегут.
Юра просиял ясным солнышком. Дружище!

Первый портной ничего не сказал компании. А вот второй мигом опознал платье.
– Я лично шил его для герцогини Аргайл.
– Для кого?! – шепотом уточнил Рональд.
– Для герцогини Аргайл.
То, что сказал Рональд, по достоинству оценили все присутствующие. Даже орки, которые якобы «нэ понымалы»! Но интонации уловили.
– Мне надо поговорить с родителями!
– Вам нужна помощь? – Селия и сама не знала, почему она это спросила. Казалось бы, ну какое ее дело? Хотя…
Еще как ее! Аспирантура, если кто не забыл! Если ректор тебе чем-то обязан, предприятие сразу получает бонусы. Еще на старте.
Рональд задумался:
– Анна-Лиза со мной пойти не может. Определенно. Простите…
– Ничего страшного, я и не хочу, – кивнула девушка.
Рональд тоже не хотел.
– Орки тоже вряд ли…
Орки тоже были согласны.
– Мы – в акадэмию? – предложил Грон.
– Вам одного покушения мало?
– Мм… – Про покушения Грон чуточку забыл. Подумаешь – стреляли! В горах так регулярно развлекаются.
– Я отправлю вас в карете. Так, Анна-Лиза, Линда, Селия…
– Наверное, мне лучше пойти с вами, – Селия посмотрела на ректора. – Анна-Лиза сильнее меня, Линда лучше подготовлена, в схватке я для них – балласт. А вам могу пригодиться.
– Значит, так и решим. Вы со мной…
– И я! – встрял Юра.
Оставлять потенциального парня один на один? С женщиной?
Селия, ты мне друг, но Рональд мне дороже. И доверяться бабе…
Знаю я, какие вы хищницы! Только отвернись – мигом мужика уведете!

Явление Рональда в городском доме произвело эффект разорвавшегося огненного шара – так все забегали.
Дворецкий раненой рысью метнулся куда-то вбок, чтобы через минуту появиться и уже с достоинством поклониться:
– Ваша милость…
– Добрый день, Хорес. Мои родители здесь?
– Его светлость. Ее светлость в поместье.
Рональд нахмурился:
– Доложите его светлости о моем приходе. И… есть здесь кто-то из мами… из камеристок ее светлости?
– Да. Лора Вакс, ваша милость.
– Позовите. Немедленно.
Селия отцепилась от Юры. А что?
Идти под руку с Рональдом Юра не мог, а уступать его Селии не хотел. И нашел самый простой выход – предложить руку Селии. Та приняла это совершенно спокойно.
– Вы здесь росли? – спросила она у ректора.
– В поместье. На природе.
– Понятно…
По лестнице медленно спустилась дама. Другое слово ей как-то не подходило. Прислуга?
Осанистая, корпулентная, с бюстом, которому позавидовала бы Линда (у нее был вдвое меньше), с тщательно уложенными седыми волосами.
– Лори! – обрадовался ей Рональд.
– Мальчик мой!
Лора Вакс, а это была именно она, крепко обняла «мальчика» и расцеловала в обе щеки:
– Я скучала.
– Я тоже скучал. Тетя Лора, скажи, у ма… ее светлости есть платье из шелка?
– Да…
– Мэстер ректор, можно я спрошу? – не удержалась Селия.
– Конечно, – отстранился от страшной беседы о тряпках ректор.
– Платье из арденского шелка, сшито паутинной нитью, палевый цвет, может, чуть поярче, вышивка осенними листьями, гроздья рябины сделаны были… из рубинов?
– Из гранатов, – поправила Лора. – Но да, есть такое платье. Было.
– Было?
– Эрвин, – Лора Вакс почти выплюнула это имя.
Селия промолчала. А Рональд прищурился:
– Эрвин?
– Он кое-что прихватил, уходя из дома. Хотел до драгоценностей добраться, да не смог, ее светлость с собой шкатулку забрала. А вот платья не повезла… не до них было.
Рональд медленно кивнул:
– Я понял. Эрвин…
– Рон! – по лестнице спускался Кларенс Аргайл. – Ты не предупредил, но я рад тебя видеть!
– Мы уже уходим. Все, что нужно, мы уже узнали, – отрезал Рон.
– Да… может, останетесь на обед?
– Благодарю. Не стоит.
– Я настаиваю, – попробовал надавить Кларенс Аргайл.
Рональд пожал плечами:
– Мне некогда. Селия?
– Благодарю за приглашение, ваша светлость, но вынуждена отказаться.
– Юра?
– Я как вы, Рональд.
– Вот видите, ваша светлость? Нам некогда.
– Но… при чем тут Эрвин?
– Когда я его найду – будет уже ни при чем, – отрезал Рональд. Развернулся и вышел из дома.
Селия и Юра, не сговариваясь, опрометью кинулись за ректором.

Догнали они его в ближайшей подворотне.
Ректор снимал стресс, пиная ногами кирпичную стену. Стена стояла и чихать хотела на все его выражения эмоций.
– С… а! М… к! Цверр генарр!
Селия сморщила нос, но ругаться не стала. Ладно уж… ее тоже слушать никто не заставляет. А вот как дальше…
Девушка еще думала, а вот Юра уже действовал. Он подошел к Рональду и мягко предложил:
– Давайте в академию отправимся? Там можно и магией…
Рональд скрипнул зубами, но пинать стену перестал. И вовремя – над ним уже распахивалось окно.
Селия едва успела создать щит. Огненный, естественно. Рональд был в таком раздрае, что не сообразил бы.
Дама поросячьей наружности, высунувшаяся из окна, смотрела злорадно, и выражение ее лица медленно менялось.
Содержимое ночного горшка (хозяевам чем-то не понравились незнакомцы) зашипело, испаряясь еще на подлете. Вверх взлетело вонючее облако.
– Ходу! – рявкнул Рональд, хватая за руку Юру, а пробегая мимо, еще и Селию, и увлекая за собой. – Ноги!!!
И правильно, потому что ровно через секунду из того же окна раздался вопль:
– Стра-ажа!!!
Пока стража прибежала, злоумышленников, которые отпинали дом и морально оскорбили его хозяйку, и след простыл. Как именно оскорбили?
Об… э-э-э… обвоняв по самую крышу. Но такой статьи в уложении о наказаниях не было.
Отдышались злоумышленники уже через три улицы. Отряхнулись и изобразили сплошную невинность. Селия, как единственная дама, расположилась посредине и взяла спутников под руки.
– Рональд, вам не кажется, что вы должны что-то рассказать?
– Да! – ревниво поддакнул Юра.
Рональд покосился на них:
– Спелись?
– Сшипелись, – поправил проходимец. – Так все же? Кто такой Эрвин?
– Я расскажу в академии, – сдался Рональд. – Обещаю. А так… это мой бывший брат.

Рассказывать пришлось в домике орков. Именно туда набилась вся компания.
Юра посмотрел и пошел делать глинтвейн. Не алкогольный. Клюквенный. Благо лимон и пряности нашлись, часть клюквы Юра просто отжал, вторую чуть проварил, смешал, добавил немного вина – для запаха, не для вкуса даже. И выставил на стол:
– Угощайтесь.
Все выпили и пристально поглядели на Рональда.
Ректор поднял руки вверх:
– Ладно. Если бы не покушение на Грона, я бы промолчал. Но раз уж так…
Все молчали и слушали.
– Все в курсе, что мне было пятнадцать, когда я ушел из дома? Ладно, шестнадцать исполнилось, день моего рождения…
Все закивали, хотя в курсе были только девушки. Но – если сказал?
– Описывать все свои приключения не буду, они были, их было много… уж поверьте, лучше от этого никому не становилось.
– Вы тогда и познакомились с начальником ИЛА? – уточнила Селия.
– Да, тогда…
– Извините, что перебила.
– Ничего, – махнул рукой Рональд. Было видно, что рассказ дается ему с большим трудом. Но выбора нет, надо продолжать. – Эрвин не остановился. Ему удалась одна подлость, вторая… нарвался он не так давно. И история была грязная… может, кто-то слышал о Марии Эйлерской?
– Она покончила жизнь самоубийством? – уточнила Анни.
– Да. Расскажете?
– Я не знаю точно, – опустила глаза девушка. – Так, немного слышала.
– Тогда я расскажу. Став наследником, Эрвин пустился во все тяжкие. Не в том смысле, что закатывал кутежи. Нет. Ему доставляла удовольствие власть над человеком. Сначала он куражился над слугами и крестьянами. Но долго это не продлилось. Пару раз он едва не сложил голову. Кто-то устроил ловчие ямы на дороге… и явно на человека. Один раз его попробовали отравить. Злоумышленника не нашли.
– Но вы этого человека знаете, – Селия даже не спрашивала. Утверждала.
– Знаю. И он был в своем праве. Они. Не стоит безнаказанно портить чужих дочерей и лезть в чужие семьи. Не стоит… Так вот, Эрвин перебрался в столицу. Здесь ему было раздолье. Родители предпочитают жить в имении, приглядывать некому…
– А доверенные лица?
– Компромат и шантаж никто не отменял, – отмахнулся Рональд. – Итак, Эрвин разгулялся здесь, в столице. Пока он куражился над актрисами, дамами полусвета, неблагородными, ему все сходило с рук. А вот потом… Мария Эйлерская была дочерью небогатой дамы. Да, небогатой, но у дамы долгое время была связь с герцогом Родерским, слышали?
Кто же не слышал. Дальний императорский родственник. Богатый, могучий и весьма мстительный. И…
– Это его дочь?
– Насколько я знаю – нет. И свои отношения они скрывали, еще пока был жив Эйлерский, да и потом… свет был не в курсе, Эрвин – тоже. Он обаятельный… влюбить в себя девушку ему труда не составило.
– А потом?
– Потом у них дошло до серьезного, девушка, насколько я знаю, не была в положении, но задумалась об этом. Пришла к Эрвину и получила не просто отказ… То ли братец был не в духе, то ли… Покуражился он над девочкой так, что та бросилась с моста. При большом скоплении народа, выбежав от него…
– И не выжила, – кивнула Анна-Лиза. – Разразился страшный скандал.
– Для наших родителей это было шоком, – Рональд оскалился. – Они считали, что Эрвин просто святой. А он… Когда начали копать, выплыли и другие его грешки. Его величество лично вызвал отца и посоветовал ему отказаться от такой крови.
– И ваш отец выгнал из дома и второго сына?
– Да. Но там и выбора не было. У Эрвина за спиной плевались, его даже на дуэль не вызывали – брезговали. И стань он Аргайлом – его бы никогда не утвердил император.
– Вот как…
– Отец выгнал его из дома. И Эрвин ушел, прихватив с собой что в руки поместилось. В том числе и платье, наверное, подумал, что на нем рубины, или спорол их, заменив на дешевые камни…
Селия задумчиво кивнула:
– Ладно… что ваш бывший братец вас убить хочет – это понятно. В его глазах вы главное зло, не считая императора.
– До того добраться сложнее, – позволил себе горькую улыбку Рональд. Отпил из чашки и улыбнулся Юре: – Спасибо. Ты чудесно готовишь.
– Готовлю я только для близких, – отрезал Юра, чтобы не припахали ко всей кухне.
– Тогда я рад, что мы входим в их число, – кивнул Рональд.
– Надо эго убыть пэрвым, – внес свою лепту в обсуждение Грон. Остальные орки молчали – старший говорит.
– Надо, – кивнул Рональд, – но для начала его надо найти. А еще – вы-то ему чем насолили, уважаемый… Хрук?
Грон развел руками:
– Нэ знаю.
– А кто может знать?
– Отэц? – задумался Грон. – Но…
– До Оркриста порталом – недолго, – прикинул Рональд. – Грон, вы мне составите компанию?
– Составлю. Надо узнать…
Анна-Лиза кашлянула:
– Рональд, я правильно поняла объяснения Сели? Яд – многокомпонентный? И из новых?
– Да.
– Тогда откуда о нем может знать ваш брат? Прожигатель жизни, по вашим же словам? Или… были предпосылки?
Рональд помрачнел:
– Не знаю.
– Но с Гретой знакомились целенаправленно. И по чьей-то указке.
– А почему тогда не обеспечили подарками? – удивилась Селия. – Это было бы логично. Попросить, дать денег…
– Ваш брат мог послушаться кого-то низшего по положению? – уточнила Линда.
Рональд качнул головой.
– Тогда попробуем суммировать, – задумалась Селия. – Из лаборатории похищен яд. Тилемон… хм… а может быть такое, что ваш брат знал о разработках и решил их продать? Выгодно?
Рональд медленно кивнул:
– Может. Отец точно в курсе дел, равно как и еще несколько высокопоставленных лиц… мог узнать. Яд пока считается одной из государственных тайн – не существование, но состав…
– Допустим. Его выгнали из дома, практически без денег, надо устраиваться в жизни, получив этот яд и продав рецепт, он мог как-то извернуться? В том же Ардене? В Вигоре?
Рональд кивнул:
– Мог.
– Допустим. Он получил, что хотел.
– И так бездарно потратил на меня?
– А тут одно из двух. Либо он от бешенства себя не помнил, либо появился кто-то…
– Второе, – решительно выбрал Рональд.
– Почему?
– Яд трехкомпонентный. И два первых компонента надо было достать.
– И так бездарно потратить на убийц?
– Убийцы были не бездарные, – даже обиделся Рональд.
– Гхм, – подал голос Грон. – А почэму вы рэшылы, что прыкрывают Эрвына? – Все замолчали. И Грон довел мысль до конца: – Можэт, у нэго купылы яд и убыцы малчат про заказчыка?
– Про того, которому и служит сейчас Эрвин, – кивнул Рональд. – Такое может быть… но кто это может быть?
– Кто-то очень высокопоставленный, – хмыкнула Селия. – Весьма.
– Да, наверное… точно, надо съездить в горы. В ближайшее время.
Повисла еще одна минута молчания.
– А мы?! – озвучила общий вопрос Линда.
Рональд даже брови поднял:
– Вы?! Зачем?!
Зря он это спросил. На него посмотрели все присутствующие. Да с та-акой укоризной, словно Рональд им всем незачеты выставил. Кстати…
– Господа адепты, вам об учебе надо думать!
– Мы и думаем. Если ректора прикончат – это переаттестация всего заведения, – парировала Селия. – Вы представляете, сколько это проблем?
Рональд скрипнул зубами:
– Как вы себе это представляете? Ладно еще я, Грон… допустим, еще кто-то из орков, Юра… – Проходимец тут же приосанился и выпятил вперед хиловатую грудь. – А остальные? Девушки, к примеру?
Линда хмыкнула:
– Не лишено здравого смысла. В Оркристе женщина не свободна.
– Какие мудрые лю… орки! – восхитился Юра. И тут же получил подзатыльник от Селии. Не сильный, но обидно же!
– Мудр-р-рые, говор-ришь? – с тихой рычащей интонацией поинтересовалась Линда. Даже любовь временно отступила перед возмущением.
Юра похлопал ресницами, но возражать не рискнул. Ибо мудрых орков тут мало, а разъяренных женщин сейчас будет много. И одной-то с лихвой хватит! Ведьмы же!
Линда сверкнула глазами еще раз:
– В Оркристе за женщину всегда отвечает мужчина. Статус женщины – дочь, сестра, жена, мать. В крайнем случае – приживалка в чьем-то доме. Если этого нет – она добыча. Шлюха… фактически, каждый может нас затащить в свой дом, и его даже убить нельзя будет.
Селия пожала плечами:
– Это если будет куда тащить.
– Сели, на границе ежегодно гибнет до двадцати магов. Только то, что я знаю. Уж не глупее тебя и не слабее.
Селия вспыхнула. Намеков на свои магические силы она не любила. Но – подруга. Так что…
– Лин, у нас нет никакого выхода?
Ясно же, ее обидеть не хотели. За нее волнуются, вот и все.
– Есть. Если мы чьи-то невесты, к примеру.
Селия плотоядно покосилась на орков. Грон поднял руки вверх:
– Я жениться пока не могу. Отец не позволит…
И акцент куда-то делся, как и не бывало.
– Идея с невестой не лишена смысла, – подал вдруг голос Крат.
– Да? – заинтересовался Грон.
– Ты приезжаэшь домой, зачэм?!
– Зачем?
– Показать отцу найдэнную нэвэсту. Попросыть благословэния.
– Точно! – хлопнул в ладоши Юра. – Крат, вы умница! – Смутился, покраснел и уткнулся в свой стакан.
– А что? Может и получиться. У Эрвина наверняка есть соглядатаи, – Рональд о чем-то раздумывал. – Просто так мы действительно вызовем подозрения. А вот если вы, Грон, влюбились в девушку, да в адептку академии, тут мне решительно надо сопровождать вас к отцу.
– Адептку? И кого?
– Выбирайте, – широким жестом обвел стол Рональд.
Грон посмотрел на Линду. Все же… очень достойная девушка.
Девушка так сверкнула глазами, что затмила все свои достоинства. Грон быстренько передумал и посмотрел на Анну-Лизу:
– Леди Эресаль…
– Я согласна, – Анна-Лиза очаровательно покраснела. – Это же не всерьез, правда?
– Конэчно, – заверил ее Грон. – Отэц ныкагда нэ благословыт…
– И мы не согласимся, – кивнула Линда.
– Зато мы можем быть охраной при Анни. Воин и волшебница, – тут же вставила свои шесть медяков Селия, понимая, что их сейчас отстранят от увлекательного приключения. И они точно помрут от любопытства. – И потом такое путешествие без сопровождения может испортить девушке репутацию.
– Оно и трем девушкам репутацию испортит, – огрызнулся Рональд.
Девушки посмотрели так, что ректор понял: жизнь – одна. И вот эта его жизнь может быстро закончиться мучительной смертью. Очень быстро и очень весело.
– Ладно-ладно… что вы предлагаете?
– Я уже сказала, – муркнула Линда. – Есть дополнения?
– Вы можете быть воительницей. Простите, Линда, но вашу репутацию…
– Я знаю. Я ублюдок, – хладнокровно кивнула девушка. – И что?
– Ничего страшного. А вот Селия…
– Моему отцу на меня плевать.
– Вы можете быть невестой Рональда, – подкинул идею Грон. – И тогда все приличия будут соблюдены.
– Не хочу! – надулась Селия.
Ей и правда не хотелось.
– А что? По крайней мере, отец отвяжется. – Рональд и сам не поверил, что это сказал. Но…
– Как?! – первым опомнился Юра.
– Да просто, – не заметил праведного возмущения Рональд. – Ему хочется меня женить, а тут невеста. Она есть, а если мы потом не поженимся… Дело десятое. Кому это интересно?
Селия задумалась:
– А мы точно… то есть вы точно меня отпустите?
– Нужны вы мне! – возмутился Рональд. – Это вам хочется к оркам, а я придумываю, как сделать так, чтобы все было в порядке! Для вас же стараюсь!
Юра незаметно выдохнул. Все в порядке. А он-то невесть что уже о человеке подумал.
– А еще, – Рональд довольно улыбнулся, – Селия, не обижайтесь, но вы достаточно слабый маг. Отцу надо женить меня на ком-то сильном, вы просто не подойдете.
– И приданого за мной не дадут, – согласилась уже абсолютно спокойная Селия.
– Вообще замечательно! То есть он будет стараться нас развести! И перестанет меня сватать! Селия, выходите за меня замуж!
– Только фиктивно, – припечатала девушка. И залпом допила глинтвейн.
– Неужели вам от одной мысли о браке напиться хочется? – поинтересовался Крат.
– И не только ей, – допил глинтвейн Рональд. – Эх, хорошо пошло!
– Я сейчас еще сделаю, – кивнул Юра.
– Пожалуйста, – посмотрел на него Рональд. – У тебя просто волшебный напиток получается!
Проходимец расцвел и отправился готовить.
– Итак, мы едем, – подвел итог Рональд. – Грон с невестой, я с невестой, Линда в охране, нужно еще…
– Юра в вашей охране, а Крат, или Арх, или кто-то из орков – с Гроном, – прикинула Селия.
– Итого – семь человек. Пять человек, два орка. Портал я закажу, – кивнул Рональд. На завтра, на утро. Селия, сообщи в ректорат, что вы уезжаете на сутки.
– А вам это не удобнее будет сделать? – поинтересовалась невеста не без ехидства.
– Вы будете афишировать наши отношения?
Селия надулась:
– Нет. Но там же…
– Да. И мистрес Варейн тоже…
– Лучше к оркам? – поддела Линда, вспоминая, как Рональд обживал дерево.
– Да! Они такие милые…
– И их убивать можно, – мечтательно подвела итог Линда.
Милые орки задумчиво переглянулись.

Глава 7

– Девочки, меня терзает один вопрос.
– Какой? – Линда сунула в сумку еще горсть метательных звездочек.
– Почему у Грона синие глаза? У орков черные, а у него – синие.
– Пфф! Нашла загадку!
– А все же? – не отступила Селия.
– Да мать у него наверняка с равнин.
– Мать?
– Конечно! У орков кровь сильная, поэтому дети Грона уже будут темноглазые, если он себе тоже девушку с равнин не найдет. Но и так – чистые орки.
– И как зовут его мать?
– Как угодно. Орки тащат кого попало. Была бы симпатичная, а там – неважно.
– А все же? Он говорил, что Хрук – по маме.
– Врал, – припечатала Линда.
– Врал?
– Хрук… я знаю, среди орков есть такой клан. Маленький, правда, но есть. И если мать у него с равнин – он нам ее имя не сказал.
– Спросим, – кивнула Селия. – Может, это и есть связь между Рональдом и Гроном?
– Спросим, – согласилась Линда. – Жаль, что мы будем на другом участке границы. Отца бы повидать хотелось…
– Мы обязательно что-нибудь придумаем.
В дверь постучали.
– Алек?
– Леди Эресаль, – в титулах мальчишка разбирался просто отлично, – вам письмо.
Анна-Лиза приняла записочку.

Изволь прибыть домой как можно скорее. 
Танна и Шинор Аркен 

Записка полетела в пепельницу. Девушки хоть и не курили, но мало ли что сжечь потребуется? Вот и сейчас Селия автоматически метнула искорку в мерзкий клочок бумаги.
– Сволочи, – фыркнула Анна-Лиза.
Селия пожала плечами:
– Напиши им, что прибыть не можешь.
– Почему?
– Напиши правду. Что собираешься замуж за сына военного вождя племени и едешь в горы для знакомства с родней. Предложи подождать визита орков и подумать о достойном приданом.
– Сели, ты изверг, – подвела итог перечисленному Линда.
– Я? Да я просто правду сказала!
– Да?
– Да!
– И ведь не придерешься. Пиши, Анни, авось сиротой останешься.
Анна-Лиза злорадно ухмыльнулась:
– Сейчас напишу. Сели, что еще написать?
– Пока – вышеперечисленное. А доставить записку опять попросим Крата.
– Он с нами собирается.
Селия кивнула:
– Вот и отлично. Пусть собирается. Тогда кто-то еще доставит, костюм вестника безразмерный, любому подойдет.
И спорить с этим утверждением было сложно.

Письмо доставил Тарх в действительно безразмерном костюме вестника – трусы, украшения и плащ.
Точно так же сделал вид, что не понимает по-человечески. Точно так же не дождался ответа. Точно так же удалился.
А что Шинор Аркен напился в хлам после его визита и что Танна Аркен позвала к себе пасынка и долго с ним беседовала… Кто их знает? Может, она хотела поговорить о пьянстве мужа? Дело-то серьезное…

Рано-рано поутру компания из пяти человек и двух орков отправлялась к порталу. Вещей много не брали, задерживаться не рассчитывали. Туда и обратно.
Рональд договорился, чтобы портал настроили максимально близко к землям клана Черных Скал. А там им и добираться не надо. Вождь может постараться ради любимого сына.
Орки – дети гор. И сколько же дорог у них в горах…
Есть среди них и тайные тропы, по которым можно пройти за день путь, который у равнинников займет десять дней.
Магия? Секретом орки не делятся. Жлобы!
Вот и портальная станция.
Селия заметила знак, который ей подала Линда, и сделала вид, что уронила что-то. Задержалась, наклонилась поднять:
– Лин?
– Что-то мне тревожно.
– Почему?
Линда пожала плечами:
– Не знаю. Потому что.
Селия кивнула. И вытащила гроздь защитных амулетов из сумочки.
Что-то у нее было с собой, что-то она просто сложила, решив не надевать. И сейчас ловко разделила гроздь на три части. Одну сунула Линде, вторую сжала сама, третью тоже отдала Линде.
– Отдашь Анни? Незаметно?
– Хорошо. А…
– Мой – Рональд, твой – Юра, Анни достанутся орки, она самая сильная.
– Хорошо. – Селия кивнула.
А что может встревожить подругу? Да что угодно. Маги земли самые чувствительные к опасности. Именно потому, что они – маги земли. По ней далеко и видно, и слышно, и звери заранее узнают о беде, и птицы, и успевают убежать-улететь, сами не понимают почему – но чувствуют.
Вот и Линда так же. Ощущает напряжение, а откуда – не знает.
Огонь слишком высокомерен – он знает, что ему нет соперников, вода надменна и насмешлива – ей нет преград, она неуничтожима, пройдя свой круг, она все равно вернется на землю, а вот земля…
Это колыбель и средоточие, это мать и исток. Какая мать не предупредит своего ребенка об опасности? А что ребенок не всегда слышит и понимает… Бывает. Дети – они такие дети.
Селия догнала Рональда и прицепилась к нему, краем глаза замечая, как Линда касается плеча Анни, как блондинка безмятежно улыбается… она не обольщалась.
Подруга легкомысленна, обожает романы и конфеты, мечтает о великой любви – это пока не доходит до дела. А потом…
Потом серьезности и сосредоточенности Анны-Лизы может позавидовать любой бывалый воин. Сила обязывает. И сила диктует свои правила.
Вот и телепорт.
Они всей компанией входят в широкую арку, вокруг клубится туман, шаг – и они уже на другой стороне портала.
И тут Крат выхватывает что-то из-за пазухи:
– Сдохни, гнида!!!
И что-то черное летит Грону под ноги.

Если бы Линда не почуяла неладное. Если бы они с Селией не приготовились. Если бы… Хотя чего загадывать?
Девушки сработали как одно целое. Да они и были единым целым, за столько-то лет немудрено сродниться.
Селия резко толкнула Рональда в сторону, так, что он полетел на Юру и Грона. И сама прыгнула следом. Грона отбросило сильнее всего, он приложился боком о скалу и сполз на Юру.
Анна-Лиза развела руки – и водяной щит накрыл компанию плотным куполом.
Линда махнула клинком.
Голова предателя медленно, словно воздух уплотнился, отлетела от тела и упала на землю. Тело еще несколько минут стояло, разбрызгивая из шеи потоки крови, а потом повалилось на землю.
Анна-Лиза взмахнула рукой – и купол переместился с людей на брошенный амулет.
Земля вскипала, словно вода в котле, поднималась под куполом черными пузырями, блондинка закусила губу:
– Сели!!!
Селия не стала терять времени:
– Лин, чаша!
Линда послушно свела руки чашей.
На лбу девушки заблестели капли пота, на висках вздулись вены, но дело того стоило – земля приподнялась чашей, заключая в себя «вскипающий» участок.
И Селия ударила направленно:
– Анни, окно!
Анна-Лиза кивнула. И медленно провела большим пальцем руки, будто что-то стирала, как капельку с окна. В водяном щите появилась прореха. Черное щупальце потянулось туда, но не успело. В прореху влетел огненный клинок.
Пространство под водяным щитом заволокло паром. Огонь, вода…
Рональд, приготовившийся защищать остальных, только присвистнул.
Девушки явно работали так не в первый раз. Зная свои слабые и сильные стороны, они разработали тактику, которая позволяла наилучшим образом использовать все их таланты.
Все и всё, что находится под щитом, просто сварится. Любой амулет придет в негодность.
Много ли сил тратит Селия? Нет, не много. Да у нее много и нет.
Анна-Лиза тратит намного больше, но у нее в руке блестят накопители – когда только успела достать?
Линда уже сбросила заклинание – земляная чаша и без того стоит устойчиво – и теперь контролирует окрестности. Поймала взгляд Рональда – и улыбнулась:
– Как вы?
– В порядке. Что это такое?
– Не знаю. Сели расскажет, – пожала плечами Линда. – Сейчас они это ухайдакают…
– Уверены? – Рональд поглядел с сомнением. – Помощь нужна?
– Нет.
Грон отлепился от Юры, на которого упал малым не всей тяжестью, и кое-как направился к телу Крата. Хромал, перекашивался на один бок, но шел. Хорошо Селия его приложила. Пинком перевернул труп на спину и принялся обыскивать.
Юру замутило. Парень перевернулся на живот, подтянул под себя ноги – и его начало рвать.
Линда еще раз оглядела окрестности. Хотелось помочь бедняге, небось первый раз такой труп увидел, но отвлекаться нельзя. Пока подруги не прекратят колдовать, она не смеет отвлекаться. Сейчас они беззащитны.
Линда была права.
Из-за скал вылетели несколько всадников и, нещадно нахлестывая коней, понеслись вперед.
– Враг!!! – Грон отскочил от тела и выхватил оружие. Но применить его не успел.
Черными змеями взвились арканы.
Девушка скрестила перед собой мечи. По земле промчалась волна, которая заставила скакунов споткнуться, а арканы бессильно опасть на землю. И прежде чем Линда успела добить их хоть чем, в дело вступил Рональд.
С пальцев мужчины сорвались несколько воздушных смерчей и понеслись вперед, на противника. Подхватили, разрослись, закружили, понесли к обрыву. Вскрик – и никого. Только следы от подков.
Рональд отряхнул пальцы и посмотрел на девушек.
Селия и Анна-Лиза уже успели добить неизвестное нечто и сидели прямо на земле.
– Девушки?
– Все в порядке, – отмахнулась Селия. – Это был «темный окоем», третий уровень. Справились.
– «Темный окоем»?! – Рональда аж дрожь пробрала. – Но как?!
«Темный окоем» был одним из сложнейших заклинаний некромантии. За несколько минут он пропитывал тьмой все окружающее пространство. А уж тьма…
Свет, тьма – это определения субстанций. Они не бывают ни плохими, ни хорошими, но контакт с ними не ведет ни к чему доброму. Наоборот…
Свет может сжечь, может изменить человека, и не в хорошую сторону.
Тьма может растворить, может изменить… судя по тому, что чаша уцелела…
Третий уровень? Их бы искалечило, изувечило, но не убило. Брр.
Рональд однажды видел человека, попавшего под тьму. Добить было бы милосерднее.
– Это серьезно.
Селия кивнула. Серьезно, она и не сомневалась.
– А потом подоспели эти… добивать, – поморщилась Линда. – Шесть орков, ровно столько, сколько и нас. Хватило бы справиться, да еще предатель…
– Это точно были не свои? – уточнила Анна-Лиза.
– Нет, – хрипло каркнул Грон. – Не свои.
– Почему?
– Цвета клана… На них нет.
– Ясно. Ты нам ничего объяснить не хочешь?
– Рад бы. Но сам не знаю.
Селия фыркнула:
– Как зовут твою мать?
Настала очередь Грона краснеть и опускать глаза.

– Почему вы об этом спрашиваете? – удивился ректор. Он понимал, что где-то что-то не то, но обычаев орков не изучал. Это Линда все детство прожила на границе, она орков знала лучше, чем свои пять пальцев.
– Потому что глаза синие, – пояснила Селия. – Будь матерью нашего друга орчанка из клана Хрук, глаза были бы черные.
Грон потупился еще сильнее:
– Моя мать из рода Аргайл. Но ее действительно поймали в клане Хрук, а когда мой отец решил жениться, приняли в род по всем правилам. Я не солгал.
– Просто недоговорил половину, – проворчала Линда, но ее никто не слышал.
– Что?!
Рональд где стоял, там бы и сел, не поддержи его уже оклемавшийся Юра. И возмущенно посмотрел на орка:
– А сказать сразу?! Карма не велела?
– Нет, отец запретил. А кто это – Карма?
– Увидишь – узнаешь.
Юра струсил и был редкостно зол. И вообще…
Он старался! Одевался! Прихорашивался! Макияж делал! И ему все испортили! Еще и блевотиной от него теперь воняет!
Сволочи!!! Правильно этих врагов убили! Вот!!!
– Карму – не знаю. А маму зовут Констанция.
– Опа! – Рональд прищурился. – Констанция Аргайл?
– Да.
– Твою ж…
Девушки благовоспитанно сделали вид, что рядом с ними никто не матерится. И тут же потребовали разъяснений, которые и получили.
Отец Рональда – Кларенс Аргайл. Дед – Лоуренс Аргайл. И у деда Рональда был брат, а у того дочка Констанция, которая и пропала сто лет назад, на границе… Ладно! Не сто!
Около сорока лет тому, как сгинули на границе и дедушкин младший брат, и жена его с дочкой… Как оказалось – нашлись.
– Ее родителей убили, а девочку взяли в плен. Она жила в клане Хрук, потом вышла замуж за моего отца, – просто разъяснил Грон. – Я родился…
– Один?
– Нет… у меня еще брат и две сестры есть.
– И когда ты собирался об этом сказать? – прищурился на орка Рональд Аргайл.
– Никогда. А зачем тебе?
– Действительно – и зачем бы мне про такую родню знать… кузен!
– Маг? – уточнила Селия, сглаживая напряженность.
– А? Кто?
– Твоя мать – маг? Грон?
– Нет. По рассказам матери, что она помнила, она пошла в другую ветвь семьи, в Эннаров. Бабка какое-то время жива была, она дочери и рассказывала, а та запомнила. Так что она не маг, но сила в крови дремала, вот и мне передалась. Вроде как и у младшенькой что-то играет, там видно будет.
– А эти откуда взялись? – подозрительно поинтересовалась Линда. – Эннары?
– Лин, я так понимаю, что у двоюродного деда Рональда, у которого была дочь Констанция – не маг, жена была из рода Эннар, у них родилась Констанция, которая пошла в материнскую родню, а вот в Гроне вылезла дедушкина кровь, Аргайл-то как раз был магом, – привела весь разговор к общему знаменателю Селия. – А что в горах его научить толком некому… это тоже понятно.
– Есть кому меня учить, есть, – фыркнул Грон. – Не академия, но тоже неплохо.
Девушка не поверила.
– Мексиканское «мыло», – проворчал Юра.
– При чем тут мыло?
– Ни при чем. Это из моего мира выражение…
– Ладно. О мыле потом, – согласилась Селия. – И? Констанция решила воссоединиться с семьей? Она вам кто, Рональд? Тетка получается?
– Да, двоюродная. Так как? Воссоединяемся? – поинтересовался у орка Рональд.
– Зачем ей? Она и не помнит толком никого, и ее давно похоронили, мать сказала, пусть так и будет.
– Она никому не писала, не пыталась найти родных?
– Нет.
– И вас не пытались найти?
– Тоже нет.
Селия задумалась:
– Чисто теоретически, Грон, если с тобой что-то случается, кто становится наследником клана?
– Пока – никто. А что?
– Почему?
– Не может никто точно указать наследника, – замотала головой Линда. – В том-то и дело, что нет!
– Это дело случая, – присоединился Рональд. Уж столько-то он про орков знал.
– Какого случая? – поинтересовалась Анна-Лиза.
– Случайного, но подготовленного, – проворчал Рональд. И принялся объяснять.
У орков нет наследования по крови. Так, очень условно.
В любой семье не без урода, а племя должно жить. И вести его должен лучший. Самый умный, сильный, смелый… одним словом – самый. Да, и удачливый в том числе. А то разные встречаются.
Как его определить?
Есть множество испытаний, через которые надо провести орка. Испытание четырьмя стихиями, испытание крови, испытание… ладно, это горские обычаи. Это уже никого не касается.
Лучшего и ждет награда – меч вождя.
Но есть условия. Первое – претендент на звание вождя должен быть принят в род. Второе – он должен быть женат. Третье – у него должно быть двое детей, никак не меньше.
При чем тут Эрвин?
Так ведь родственники. И чисто теоретически его могли принять в род Даххар. После этого Эрвин мог жениться, завести детей, и лет через пять, как вариант…
– Он же человек?
Грон пожал плечами.
Человек, и что? И такое случалось у орков, не только юноши похищали девушек с равнин.
– Иногда и ваши девушки похищали с равнин юношей? – поддела Анна-Лиза.
– Жэнщина, ты говоришь глупосты! Нашы дэвушкы слишкам хараши, им нэ нада никаго похищать, – в речи Грона опять появился акцент. – Ваши мужчыны сами прыходылы в горы, к нашим дэвушкам! И оставалысь! Добровольно! И мы их прынымалы в плэмя!
– Оно и видно. То-то вы на равнины смотрите, – не осталась в долгу Анна-Лиза.
– Довольно, – мягко оборвала подругу Селия.
Анна-Лиза фыркнула на нее, но шипеть на орка прекратила.
– Если Эрвин здесь не бывал, то, конечно, претендовать он ни на что не может, – согласилась Селия.
– Его надо было бы принять в род, – махнула рукой Линда. – Если этого не сделали – никакого наследства. Выкроить башмак из шкуры нерожденного теленка, провести вокруг огня, пожертвовать предкам кровь – там целый ритуал.
– С чего бы нам его проводить? – возмутился Грон.
– Мало ли?
– Нет. Не было.
– Значит, не Эрвин. Тогда посмотрим с другой стороны. Из какого клана Крат?
– Из нашего.
– В своем клане сами разбирайтесь, – развела руками Селия. И поднялась с земли.
Попробовала подняться. Рональд подал руку и поддержал девушку. Другой рукой сжал руку Юры, молчаливо благодаря за помощь.
Юра ответил таким же пожатием.
– Куда мы теперь? – тихо спросил он.
– В клан Черных Скал. А там разберемся, кому мы мешаем. Только вот тела надо бы…
– Прибрать?
– Спуститься бы к ним, – задумалась Селия. – Хотя бы обыскать. Вдруг что-то нам поможет?
– Хорошая идея. Но как? – вздохнул Грон. – Веревки нет…
– Есть маги земли и воды, – пожала плечами Селия. – Лин?
Линда фыркнула.
А потом сжала в кулачке накопитель и принялась что-то колдовать.
Через пару минут по стене обрыва вилась узенькая, но вполне отчетливая лестница. Это для Линды было раз плюнуть.
Где-то попросить камешек выдвинуться, где-то, наоборот, убраться…
И десяти минут не прошло.
– Я не пойду, – честно призналась Селия. – Не люблю покойников.
– И я, – поежилась Анна-Лиза.
Про Юру и говорить не стоило.
– Предлагаю вам двоим спускаться, – Линда хмуро поглядела на ректора и орка. – А мы тут наверху подождем.
– Лин, если хочешь…
– Перебьюсь.
Линда действительно не собиралась спускаться. А зачем? Дохлятину оркскую ворочать? Вот еще не хватало!
Мужчины переглянулись и молча направились вниз по лестнице.

Шесть орочьих тел, шесть конских туш. Падение с обрыва перемешало все в единую кровавую кашу – не сразу и разберешь, где кто.
Рональд вздохнул, наколдовал себе несколько воздушных щупов, чтобы не трогать голыми руками, потом малый воздушный щит, чтобы не угваздаться, потом посмотрел на Грона – и сделал для него то же самое.
– Спасибо.
– Не стоит благодарности. Кстати, у тебя акцент то пропадает, то появляется.
Грон хмыкнул. Наедине с родственником он чувствовал себя спокойнее, что ли? Увереннее? Был уверен, что с одним-то справится.
Рональд не спешил его разочаровывать – успеется.
– Какой акцент, если у меня мать с равнин? Но вы же считаете, что мы должны делать именно так? Мы и делаем.
– Логично. Ага, смотри, это что?
– Медальоны… да интересные какие!
– И заклинания на них… нет, сейчас я распутывать не возьмусь. А мы его вот так… – Рональд создал вокруг медальонов малые воздушные сферы и сунул к себе в сумку.
Но сколько они ни ворочали тела – ничего не нашлось. Орки – но и только.
Даже не из клана Грона. А откуда? А горы их знают… Может, потом кто и опознает чего. У всех шестерых ничего – даже мелкой монетки в кармане нет, зато на каждом медальон с головой собаки. Остроухой, гладкошерстной… что-то она Рональду напоминала, но что? Нет, не припомнить…
Мужчины переглянулись и решили подниматься.

Наверху было тихо и спокойно.
– Что нашли? – поинтересовалась Линда.
– Вот, – Рональд перебросил ей одну из сфер.
– И только? – возмутилась Селия.
Она бы и сама слазила и покопалась, но в юбках? По скале? И то сказать, с трупами надо возиться, когда ты в лаборатории, в халате и кожаном фартуке. А просто так…
Нет уж. Увольте. И перемажется вся, и вообще – неохота!
Знали бы девушки – оделись бы чуть иначе, взяв пример с Линды, которая щеголяла в кожаных штанах и куртке. А так…
Они же девушки!
И гулять по горам не придется, так, пара шагов… вот и оделись в платья. Нежно-зеленое у Селии, розовое – у Анны-Лизы. Красиво, но непрактично.
– Больше ничего не было, – второй медальон отправился в руки Селии.
Та прищурилась:
– Я слушала что-то… нет, не припомню.
– Это же Гончие Мрака, – уверенно опознала Анна-Лиза. – Я читала. Только разве они орков принимают?
– Мне кажется, они всех принимают, кого приличные люди выкинули, – припечатала Селия. – Точно, мы и не сообразили. Анни, ты чудо.
– Я знаю, – не смутилась блондинка.
А что? Романы тоже иногда бывают полезны, особенно если все написанное основано на реальных событиях.
– Что за собачки? – поинтересовался Юра.
– Паршивые, – одним словом охарактеризовала Селия.
Гончие Мрака – название ордена некромантов-отступников. Ордена, который жег, убивал, разорял города и кладбища… да много чего было.
По выражению проходимца – экстремисты-террористы. Когда он объяснил, что это за зверушка такая, все подумали минуту и согласно закивали. Ага, они.
Казалось бы, уже сколько лет прошло, а все никак угомониться не могут.
Культ собакоголового божества Садорена давно ушел в прошлое вместе с человеческими жертвами, ритуальными убийствами и прочими радостями вроде принесения сердец на алтарь. А кому-то, видишь ли, неймется. Не всех выбили…
Слава у жрецов Садорена, они же Гончие Мрака, была самая отвратительная.
К примеру, поднять кладбище и натравить его на городок, рядом с которым оно расположено. Вырастить некромонстра и опять же спустить на людей. Устроить массовое жертвоприношение.
Славные подвиги, не так ли? Конечно, за такое дело их ловили и давили. Только не всегда получалось – увы.
Но почему среди них орки? И откуда в горах служители данного культа? Их же везде давят, как клопов, – увы, так же безуспешно, судя по результату.
Сплошные вопросы, и нет ответа.
– Давайте мы сохраним тела и пойдем, что ли? – предложила Селия.
Мужчины поглядели с недоверием.
– Сохраним? – уточнил Рональд.
– Лин? Сможешь?
Линда кивнула и сжала в кулаке очередной накопитель.
Земля вспучилась пузырем, обволокла тело Крата, затихла. И то же самое происходило под обрывом, куда улетели тела орков с лошадьми. Да, лошадей было жалко. Орков – нет.
– Полежат, никуда не денутся.
– Отец пошлет орков, они достанут мертвецов.
– Долежат, – махнула рукой Линда. – И даже не протухнут.
Юра скривился, но что толку?
– Куда мы идем?
– В ту сторону, – махнул рукой Грон. – Через полчаса выйдем к границам клана, а там только знак подать.
Насчет получаса он, конечно, преуменьшил. Или это рассчитывалось на здорового сильного человека. Не истощенного магически, не больного, не уставшего – он и сам шел медленно: болела нога. Вывиха не будет, но ушиб… Это наверняка.
Грон не страдал, это недостойно воина, и даже поддерживал Анну-Лизу, которая пошатывалась и спотыкалась на ходу, но нога-то болела.
Хотя медленно он идет не из-за ноги! Нет! Он просто подстраивается под шаг девушек! И никак иначе!
Рональд поддерживал Селию и подпитывал ее магией понемногу. Она и так слабее Анны-Лизы, да еще как потратилась. Рональд мог ее понести, но Селия отказалась. И шла пошатываясь. Сама шла. Так, кстати, и восстанавливаться легче.
Анне-Лизе и Линде было проще. Земля – под ногами, она подпитывает своего мага. Линда вообще разулась и шла без сапог, стараясь максимально подпитаться от родной стихии. На острые камни она даже внимания не обращала – привыкла бегать босиком.
Вода – везде, и в земле, и в воздухе.
А огонь? Огня рядом не было, так что приходилось подпитываться чужеродной силой. Селии было тяжеловато, но она не жаловалась. Хорошо, что у Линды бывают предчувствия, а у нее есть запас защиток и накопителей.
Как же хорошо!

– Итак, я правильно понимаю, Эрвин Аргайл хотел, чтобы вы приняли его в род.
– Да.
– Почему не приняли?
Грон пожал плечами:
– Я не захотел.
– Почему?
Орк молчал.
А как тут объяснишь? Как опишешь впечатление от Эрвина?
Констанции хотелось увидеть племянников, побывать на равнинах. Это было не принято среди горцев, но… Чего не пообещаешь жене и матери?
Констанция Аргайл написала письмо родственникам. Кто его получил? Наверное, Эрвин Аргайл, писалось-то на адрес столичного дома. И Эрвин приехал к оркам. Не так давно, около полугода назад.
Ради бабушки его приняли дружелюбно, Констанция расспрашивала про семью, Эрвин охотно рассказывал. Потом выяснилась неприятная правда.
Отец Эрвина – подонок, тиран и самодур. Он выгнал из дома сначала старшего сына, потом младшего… За что? За свои прегрешения.
Кларенс Аргайл, по рассказу Эрвина, сначала решил женить старшего сына, чтобы спать со снохой. Старший сын не согласился и ушел из дома. Младший терпел сколько мог, но потом влюбился. И отец положил глаз на его невесту.
Сделал бедной девочке непристойное предложение, та в ужасе убежала, произошел несчастный случай…
Конечно, против отца Эрвин пойти не мог. Но уйти из рода – вполне.
– Вот козел! – процедил Юра.
Рональд скорректировал его высказывание, уточнив половые привычки козла, который явно имел дело с козами, скунсами и прочим животным миром. Девушки уже привычно пропустили все мимо ушей, разве что Линда оценила.
Селия задумчиво кивнула:
– Очень душераздирающая история. Почему вы отказали бедняге, который остался без семьи, без дома и без денег?
– Не знаю, – развел руками Грон. – Вот бывает такое… Смотришь на человека и понимаешь, что он – гнида.
Теперь закивали все присутствующие. В жизни каждого попадалась пара-тройка таких человеконасекомых.
– А что стало поводом для отказа? Его принадлежность?
– Нет, – покачал головой Грон. – Я лично попросил его уехать.
– В горах гость – святое. Что такого натворил Эрвин?
Грон развел руками:
– Не знаю. Отец сказал – гнать.
Селия посмотрела на Рональда, и тот принял решение:
– Едем. В клан.
Определенно, им не хватало здоровущего куска информации.

Они шли примерно час, пока не уткнулись в скалу.
Шли молча, сосредоточенно… и вы попробуйте походить по горам! Это сложно, право слово.
Не по чистеньким горкам, в которых везде проложены дорожки и стоят скамеечки, а по нехоженым и неухоженным горам. В которых ногу сломать – раз плюнуть.
И в которых есть скользкие камни, трещины, всякая гадкая живность… Водятся ли в горах комары? Водятся. И кусаются. И какие-то мухи или осы… Изучать их никто не рвался.
Девушки сосредоточенно восстанавливали силы, Юра старался не упасть и при первом же возможном случае цеплялся за Рональда. Тот подхватывал бедолагу уже чисто машинально.
Грон шел спокойно, для него эти горы были родным домом. Но мрачные мысли давили горца вернее, чем стокилограммовый булыжник на плечах.
Что случилось с Кратом? Почему он так поступил? Что ждет его в родном доме?
А вот и…
Грон подошел к приметной белой скале, сдвинул ничем не выделяющийся среди других гранитных глыб камень, за которым обнаружилась выемка, вытащил оттуда металлический прут и принялся стучать по стене выемки в одному ему ведомом ритме.
Селия пнула Линду – мол, приглядись! Та покачала головой – не магия.
Верно, это была не магия. По земле и под землей звуки хорошо разносятся…
Грон стучал недолго, потом положил прут в нишу, задвинул ее камнем и уселся рядом, прямо на землю.
– И? – поинтересовался Рональд.
– Ждем. Скоро за нами придут.
– Лин?
– Готова.
– Анни?
– В любой момент. Половина сил еще при мне, хватит, чтобы устроить сель и наводнение.
Юра обхватил голову руками и застонал:
– Господи, куда я попал?!
– А что не так? – удивилась Анна-Лиза, глядя на него.
– Действительно, – с горькой улыбкой отозвался проходимец. – Магия процветает, назгулы разгуливают, как у себя дома, вместо девушек – ракетные установки…
– Надеюсь, это не является чем-то оскорбительным? – мягко уточнила блондинка.
– Нет. Это оружие массового поражения.
– Хороший термин, – согласился Рональд. – А наз-гул? Это что?
– Это такое черное и страшное, верхом на лошади. Или на драконе… О! Драконы у вас водятся?
– Извели.
– Хоть тут повезло. А то еще драконов мне не хватало…
И кто бы удержался на месте Селии?
– Таких?
В иллюзиях она сильна не была. Но артефакт у нее с собой был, а управлять уже имеющимся несложно.
Из-за скалы поднялась голова здоровущего дракона. Красного, страшноватого… кривоватого. Художественное воображение у Селии отсутствовало. Вот математика – другое дело.
Юра пискнул – и ушел в глубокий обморок.
– Ну и зачем? – поинтересовался Рональд.
Селия развела руками:
– Не знаю. Захотелось.
Рональд покачал головой, но без особого осуждения. Нежный и трепетный проходимец его тоже успел разозлить.
Понятно, друг. И не приспособлен к хождению по горам, и никто ничего подобного не ожидал… Но поди потаскай его на себе!
Да на каждой кочке! Грр!
Ладно, пусть полежит, отдохнет. А заодно и под ногами мешаться не будет, если что…
А что это? Издалека раздавались удары.
Грон приложил ухо к скале, у которой сидел, прислушался:
– Вроде как свои, но кто знает?
– Крат тоже был свой, – кивнула Анна-Лиза. – Если что – сигналом будет слово «дамы».
– Хорошо, дамы…
– Вот так и говори. И мы всех снесем, – успокоила Линда. – а то непорядок. У отца счет идет на сотни, а я еще и десятка орков не убила.
Грон пожал плечами. Геноцид орков его не особо беспокоил. Естественный отбор, во‐первых. А во‐вторых, орки и так частенько резались между собой. Может, от Линды как раз врагам и досталось? Кто ее знает?

Ждать пришлось недолго.
Минут через десять – Юра даже в себя прийти не успел – скала словно разошлась пополам.
Двое орков выглядели не слишком дружелюбными. Девушки и Рональд напряглись, но Грон остался спокоен. И заговорил на оркристе.
Что он говорил – поняла только Линда, и то с пятого на десятое. Но кое-как перевела подругам.
Грон спрашивал, что творится в родном клане.
В стойбище было все спокойно и тихо.
Грон попросил проводить его домой горными тропами. Да, с чужаками. Да, другого выхода нет. И вообще, одна из этих чужаков его невеста, второй – кузен, третья – невеста кузена.
Остальные? Охрана!
Орки покосились на Линду, большое внимание уделив бюсту, потом на Юру, который так и пребывал в беспамятстве (наблюдал за обстановкой из астрала), пожали плечами – и кивнули на проход вниз.
Ты сын вождя, тебе и получать, в случае чего.
Грон даже не спорил, это и так понятно было. Ему, а то кому ж еще?

Горные дороги орков…
Юру кое-как привели в чувство, но при виде дыры в скале его аж затрясло.
– Это… туда?!
– Да.
– Не хочу!
– Ничего с вами не сделают, – поспешил успокоить его Грон.
Не получилось.
Юра обвел взглядом всех присутствующих, ища поддержку, и вцепился в руку Рональда.
– Это безумие! Невесть куда идти, невесть кому доверяться…
Орки смотрели без восторга. Но не спорили.
– И дракон еще!
– А вдруг он вернется? – Селия уже поняла, что приятель трусоват, и пользовалась этим без зазрения совести.
Юра сглотнул:
– М-да…
– Мы идем. А ты можешь подождать здесь, – предложила злобная рыжая ведьма и первая шагнула к оркам. Да так решительно, что два амбала, каждый из которых был в полтора раза крупнее Селии, попятились.
Рональд хмыкнул и взял Юру под локоть:
– Надо, дружище. Надо…
– А если…
– Мы будем наготове. И потом – ты же нас не бросишь?
Юра вздохнул, всем видом выражая покорность судьбе. Выбора не было.

Оркские горные дороги…
Темный туннель, который открылся перед ними, – обычная круглая дыра в земле. Горизонтальная, правда, а не вертикальная, хоть прыгать туда не надо было. Выглядело это так – несколько минут они шли по самому обычному коридору, прорубленному в толще гор, потом повернули – и остановились.
Круглый вход.
И за ним – темнота. Словно живая, будто ее туда затолкали да и забыли, как вату. Казалось, ее можно потрогать рукой и она спружинит под пальцами.
Какая-то магия там, безусловно, была. Но какая?
– Нам туда? – опасливо уточнил Юра, приглядываясь к коридору.
У Линды возникло ощущение, что коридор тоже приглядывается к ним.
– Да, туда, – кивнул Грон. – Боитэсь?
– Опасаемся, – ответил за всех Рональд. А чего самоутверждаться? Должен быть здравый смысл…
– Обэщаю, ничэго опасного там нэ произойдэт.
– И мы все выйдем оттуда живыми и невредимыми.
Ухмылка у Грона получилась особенно злопакостная:
– Как горы рэшат… ой!
Анна-Лиза, не выдержав пафоса, дернула его за ухо:
– У тебя совесть есть?
Кажется, после этого вопроса совесть обнаружилась. Или ее окаменелость, потому что Грон даже потупился:
– Ну… все в порядкэ будэт… наверноэ…
Рональд покачал головой, но подхватил под руку Селию и первым ступил под своды пещеры.
Селия попыталась разобраться в происходящем – получилось плохо. Магия словно в луже тонула, не оставляя по себе памяти. Прощупать ничего не получалось.
Забавно – снаружи ход выглядел темным, а когда они вошли внутрь, стало… пусть не идеально светло, но она видела и стены, и пол под ногами – уж спотыкаться точно бы не пришлось.
Посмотрела на Линду…
Подруга покачала головой:
– Не с моими силами.
– Что?!
– Да. Это как бы не сами горы…
– Да?
Линда пожала плечами:
– Что засекла – я тебе скину. Но там немного.
– Хорошо.
А внешне-то все было вполне буднично и обыденно. Просто гости шли по темному коридору, чуточку грубовато отделанному – словно не прорубленному в толще гор, а выплавленному.
И светильников тут не было. И каких-то поручней, перил… Короткий темный туннель, который сменяется вполне обычным, уже прорубленным.
И когда Селия касается ладонью стены – она уже ничего не чувствует. В этой породе нет ни капли магии. А в той? А там ей было страшновато. Что-то темное, древнее приглядывалось к ней, задумчиво примерялось – откусить кусочек или так оставить… Страшно было. А еще ощущение беспомощности.
Селия не сомневалась – ей нечего этому противопоставить. Нечего… она просто не справится.
Анна-Лиза тоже поежилась, одна Линда чувствовала себя вполне уютно. Маг земли – этим все сказано. Для кого-то страх, а для нее родная стихия.
Вот и выход.
И, словно на ладони, перед путешественниками раскидывается шикарная долина.
Небольшая, словно игрушечная… здесь нет полей, но есть башенки, словно вырубленные в скалах. Этакие ласточкины гнезда. Они – продолжение скал и обвиты причудливыми лестницами, и какие-то зеленые ползучие плети протягивают везде свои цепкие лапки. Красиво.
– Опасно, – заметила Анна-Лиза.
– Почему? – удивился Грон.
– Выход здесь – это опасно. Мне пары минут хватит, чтобы спустить сель… никто не уцелеет.
Грон прищурился:
– Ты думаешь, мы кого попало этим путем водим? Я за вас поручился!
– Мы это ценим и благодарны тебе, – выступила миротворцем Селия. – Но о безопасности все же стоит помнить.
– Что вы предлагаете?
– Я бы перенес туннель к подножию горы, – неожиданно для всех заметил Юра.
– Зачем?
– В нашем мире вашу долину просто закидали бы гранатами, – поежился проходимец, вспоминая войны двадцатого века.
Милосердие?
Да магия рядом с «миротворческими миссиями» и рядом не стояла! Сколько людей от них погибло – всем магам триста лет пахать без продыху.
А Великая Отечественная война? Миллионы погибших, просто представьте миллион человек! Да маги на первой сотне тысяч выдохнутся… Фашисты не выдыхались.
– Что такое граната? – последовал резонный вопрос от Селии.
Юра покачал головой:
– Я потом расскажу, хорошо?
– Обещаешь? – прищурилась неутомимая искательница знаний.
– Обещаю. И вам, Рон, расскажу тоже.
– Пожалуйста.
А стоит ли рассказывать о видах вооружения? Хотя оружие – такая штука, человек все что хочешь под него приспособит.
Но говорить об этом Юра не стал. А вместо этого посмотрел еще раз на долину:
– Предателем всегда оказывается кто-то свой. Чужие не предают – они просто чужие. А вот свои…
Грон вздохнул:
– Мы подумаем. Мы привыкли, и спускаться удобнее, чем подниматься.
– Спускаться? – прищурился Рональд.
Подъемник был старым, но вполне функциональным. Вся компания погрузилась в него и направилась вниз, в долину.
Грон подхватил Анну-Лизу под руку и уверенно повел к одному из домов. Не самому большому, стоящему не в центре поселка, но…
Был и признак роскоши, был. Только рядом с этим домом росли розы.
Роскошные, крупные… и Линда знала, сколько труда нужно, чтобы вырастить именно этот сорт. Магов приглашать замучаешься! А ведь приглашают, и кто-то старается… а аромат какой! Просто пьянит, дурманит голову, даже ей, при всей неприязни к оркам, нравится.
Пока Линда принюхивалась, дверь домика распахнулась – и на пороге появилась невысокая светловолосая женщина, чем-то неуловимо похожая на Рональда.
– Сынок!!!
И Грон шагнул вперед, заключая в объятия родную мать.

Суматохи не было. Сын приехал? Замечательно, жаль, что ненадолго. На пару часов? Мало, очень мало. Зато… с невестой?! Горы и корни!
Мать ахнула, подхватила Анну-Лизу и собралась было утянуть куда-то для допроса (приватного разговора, разумеется!), но помешала Селия. Которая с милой улыбкой поинтересовалась у дамы, не она ли тетушка Рональда?
Констанция, а это была именно она, пригляделась – и кивнула:
– Черты фамильные, да! А Эрвин больше в материнскую родню пошел, наверное…
Рональд прошептал пару слов на тему, куда бы пошел Эрвин, и поцеловал тетушке руку, отмечая и мозоли, и короткие ногти, и шершавость кожи.
Аристократка вынуждена работать наравне со всеми. Но здесь иначе нельзя. Не получится…
Анна-Лиза подумала, что, если она выйдет замуж за Грона, ей придется несладко… Ой! А почему она это подумала?
Нет уж! Никакого брака! Или пусть нанимает ей прислугу, она маг, она не будет ведра с водой таскать, это глупость и расточительство. Да если на то пошло, она этой воде сама прикажет течь куда надо!
В объятиях, ахах, охах и вздохах прошло минут двадцать. А там и отец Грона появился.
Дорк Даххар был копией сына. Или сын – копией отца. Разве что глаза у орка были черные, узкие. А у сына синие и кожа посветлее.
– Что тебя привело домой, сынок?
– Отец, позволь тебе представить мою невесту. Анна-Лиза Марион Эресаль, баронесса, маг воды, сильный маг…
В черных глазах орка загорелись огоньки интереса:
– Вот как? Это надо обговорить, сынок. Добро пожаловать в долину, госпожа. Магам мы всегда рады.
Анна-Лиза присела в реверансе:
– Грон – замечательный. Ради него можно даже в горы переселиться. Он уговорил меня ненадолго побывать у него дома, а если родители не одобрят его выбор…
– Мой сын откажется от любимой девушки?
– Не откажусь. Но попробую вас переубедить. А это мой кузен, Рональд Аргайл, будьте знакомы.
– Знакомы уже с одним, – оскалился орк без малейшей приязни.
– Жаль, не убили, – ответно оскалился Рональд.
– А это его невеста, Селия.
Селия тоже присела в реверансе. Получилось похуже, чем у Анны-Лизы, но вполне на уровне. Недаром блондинка гоняла своих подруг. Линде танцы давались легче, Селии труднее, но девушки старались. Вдруг да пригодится?
– Прошу в дом! – сделал широкий жест Дорк Даххар.
Линда даже не сомневалась, что за ними наблюдает пара десятков внимательных глаз. А стоит им зайти в дом, наверняка начнут являться то за одним, то за другим…
Вот тут и пригодятся Анна-Лиза и Селия – отвлекать на себя внимание. А Рональд и Грон поговорят с отцом. Дело-то серьезное.
Девушки? Девушки в это не полезут. Это нехорошо. И вообще… потом всегда можно расспросить Юру.
Линда покосилась на проходимца, который в этот момент увлеченно нюхал розу. Какой же он все-таки красивый. Стройный, изящный, а она рядом… м-да.
Линда никогда не комплексовала из-за своего бюста или роста, но в эту минуту ей было грустно. Рядом с Юрой она смотрелась такой могучей и массивной, а вот если Сели…
Селия была бы ему под стать. Оба невысокие, тонкокостные… Хорошо, что подруге Юра не нужен. Ни в каком виде.
Хорошо, что у нее такие подруги…

Принять гостя – целый ритуал.
Серьезный, сложный, в горах любой человек ли, орк ли, пришедший извне, – это новости, да и новые лица бывают редко. А потому в дом, где появился гость, идут все жители поселения.
Здесь тоже так будет, предрекла Линда еще дома и не ошиблась. А потому…
Рональд, Грон и Селия – попробуйте от нее отвязаться! – отправились беседовать с вождем.
Юра, Линда и Анна-Лиза создавали массовку.
Анна-Лиза изображала абсолютную блондинку и болтала без умолку, Юра тоже старался поддерживать, а Линда выглядела настоящей телохранительницей. Грозной и воинственной.
Констанция накрывала на стол. Маленькие загорелые ручки так и мелькали, Линда посмотрела – и предложила помощь. Потом за дело взялись и Анна-Лиза с Юрой. Дружно и на стол было накрыто в две минуты, и сервировкой Юра лично занимался – получилось очень неплохо на безрыбье, и помыть-почистить девушки помогли…
Гостя нельзя обременять? Так они сами вызвались. А сидеть и ждать, пока Констанция вокруг них бегает…
– Мы – не орки, – резко высказалась Линда и принялась нарезать мясо и овощи. Нож так и мелькал в сильных руках.
– Именно, – согласилась Анна-Лиза, принимаясь за мойку всего, что подворачивалось под руку.
А что? Вода – это не только цунами, то есть это и локальное цунами, вызванное в ведерке с морковкой. Знаете, как хорошо отмоется? А если картошка – то и со шкуркой. Проверено.
Констанции осталось только что-то смешать, что-то засунуть в печь… Юра украшал уже готовые блюда, раскладывал нарезки и вертел скрутки. Получалось быстро, красиво и вкусно.
И только потом дружная компания уселась за стол. Когда оставалось только подать пару блюд. Пусть хозяйка исполняет свой хозяйский долг. Заодно и поговорить можно было.
Констанция уточнила насчет магички Анны-Лизы и возможного ее брака с сыном, получила уверения, что все понарошку – надо же было сюда зачем-то явиться, и покачала головой.
– Жаль, а я надеялась…
– Еще не хватало мне сюда подругу замуж отдавать! – вознегодовала Линда. – Чтобы Анни всю жизнь коз доила?
Констанция покачала головой:
– Вы зря так думаете, Линда. Я не дою коз.
– Я ваши руки вижу, – отрезала девушка.
– Я – не волшебница. А готовить для любимого мне несложно…
– Я не собираюсь это обсуждать. Анни в горах не место, – резко ответила Линда, может быть чуточку резче, чем стоило бы.
– У нее уже есть жених?
– И муж будет. Это вообще не повод для обсуждения. И не заставляйте меня жалеть, что мы здесь появились.
– Лин, – Анна-Лиза как раз вернулась с корзиной мытых овощей и фруктов. – Ты о чем?
– Да тебя сватают уже всерьез. Ты как – мечтаешь жить в горах?
Анна-Лиза покачала головой:
– Уж простите. Мне для себя пожить хочется, поработать, на балах покрутиться, потанцевать… а сразу замуж? Что я там забыла?
– Все вы, магички, так думаете. А потом плачетесь о своем одиночестве.
Таких общих рассуждений Анна-Лиза вообще не переваривала:
– Главное, что мы сами о себе думаем. А чужое мнение нас мало заботит.
Женщины переглянулись. И в глазах Констанции Анна-Лиза прочла… зависть? Да, было и такое.
И зависть – у нее в жизни ничего не будет, кроме гор, и как ни уверяй себя, что счастлива, что всю жизнь об этом мечтала, а все равно… смотрит она на девчонок, молодых, ярких, перспективных, – и зависть разбирает. Она ведь тоже могла.
И на балы, и при дворе, а что вместо этого? Козлы да бараны? Разница со светским обществом хоть и невелика, но как-то обидно.
А еще – Грон. Любимый сын, маг, за которого ее обожает муж и после рождения которого перестала придираться свекровь. Выстраданный, выношенный… и – отдать?
Это обидно, у кого есть сыновья, те поймут. А если его еще и брать не хотят? Это – как? Это даже не обида. Это праведное возмущение.
Мой сын этой соплячке нехорош?! Да она должна была на месте от счастья и скончаться! Нет? Так сейчас поможем!
Увы. Магичкам это праведное возмущение было параллельно. Вслух не высказывают – и отлично, а думать пусть хоть что думает, не жалко.
Констанция Даххар хлопотала вокруг гостей, потом появились еще несколько девушек, которые начали строить глазки Юре, Линда нахмурилась на них, но девчонки явно ощущали себя бессмертными.
Парни заглядывали в окна, видели Анну-Лизу, которая невероятно походила на цветок в своем розовом и воздушном платье, цокали одобрительно языками, восхищались. Линда не удержалась и случайно столкнула с окна горшок с цветком. А что за окном парень стоял… Бывает. Не насмерть, и ладно.
Потом появились несколько стариков, которые степенно вошли в дом, и Констанция захлопотала уже вокруг них.
Разговоры, разговоры… Но – куда деваться? Зато у остальных есть время поговорить о деле.

Глава 8

Первым делом Дорк обнял сына:
– Грон!
Орки замерли на несколько секунд, потом разомкнули объятия, и Грон принялся рассказывать. Про академию, про девушек, Рональда, Эрвина, Крата, попытку убийства… Дорк молча слушал.
Потом кивнул и вышел из комнаты. Через пару минут вернулся уже более спокойным:
– Весь род Крата сейчас схватят и приведут сюда. Надо разобраться.
– Надо, – согласился Рональд. – Поговорим… дядюшка?
Орк оскалился, но долг жизни – не шуточки. А потому пришлось прятать поглубже характер и кивнуть:
– Поговорим.
– Почему вы отказали от дома Эрвину?
Дорк вздохнул, потер лоб и ответил:
– Слово дайте, что никому…
– Не могу. Иногда от вовремя сказанного слова может жизнь зависеть, – отрезал Рональд. – И вообще, если б не мы, Грона уже на свете не было бы!
Дорк опустил глаза. Да, долг жизни. А неохота… Но – надо.
– Здесь, неподалеку, нашли земляное масло.
Рональд крепко выругался. Земляное масло. Таинственная жидкость, которая выступает сквозь камни, которую ценят на вес золота, а то и больше, которой никогда не бывает много… или?
– Да. Его достаточно, чтобы мы могли построить целый город, – кивнул Дорк. – И Эрвин об этом узнал. Мы не можем торговать с равнинниками, как хотелось бы, а вот он – может.
Селия кивнула. Для нее не было секретом – Линда рассказывала, – что горцы и равнинники торгуют. Давно, всерьез, но…
Горцы больше зависимы от равнин.
Им везут продовольствие – в горах много не вырастишь, везут плодородную землю, везут лекарства и амулеты – своих магов у горцев почти нет. Почему – непонятно, но вот так.
Равнины смогут прожить без гор, а вот горцы без равнин?
Без арцита люди выживут, он скорее роскошь, чем необходимость. А вот без хлеба не проживешь.
Обе стороны об этом знают, а одна из сторон еще и беззастенчиво пользуется. Дорк не получил бы за земляное масло и трети справедливой цены.
– Откуда об этом узнал Эрвин?
Дорк покачал головой:
– Когда он начал говорить об этом, я хотел его убить. Он успел удрать.
– Убить? Гостя? – несказанно удивилась Селия.
– Я полагаю, – хмыкнул Грон, – отец хотел убить уже не гостя. Потому Эрвину Аргайлу и отказали от дома? Он уже не гость, он уходит…
– Правильно понимаешь, сын.
Грон не стал вопить, что это подлость. Для своих – это военная хитрость.
– А если ему помогли родичи Крата?
– Род Миртех богат, – согласился Дорк. – Они могли…
– Во-от, – довольно протянула Селия. – Все и складывается. Сговорился ваш братец с кем-то из рода Крата, потому на Грона и покусились сейчас. Но почему – раньше?
– На этот вопрос ответить несложно, – орк посмотрел на женщину даже с симпатией. Хорошо, когда тебя понимают и не осуждают. Хотя… С женой он бы на такие темы не разговаривал – хоть он Констанцию и любит, но любимая видит только настоящее, в будущее она не заглянет, о прошлом не подумает. Женщина, что тут скажешь? А эта рыженькая – умная, сразу видно. Повезло племяннику. А сыну, кстати?
Дорк решил уточнить позднее и задумался:
– Раньше?
– Было несколько покушений.
– А, ничего удивительного, – махнул рукой Дорк. – Если я послал сына… а вдруг он с кем-то договорится? Или… женится, к примеру?
– И Эрвин будет не нужен, – согласилась Селия. – Но у вас же не один сын?
– Грон – лучший, – честно ответил Дорк. – Другие за собой племя повести не смогут, им это не по силам. Они хорошие ребята, но такая ноша не по их плечам.
Селия и Рональд переглянулись. Что ж, примерная картина была ясна.
Эрвин получил письмо от тетки, поехал в горы посмотреть, нельзя ли чем разжиться. В горах как-то стакнулся с семьей Крата, сообразил, что можно получить выгоду, прокололся, показал Даххару свою истинную натуру, был выгнан и уехал.
Договорился с Кратом…
– Значит, не отсюда познания, – медленно протянула Селия.
– Какие именно? – Дорк интересовался не просто так. А вдруг?
– Насчет яда, насчет трупов – некромантия у орков ведь не практикуется?
– Нет. Мы вообще покойников сжигаем, пусть уходят в небо. Обольем кровью земли – и сжигаем.
Селия кивнула. Горючую жидкость она знала. Есть такая…
– Значит, и тут пустышка, – грустно вздохнул Рональд.
– Так откуда у Эрвина такие сведения? Если не отсюда?
Мужчины переглянулись – и согласно вздохнули. В деле явно был кто-то еще. Но кто – и как его вычислить? Вот вопрос!

Пока шла беседа, к крыльцу доставили всех членов рода Миртех.
Мужчины, женщины, дети – общим числом пятьдесят два человека. Штук двадцать, на первый взгляд, детей, двенадцать мужчин, остальные – женщины. Те, кто был сейчас в селении.
Дорк вышел к ним и тут же был атакован – пока морально.
Крепкий мужчина лет сорока пяти сделал шаг вперед:
– Что случилось, Дорк? Почему ты так поступаешь с моим родом?
– Потому что твой племянник, Крат, сегодня пытался убить моего сына, – громко, так же напоказ, отрезал Дорк.
Мужчина не дрогнул:
– Крат не мог так поступить.
– Я могу в этом поклясться, – выступил вперед Грон.
Но мужчина, Арим Миртех, даже не взглянул на него.
– Я хочу услышать, что скажет мой племянник.
– Он мертв.
– Так может, это твой сын напал на моего племянника? Сказать можно что угодно!
– Ты не веришь слову моего сына?!
Арим пожал плечами, даже не пытаясь скрыть иронию:
– Я верю твоему сыну, но хотелось бы свидетелей. Не равнинников.
Селия коснулась плеча Рональда, тихо шепнула пару слов – и ректор шагнул вперед:
– Я маг. И могу показать, что случилось в горах.
– Магам веры нет, – отрезал Арим. – Откуда нам знать, что ты все не придумываешь?
Вопрос был резонным. Действительно, если так поглядеть – есть только слова Грона. А они… Они дорого стоят, но слова против слов – всегда плохо. Особенно если одна из сторон сможет высказаться только с помощью некроманта.
– Скажите, – Рональд сдаваться не собирался, – а вот эта игрушка вам тоже не знакома? – В пальцах мага закачался тот самый медальон с собачьей головой.
Такого эффекта не ждал никто. Арим схватился за горло и медленно начал оседать в пыль. Не осел… Мгновенно пришел в себя, когда на него обрушились несколько литров воды.
Анна-Лиза, которая вышла на заднее крыльцо в поисках уединенного местечка, пожала плечами:
– Еще надо?
– Не надо. Могу высушить, – Селия раскрутила на пальце огненный шарик.
– Нет! – простонал Арим.
– Тогда советую все рассказать, – кивнул Дорк, пользуясь ситуацией и морально дожимая врага. – Глядишь, и не казню. Просто изгоню.
– Лучше отдайте его мне, на опыты, – Рональд сделал шаг вперед. Над его ладонью из воздуха соткалась здоровущая гадина. Блеснула огненными глазами, зашипела совсем как живая…
– Дорогой, ты же обещал мне добыть пару орков для вскрытия, – капризным тоном избалованной красотки протянула Селия. – Можно даже живых…
– Этот и подойдет. И еще кого-нибудь у дядюшки Даххара попросим. Личные связи – превыше всего.
Маги так могли издеваться достаточно долго, но не потребовалось. Арим не выдержал их давления. Может, в привычной обстановке он и продержался бы подольше, но уж очень удачно (для Даххаров) все совпало.
Есть маги, есть желание выпотрошить негодяя, есть какие-никакие, но доказательства…
Арим заговорил, но не сильно порадовал.
Примерно полгода назад на него вышел Эрвин. Изгнанный из клана, он не собирался с этим смиряться и хотел подобраться к сокровищам гор. Миртех обеспечил бы добычу, Эрвин – сбыт. А орден? Силовую поддержку.
И так понятно – стоит начать торговать чем-то подобным, возникнет прорва людей, которые пожелают присоединиться к добыче. Перекупщики, чиновники, прочая сволочь…
Сам Арим с ними не общался, все контакты шли через Эрвина. А эти шестеро…
Он даже не знал, из какого клана эти орки. Небывалый случай, но… Неизвестно.
Эти шестеро жили в горах. Где?
Он не знал о них ничего. Теоретически они подчинялись ему, да. А практически…
Практически – он мог только сказать о своих проблемах. А чей приказ выполнят эти… существа – неизвестно.
– Существа?
Арим энергично закивал.
Да, не орки, нет, не люди… это нечто третье. Непонятное, но очень, очень гадкое…
Рональд выслушал это сообщение с мрачным видом.
– Вот еще этих мне не хватало… в дополнение к Эрвину.
Дорк покачал головой:
– Молодежь!
– Что?! – окрысился Рональд, который и так терпением не отличался.
– Вечно вы ищете невесть чего. Если пробегал баран, то и следы оставил баран. А вы ищете орла, а под ноги не смотрите.
– А можно без бараньей философии?
– Можно. Твой брат мог сговориться со жрецами Садорена? Здесь, в горах?
Рональд охнул:
– Твою… я дурак!
– Если б не выслушал – был бы дураком. А пока все не так страшно.
– Хм… допустим. Тогда понятно и откуда знания, и откуда деньги… Так… Мирт!
Блиц-допрос папаши покойного ныне Крата выявил, что Эрвин – да, действительно того-с. Осадоренился.
Совал, по придворной привычке, нос во все дыры, ну и заметил, чего не надо. А оторвать голову ему не успели – договорился со жрецами. Как-то они общий язык нашли, еще до отъезда Эрвина из племени. Точно!
– Мне срочно надо во дворец, – помрачнел Рональд. – Его величество должен узнать о таком, и как можно быстрее!
Грон показал глазами на отца:
– Завтра с утра пройдешь короткой дорогой – и сразу во дворец. Вряд ли за один день что-то изменится.
С этим Рональд был согласен:
– Ладно. А с этими что?
– Изгоним. По закону гор.
– Может, и ваши неизвестные орки выросли из таких вот… изгнанных, – задумалась Анна-Лиза.
Дорк покосился хмуро, потом вспомнил, что это невеста сына и вообще сильный маг, и сменил гнев на милость. Магам в горах рады – если те пришли с дружбой.
– Это наше, внутреннее дело. А вас, дорогие гости, прошу к столу.

Стол был роскошным.
Выпили, закусили, вино пошло хорошо…
Грон сидел рядом с Анной-Лизой и по мере сил ухаживал за невестой.
Рональд разговаривал с Дорком, Линда кокетничала с Юрой, тот подыгрывал по мере сил, потом пара вообще вышла куда-то. Селия болтала с Констанцией, обсуждала способы приготовления бараньей ноги.
Рональд, кстати, прислушивался краем уха.
Очень, очень интересный вариант – с розмарином и мятой. Да, и айву тоже…
Рональд хорошо помнил и мясо, и пироги…
– Вино у вас… мне надо на воздух. – Анна-Лиза попробовала подняться.
Грон тоже, сделали шаг – и…
– Ой! – Девушка едва не упала на своего кавалера – оказалось, что их щиколотки связаны широкой белой лентой. Ее левая – и Гронова правая.
И как не заметили?
– Это что?! – возмутился Грон. Впрочем, не слишком сильно.
– Ты же сказал – твоя невеста? – удивился Дорк, который явно что-то понимал. Искорки у него в глазах были хитрющие…
– Моя.
– Так женись!
– Э-э-э… так сразу?
– А ты хотел подождать еще десять лет? Да такую красавицу хватать надо, пока никто другой не увидел! И увозить к себе!
Грон вздохнул:
– Ну…
А что тут скажешь? При всем селении признаешься, что это только постановка? Ой, не стоит.
Анна-Лиза кашлянула:
– Я хотела академию закончить…
– Так и не страшно, и вы там будете, и Грон. Когда при муже – оно еще и спокойнее.
– Ну…
– Вот видите, как вы уже друг друга понимаете, – «подбодрил» коварный орк.
Анна-Лиза скрипнула зубами. Но и то получилось плохо, потому что Грон вдруг наклонился и поцеловал «невесту». А присутствующие орки (гады!!!), все как один, закричали то ли «Горы!!!», то ли «Горько!!!». Поди, разбери их…
Грон подхватил невесту и вынес из комнаты. И лента не помешала – она длинная оказалась.

– Прости, пожалуйста, – один на один Грон говорил вполне нормально.
Анна-Лиза махнула рукой:
– Все в порядке. Это пустяки.
– Пустяки? Ты меня поцеловала! – возмутился орк.
Блондинка кокетливо пожала плечами.
Нет, раньше она уже целовалась, целых два раза. И ей не понравилось. Парни были симпатичные, но от них не так пахло, и вообще…
Ей казалось, что это ужасно смешно. И волнение у них такое… детское.
С Гроном все было совсем иначе.
Даже клыки не мешали. И губы у него были сухие и твердые, а не мягкие и влажные, и чувствовалось, что рядом мужчина, а не мальчишка.
– Я сохраню этот поцелуй в своей памяти, – заверила Анна-Лиза.
– Да уж, пожалуйста.
– А сейчас не мог бы ты снять с меня вот это… – девушка выразительно подергала ногой, намекая, что без ленты ходить будет легче.
– Э-э-э… минуту.
Грон опустил свою бесценную (только попробуй оценить – мало не покажется) ношу на маленькую скамеечку у крыльца, опустился на одно колено сам и аккуратно развязал ленту. Скатал ее, сунул в карман:
– Пригодится.
Анна-Лиза кивнула. Ее этот вопрос уже не интересовал.
– Скажи, а на самом деле – ты бы за меня замуж вышла? Без розыгрыша?
Анна-Лиза задумалась. Представила себе лица мачехи и отчима, подумала о «высшем обществе» – и решительно тряхнула головой:
– Я бы подумала. А ты мне предложение делаешь?
– Я бы подумал, – ухмыльнулся в ответ Грон.
Получил струйкой воды в нос – детский фокус, фыркнул, словно большой кот:
– Магичка.
– Ведьма, – гордо поправила Анна-Лиза.
– Да. И ведьма тоже.

С утра вся компания отправилась в обратный путь.
– Доставлю вас в академию, а сам – во дворец, – предупредил всех Рональд.
– Я с тобой, – Грон не собирался отступать.
– Тогда и нас берите, – не задумалась Селия. – А то вас, великие воины, прикончат раньше.
– Нас?! Прикончат?! – мужчины возмущались в один голос, только это ничему не помогло.
Анна-Лиза улыбнулась нежно и светло, как и полагается абсолютной блондинке, этакой воздушно-трепетной и трогательно-нежной:
– Я могу прийти во дворец и сама. И приду.
– С телохранителями, – согласилась Линда.
Мужчины переглянулись.
– Есть какой-то способ их остановить? – шепотом поинтересовался Грон.
– Связать, оглушить, запереть, – перечислил подходящие методики Юра.
– А поможет?
– На час-два, не больше.
Рональд только рукой махнул:
– Ладно, идете с нами, только… вы поняли?
Грозную гримасу можно было расшифровать как «не путаться под ногами». Девушки и не собирались. И вообще, это еще надо посмотреть, кто у кого путаться будет.

Императорский дворец был роскошным и величественным, как ему и полагалось.
Белые стены взлетали ввысь, шпили пронзали небо и цепляли облака за нежные брюшки, флаги гордо реяли на ветру, как им и было предназначено, а слюдяные старинные окна искрились на солнце, как драгоценные камни.
Рональд попросил спутников подождать и подошел к стражникам.
Кажется, он им что-то показал – Селия не увидела, что именно. Стражники вытянулись, отдали честь и беспрепятственно пропустили всю компанию во дворец.
И если что – внутри он был не хуже.
Случается и так, что хозяин велит раззолотить свое жилище, развесить везде занавеси, натыкать драгоценных и полудрагоценных камней – и получается убогая лачуга нувориша. Здесь этого не было.
Полированное дерево. Мрамор. Позолота? Ее вовсе не было. А вот поделочные, полудрагоценные камни – были. То ваза из малахита, то каминная полка облицована яшмой, то столик из змеевика… Красиво.
Рональд привел всю компанию в небольшую гостиную, отделанную светлым деревом, и кивнул на диванчики:
– Присаживайтесь пока…
А сам выглянул за дверь и поинтересовался у слуги:
– И чего ждать будем?
– Вызова к его величеству.
Долго ждать и не пришлось. Минут двадцать – по дворцовым меркам это вообще ни о чем.
И вот снова коридоры, коридоры, а потом высокие двери распахиваются им навстречу и из-за стола поднимается высокий худощавый человек лет тридцати с самой невзрачной внешностью.
Светлые волосы, светлые глаза, словно пылью припорошенное лицо…
И только по тонкому обручу короны на голове можно понять – перед ними император.
Или…
Почему-то даже Юра поклонился. Низко – и застыл, словно его заморозило в такой позе. Было, было в императоре нечто давящее, тяжелое…
Когда ты властен в жизни и смерти, когда на твоих плечах империя – это накладывает свой отпечаток.
И все равно, как ты выглядишь, безразлично, во что ты одет…
Это как шлейф духов, незримый, но отчетливый. Это – власть, вошедшая в комнату под руку с обычным на вид человеком.
– Рональд? Слушаю тебя. Что случилось?
– Ваше величество, – Рональд опустился на одно колено и был поднят небрежным взмахом монаршей длани. Равно как и все остальные.
– Без церемоний. Некогда. Итак?
– Ваше величество, – Рональд позволил себе встать. Далларен Седьмой вообще не любил церемоний. Ненужная, понимаете ли, трата времени на всякие глупости. А у императора работы по горло! – В горах появились Гончие Мрака.
– Жрецы Садорена? – император явственно напрягся. – Подробности?
Врать Рональд не стал. Коротко сообщил о покушении на себя, о том, что следы вели в горы, о покушении уже в горах, о роде Миртех и роли Эрвина в этой истории.
Император слушал. Молча, внимательно. А когда Рональд закончил рассказ, подвел итог:
– Рон, благодарю за службу. Сейчас мне надо вернуться на заседание Совета, я прикажу слугам. Подождите меня минут двадцать, если что-то потребуется – не стесняйтесь.
Развернулся и вышел, не обращая внимания на поклоны.
Несколько минут все переглядывались, потом в комнату вошел слуга и поклонился:
– Господа, дамы, прошу вас…

Маленькая гостиная была отделана в бирюзовых тонах.
Роскошные диваны и кресла – светлое дерево, голубая обивка, инкрустация бирюзой, изящные столики, голубые обои, такие светлые, что кажутся почти белыми, тяжелые бархатные шторы, а ковер…
Линда не выдержала первой – и упала прямо на ковер. Потянулась от всей души:
– Хор-рошо-о!
Мужчины отвели глаза в сторону. Провокация? Когда вот все это богатство да так двигается, да… Это просто издевательство! И своя дама может голову оторвать!
Дамам было не до этого.
Селия и Анна-Лиза увлеченно о чем-то перешептывались.
Юра подошел к креслу и робко опустился на краешек. Вот так в своем мире он президента увидел бы только по телевизору, а тут целый император на расстоянии вытянутой руки. И не боится…
– Чего? – не поняла Селия. – Чего должен бояться император?
– А если я на него покушаться вздумаю?
Подруги переглянулись – и зафыркали:
– Покушайся. Но свои похороны оплати заранее, не вводи наследников в расход. Это же император!
– И что?
– Он и сам – маг. И защит на нем – целый кокон.
– Маг? А маг чего? – заинтересовался Юра.
Ответом ему были пожатия плечами.
– Неизвестно. Говорят, вообще универсал.
– А такое тоже бывает?
– В нашей жизни все бывает, но не обо всем надо спрашивать, – намекнула Селия.
– Понятно…
Понятно Юре не было ровным счетом ничего, но и лезть, наверное, не стоит? Император же! А кстати…
– Рон, а почему вас так легко пропустили к императору! Или здесь это принято?
– Нигде не принято, – сообщила Селия. – И мы тоже ждем ответа.
– Ждите дальше, – благодушно согласился Рональд.
Девушки нахмурились. И ректор пошел на попятную, понимая, что сейчас его будут бить. А может, даже и ногами.
– Смотрите. – Жетон на ладони Рональда переливался холодным голубым светом.
– Служба охраны? Там вы тоже работаете? – тут же уточнила Селия.
Рональд пожал плечами. Ну… и что? Мало ли где он работает?
Вам вот приходилось в шестнадцать лет выживать на улице? Нет? Тогда не судите, еще и не на то согласишься. Денег нет, так, пара монет, умений в руках никаких, магия тоже сыровата, в академию отец не отдавал, считая, что домашнее обучение лучше всего позволит развить отпрыска…
Так-то да. Но дорогой учитель не всегда лучший. Да и Рональд тем еще лентяем был и лоботрясом.
Служба охраны? Слуги императора? И что? Он же не собой торговал!
Девушки приняли аргументацию и закивали.
– Рон, а что такое служба охраны? – отвлек на себя внимание Юра.
– Мы занимаемся делами безопасности лично императора.
– А-а… типа жандармов?
– Жандармы?
Юра пожал плечами:
– Элита Российской империи. Там такой отбор был в жандармский корпус – озвереешь. Занимались примерно тем же, что и вы, хранили самодержавие. А когда у нас монарха свергли, жандармов тоже обругали по самое некуда. Понятное дело, революционеры их ненавидели.
Историческую справку выслушали не без интереса. Потом попросили подать фруктов и воды со льдом. И принялись ждать императора.

Ждать пришлось недолго – как раз обещанные двадцать минут. Видимо, император действительно озаботился полученными новостями.
Потом за дверью послышались шаги, Линда вскочила с ковра и пересела в кресло. Слишком поспешно, так что даже император оценил.
Посмотрел, вздохнул:
– Итак, Рональд, твои предложения?
Историю он выслушал, теперь надо было разбираться с последствиями.
Вытащить за ушко на солнышко хоть Эрвина, хоть орден, разобраться с последствиями, зачистить концы и связать разорванное. А еще наладить взаимодействие с горскими кланами.
Об этом Рональд и заговорил:
– Раз уж мы оказались связаны с орками, предлагаю поддержать клан Даххар. Пусть торгуют через нас. Дадим… справедливую цену.
Взгляд императора остановился на Гроне:
– Грон Даххар… твой отец пойдет на это?
Грон подумал пару минут. Но в принципе…
– При условии действительно справедливой цены – почему нет?
– Я потребую, чтобы торговля была только с империей. Но дам много, – предупредил император. – И буду строго карать за обман.
Грон кивнул. Это логично, это понятно, но…
– Слово горца – свято.
– Если правильно взято, – парировал император. – Я тоже знаю ваши поговорки.
Грон опустил глаза. Умыли, верно…
Действительно, слово данное единожды, орки вынуждены были держать. До смешного доходило, к примеру, неосторожно поклявшись, что съест свой посох, орк вынужден был его действительно съесть. Конечно, не в исходном виде, но кашу стружкой он приправлял долго. И магу платил – за лечение последствий. Поэтому орки четко просчитывали обещания, думали, что обещать, как, когда и кому. Поймать их на слове было очень сложно, народ такой…
– Мы будем верны договору, если с нами – честно.
Император кивнул:
– Я подумаю, как гарантировать и честность, и верность…
Селия подняла руку:
– Ваше импе…
– Государь. Можно короче, – разрешил император. – Итак?
– Я бы предложила не только брать в академии магов из орков, но и направлять наших магов к ним на стажировку. Построить форпосты… когда мы были в селении, мы с Линдой посмотрели. Если ничего не предпринимать, лет через десять его не будет.
– Почему? – подскочил Грон. – Откуда ты знаешь?!
Император там или еще кто, а новость серьезная.
Селия покосилась на императора, и тот кивнул – разрешаю.
– Огонь, воздух и земля, – Селия по очереди показала на себя, Юру и Линду. А вы думали, Линда его утащила пококетничать? Как же, так ей подруга и дала бы расслабиться. Любопытство у Селии было даже не в крови – в костном мозге, не иначе. – Юра создал воздушника, Линда напитала силой, я показывала, куда отправить, и анализировала данные.
Не просто ж так Анна-Лиза говорила про сель, ох не просто. Было такое у блондинки. Когда силы невпроворот, она ищет себе выход.
Пророчества? Нет, в будущее она не заглядывала. Но в точку иногда попадала. Ляпнув невесть что, казалось бы ерунду, она словно чувствовала правду.
Повинуясь Селии, замерцал амулет иллюзий: драконов тоже можно, но вообще она его носила показать что-то вроде странички текста, графика, карты, схемы – вот и сейчас в воздухе развернулась карта гор. Вид сверху.
– Ледник. Вот здесь и здесь спусковые точки. И я вижу, что в них вливают силу. Уже достаточно давно, может быть год или два. Миртех не знал, где жили те шестеро, но я могу настроить поисковик так, что он будет видеть токи силы.
– Полезное умение, – оценил император. – Вы чем планируете дальше заниматься, леди…
– Лиасон, – чуть поклонилась Селия. – Аспирантура… если возьмут.
– Если откажут – обращайтесь. Дочь Амарила Лиасона?
– Да.
– Приятно видеть, что старания графа привели к достойному результату, – император не издевался. Разве что самую чуточку подшучивал, но как-то по-доброму, необидно. – Я буду следить за вашей судьбой.
Селия выдохнула про себя.
Для того и затевалось это представление. Сейчас ее притеснять побоятся.
– Я подозреваю, что те шестеро орков служили якорем, через них или вливали силу, или они проводили жертвоприношения, или где-то в горах есть святилище. Для уточнения надо больше смотреть, у меня было не так много времени.
– И вы так много сделали? У вас талант, леди, – похвалил император.
Рон нахмурился. А нечего тут! И да, он знает, что Далларен женат. Но знает, что не все ладно у них с императрицей. И про фавориток знает. Селия – не подойдет! Она слабая. И вообще, она готовить умеет, и это – его  Селия!
– Мы старались, – Селия показала глазами на Линду и Юру. – Если бы у нас было больше времени, но пока я и так могу выделить ключевые точки. Здесь и здесь. – Точки еще раз ярко вспыхнули. – Я бы рекомендовала туда наведаться в ближайшее время. С хорошими силами. Потому что если продолжать воздействие… пока проблем нет, но через какое-то время, воздействуя вот здесь, – одна из точек вспыхнула ярче, малым даром Селия управляла так, как другие и большим не могли, – можно легко будет вызвать сель. Даже не вызвать – просто один удар камнем, одно движение…
– Ваше…
– Государь, – оборвал император побелевшего до пепельного оттенка Грона. – Думаю, через два дня… даже через сутки все будет готово.
Орк выдохнул:
– Благодарю, государь. Я не забуду.
Чутьем мага он понимал – Селия не врала, ни капельки не врала…
– Горы… в горах эти твари могли легко затеряться, – согласился император, задумчиво разглядывая схему, которую Селия пока еще держала. – Вам придется пойти с войском, леди.
– Нам всем, – вздохнула Селия. – Мы наиболее эффективно работаем тройкой.
– Вы, леди…
– Просто Далг. Я ублюдок, ваше императорское величество, – правильно поняла его взгляд Линда. И отодвинула ногу.
Император там или нет – за это слово Селия пиналась нещадно. Линде – и то доставалось, чтобы не смела! А уж если кто-то другой открывал рот при девочках…
Линде могли и ушки от нахала не достаться. Селия и Анна-Лиза закопали бы любого, будь он хоть трижды архимаг.
– Это можно исправить, – небрежно отмахнулся император. – Сегодня ублюдок, завтра герцогиня. И пусть кто-то посмеет открыть рот – Эфорлен у нас большой, все поместятся. Далг… приграничная крепость?
– Да…
– Государь.
– Да, государь.
– Я это запомню. А вы, молодой человек?
– Я… ваше вели… государь… я не это, – окончательно запутался и смутился Юра.
Выручила Анна-Лиза:
– Государь, мы работаем тройкой. Юра – проходимец, в нашем мире он недавно, но уже хорошо вписался в коллектив. Надеюсь, мы сработаемся и в дальнейшем, но втроем нам удобнее.
Император прищурился на очаровательную блондинку. Потом, видимо, считал уровень ее силы и хмыкнул:
– Теория, силовая поддержка и защита?
– Да, государь.
– Великолепное сочетание. И три стихии из четырех – мое восхищение, леди.
– Благодарю вас, государь. С вашего позволения? – Селия погасила схему гор.
Император кивнул:
– Потом покажете моим генералам.
– Да, государь.
– Теперь с тобой, Рон. Что с твоим братом?
– Если бы придумать, как его выманить, государь… если бы!
Император вздохнул:
– Только одним способом, думаю, ты понимаешь?
– На живца, государь. Понимаю…
– А как вы собираетесь дать знать Эрвину, государь? – нахально поинтересовалась Селия, решив, что ей хоть немного да позволено. – Вряд ли он просто так вылезет из норы.
– Просто так – нет. А на свадьбу брата – безусловно, – ухмыльнулся император.
– Свадьбу? – И почему Рон был не в восторге?
– Именно. Леди Лиасон и ты… я ведь правильно понимаю, между вами есть определенные отношения?
– Нет, государь!
– Значит – будут.
Рты раскрыли все присутствующие. Но…
– Нет! – Не хочу! – Это жестоко! – Рональд, Селия и Юра произнесли все так слитно, словно год репетировали.
Юра тут же смутился, но император и не подумал обращать на него внимание:
– Это служебная необходимость.
– Жить мне не со службой, а с человеком, – и не подумал сдаваться Рональд.
– У тебя есть другая кандидатура?
– Н-нет, государь.
– Будет?
– См… – Взгляд Рональда метнулся по сторонам, наткнулся на Юру. – Я вообще жениться не хочу!
Юра расцвел.
– А с твоим отцом что делать прикажешь? И с родом Аргайл?
– Ниже пояса бьете, государь.
– Я понимаю, Рон. Я все понимаю. Сам нахожусь в таком же положении. Но… надо!
«И этот – свой? – про себя изумился Юра. – Хотя чего удивительного, в нашем мире как на политиков посмотришь, так через одного свои… значит, и здесь тоже бывает».
Вслух он ничего не сказал. Ни к чему такие озарения выносить на публику.
– Завтра вы женитесь, – приговорил император. – Моя воля и мое право.
Кажется, это была ритуальная фраза, потому что Рональд скривился, но голову опустил:
– Служу империи.
– А я? – возмутилась Селия.
– Вы против того, чтобы стать герцогиней Аргайл?
– Ваше императорское величество, жить мне не с титулом, а с семьей и с человеком, – так же спокойно ответила Селия.
– Что-то мне подсказывает, что вы договоритесь, – парировал император. – Но… на свадьбу я подарю вам поместье, леди Лиасон. И доход обеспечу, и жить вы там сможете спокойно, если не захотите оставаться с мужем.
– Хм…
– Другого предложения не будет, леди Лиасон. Я легко найду любую другую девушку на ваше место. Не хочу посвящать лишних людей в этот план, только поэтому…
Император не договорил, но Селия все поняла. Или она соглашается на означенную цену, или уходит… Поторговаться не выйдет, ей и так предложили максимум возможного.
– Я… я согласна, государь.
– Вот и замечательно. Сегодня дадим объявление, а завтра свадьба. Потом поедете в горы – праздновать медовый месяц.
Зубами скрипнули сразу трое. Почему-то эта идея не нравилась никому из заинтересованных лиц.
– Ваше императорское величество, я могу вернуться в академию?
– Под удар? Нет, Рональд, будь любезен, не рискуй. До свадьбы все вы останетесь в королевском дворце. А потом уезжаете, в Арден к примеру. Надолго. Это модно, а самое главное, там на вас покушаться сложнее будет.
Молодые люди не выказали восторга, но и спорить не стали. И император приказал слугам развести всех по комнатам. Чего-чего, а покоев в королевском дворце хватает. Это с верными людьми во все времена сложно…

Селия, Анна-Лиза и Линда оказались в одних покоях. Три спальни, кабинет, гостиная и две ванные комнаты. Девушки поделили их мгновенно – купаться отправились Анна-Лиза и Линда. Селия решила подождать – и не прогадала.
В дверь постучался Рональд.
– Проходите, ректор, – иронично улыбнулась Селия.
– Полагаю, Рональд будет более уместно?
– Не уверена, – честно призналась Селия. – Как вы себе это видите?
– Нашу свадьбу? Пышной и запоминающейся.
– В этом я и не сомневалась. А нашу жизнь?
Рональд вздохнул:
– Сели… можно вас… тебя так называть?
– Да.
– Никогда не насиловал женщин.
– А это и не насилие, это супружеский долг.
– Перебьюсь без долгов. Поживем друзьями, привыкнем друг к другу… обычный династический брак, что страшного? Может, и любовь появится. Не обижайся, пока я к тебе испытываю только симпатию…
Селия и не обижалась.
– Я тоже. Но не больше. Уж прости, Рональд, пока не больше дружбы. Замуж за тебя я не хотела, но с приказом императора не спорят, не так ли?
– К сожалению.
Селия кивнула. Она тоже сожалела:
– Придется с этим как-то жить.
– Придется. Тогда – пока друзья?
– Согласна. Вы не станете мне мешать учиться дальше?
– Император мне не позволит. Да я и сам не соглашусь, это просто гнусное расточительство получится – такой ум тратить на сплетни и придворную возню. Так что спокойно закончишь учебу, спокойно поступишь в аспирантуру, станешь магистром, а там и на архимага замахнешься.
Селия кивнула. Она была с этим полностью согласна. И вообще… Какой двор? Это же ску-учно! То ли дело лаборатория!
– Благодарю. Что до остального… предлагаю брачный контракт.
Рональд махнул рукой:
– Сели, не стоит. Слова будет достаточно, мы же маги. Вот смотри, если мы завтра женимся, обещаю… два года хватит на привыкание?
– Надеюсь.
– Два года я дам тебе, чтобы привыкнуть и смириться с мыслью о браке. Потом посмотрим – либо продлим срок, либо сократим, но только по твоей воле. Я тебя принуждать не стану, в том числе и к рождению детей. Но нам будут нужны минимум двое наследников. Лучше – трое.
– Земель хватит? – о своем отце и его печальном примере Селия отлично помнила.
– И земель, и средств… пара мальчиков и девочка будут к месту, ты не находишь?
Селия находила.
– По деньгам… моей жене положено определенное содержание. Где-то сто золотых в месяц… Мало?
– Достаточно.
– Одежда, украшения, выезд оплачиваются отдельно.
– Реквизит, – охарактеризовала Селия.
– Да, родители… они живы, но матери плохо, я бы попросил тебя играть перед ними любящую жену. В остальном – они не лезут в мою жизнь, и в твою я им тоже лезть не позволю.
– Благодарю.
– Если что-то забыл – дополним, но во всем перечисленном – мое слово.
На миг Рональда окутало золотистой дымкой.
Селия задумалась – и тоже заговорила:
– Я обещаю. Два года – мы друзья. Я не лезу в вашу жизнь, не ревную, не устраиваю сцен, я просто подруга. Мы присматриваемся друг к другу. Но ни один другой мужчина ко мне по моей доброй воле не прикоснется. Я постараюсь не уронить ваше имя, буду добросовестно играть роль, а если мы действительно решим сделать брак… настоящим – рожу не меньше двоих детей. Постараюсь родить, пути магии неисповедимы. Постараюсь поддерживать ваши начинания при условии, что они не будут направлены во вред мне, моим подругам или империи.
– Именно в такой последовательности?
– Да. Слово.
Селию тоже окутало золотистой дымкой. Померцало, схлынуло.
Рональд поднялся и поцеловал даме руку:
– Я вас… тебя оставлю. Мне кажется, нам надо это обдумать?
– Безусловно.
Рональд раскланялся и удалился. И тут же из ванных комнат высунулись золотистая головка и черноволосая.
– Сели? Можно выходить?
Подруги не подслушивают. Подруги оказывают моральную поддержку – и никак иначе.

– Можно, конечно. Девочки, вы все слышали?
– Конечно, слышали, – фыркнула Линда.
– И… что скажете?
– А что тут можно сказать? – удивилась Анна-Лиза. – Сели, я за тебя рада. Отличный вариант. И неглупый мужчина, и давить не будет…
Селия медленно кивнула:
– Это верно.
– Жаль только, что без любви, – вздохнула Линда. – Но все сразу не получишь.
Селия согласилась:
– Да, я пока не люблю Рональда. Но я и никого другого не люблю…
– А если полюбишь? – тут же подумала читательница и почитательница романов Анна-Лиза.
– Тогда и буду думать. Но я не уверена, что вообще кого-нибудь и когда-нибудь полюблю, – честно призналась Селия. – Сколько я романов ни читала… да ну их, те романы! Анни, ты на меня не в обиде?
– За что?
– Ну… Рональд же твой жених…
– Вот еще!
Селия внимательно поглядела на подругу:
– Ты точно не обижаешься?
– На что?
– Переиграть еще не поздно. Думаю, императору будет все равно, кто из нас пойдет к алтарю…
Селия была серьезна на сто процентов. Она бы отказалась – и императорский гнев ее бы не остановил. Вот еще не хватало!
Император позлится да и простит, а таких подруг еще попробуй найди! Отказаться ради подруги от какого-то жениха? Мгновенно и не раздумывая!
– Ни за что! – уперлась Анна-Лиза. – Сели, бери и пользуйся с моего благословения. Мне этот… попугай совершенно не нравится!
– Это хорошо, – Селия сморгнула появившуюся слезинку.
Хорошие они у нее… девочки… и она их так любит! Кто бы знал! Сестренки…
– Анни, – Линда заметила, что рыженькая расстроилась, и торопилась заполнить паузу, – а что ты должна делать?
– То есть?
– Ну вот… Рональд предназначался тебе. Что в романах делают с коварными разлучницами?
– Мм… травят.
– У меня есть определитель ядов, – фыркнула Селия.
– Пытаются застрелить. Как в «Принцессе-девственнице».
– Тоже бесполезно. У меня хороший щит.
– Давят.
– Это как? – заинтересовалась уже и Линда.
– Это как в «Короле-карлике». Там на злобную разлучницу каменную плиту скинули. Заманили ее в горы – и того…
– Анна-Лиза, тебе и карты в руки, – ухмыльнулась Линда. – У тебя же орк есть…
– Поделиться?
– Вот еще не хватало! Кстати, Селия, тебя еще сжечь можно!
– Мага огня? А рыбу утопить?
– Хм… действительно… и что с тобой делать?
– А ты в нее плюнь, – посоветовала нахальная Линда.
– Вот только и осталось.
Девушки переглянулись и от всей души расхохотались, понимая, что их дружба пережила даже самое страшное испытание – мужчинами. А остальное… А, ерунда какая! Справятся!
Да и не все так плохо, все равно Селии пришлось бы искать мужа. А так… Принуждать ее ни к чему не будут, император заметил – что еще надо для успешного начала карьеры? Теперь вот еще им пристроиться…
Кстати…
– Анни, а ты точно с орком не?..
Анна-Лиза пожала плечами:
– Не знаю. Но он симпатичный. И неглупый…
– Только вот тебе в горах не понравится, а его здесь жить не заставишь, – заметила Линда.
– Всегда можно что-то придумать. Если налаживать добычу земляного масла…
– Тоже верно. Станет стойбище Даххаров центром гор.
Анна-Лиза кивнула. Запросто! И ее способности, кстати, в горах достаточно востребованы. Вода – это жизнь. Ее способности, Линды…
Маги вообще продукт ценный. Особенно маги умные и сильные, а уж сработавшаяся тройка, как у них, – на вес золота.
– Лин, а ты… Юра?
– Юра, – кивнула брюнетка.
– Значит, так тому и быть, – приговорила Селия. – Никуда он от нас не денется!
Линда грустно кивнула. Наверное, не денется. Но хочется любви…

Юра в это время находился под дверью своего возлюбленного. А именно – Рональда. Проходимцу тоже хотелось любви.
Попросил слуг – те и провели. Надо же выяснить отношения? Обязательно!
Император, конечно, та еще сволочь! Вот так, без предупреждения, женить человека! А если у него другие планы? А если он вообще жениться не собирался?! Если он другую любит… другого?
Юра поднял руку, но постучать в дверь не успел – та сама распахнулась, и на пороге воздвигся Рональд:
– Привет, друг!
– П-привет.
– Проходи, гостем будешь!
Юра послушно прошел внутрь.
Рональд был уже полураздет, то есть в рубашке, домашних брюках, поверх них халат – против обыкновения все в приятных светлых тонах, ничего яркого или красочного… Хотя что удивляться? Это дворец, что слуги принесли, то и надел.
– Составишь мне компанию?
– Конечно.
– Надо же холостую жизнь и счастье проводить?
– Надо, наверное…
Рональд плеснул в бокал нечто вишневое и протянул Юре:
– Рийская настойка. Пьяная вишня. Вкусно.
Юра осторожно сделал глоток. Хм, действительно.
Вкуса спиртного почти не чувствуется, а вот вишня – отчетливо. И что-то еще такое… Шоколад? Мята? Ваниль? Не сладкое, дамам не понравится, но и не горькое… Вкусно… Но настойка оказалась коварной.
В голове у Юры зашумело с двух глотков… Хотя чего удивительного?
Днем он ничего не ел практически, вечером в его покои еду принесли, но до того ли было бедолаге? И Юра отважно сделал еще глоток:
– Вкусно.
Рональд залпом допил свой бокал. Кажется, уже не первый.
– Тогда повторим.
– Стоит ли?
Рональд тряхнул головой:
– Я не напиться, а так… выпить в хорошей компании.
– Тогда принимается, – согласился Юра. И подставил бокал, в который плеснули еще на два пальца.
– Что случилось? Или ты в качестве моральной поддержки пришел?
– Нам… надо поговорить, – решился Юра.
– Слушаю. – Рональд присел на стол.
Юра вздохнул, хлопнул залпом алкоголь и поднялся:
– Рональд, я вас люблю!
А вот целовать, наверное, было не обязательно.
Рональд дернулся от поцелуя, поэтому «выражение чувств» пришлось не в губы, а в щеку. Но ректору и того хватило.
Сидел-то он на столе, а стол – на одной ножке… вот дернулись они вместе – вместе и упали.
И Рональд душевно проехался головой по подлокотнику кресла. В другую сторону полетел сбитый его ногами Юра. В третью – ваза с розами и графин с настойкой.
Сокрушительная сила – любовь.

Юра пришел в себя первым:
– Рон?!
Ага, как же! Тяжелый день, плюс спиртное, плюс удар по голове – Рональда сейчас и магия не подняла бы, не то что нежные похлопывания по щекам. Бесполезно.
А еще он не храпел. То есть лежал как мертвый. Юра приложил ухо к груди Рональда. Сердце… где же сердце?! Почему его так сложно обнаружить в критической ситуации? Нет, бьется, все в порядке… Попробовать сделать искусственное дыхание? Э-э-э… а как его делать? Кажется, два вдоха, пять нажатий? Или десять?
Юра не помнил. Но надо же попробовать… наверное… или нет? Что-то он про сломанные ребра слышал в процессе такой реанимации, прости господи! Потом бедолагу едва откачали!
А вода есть? Или нашатырь? Может, чем-то таким попробовать обойтись? Или хотя бы перетащить его на кровать? Мм…
Юра оценил габариты Рональда, потом свои, понял, что только волоком и за ноги, и задумался. Как-то это было неромантично…
Он честно попробовал влить в Рональда еще спиртного – было проглочено не открывая глаз.
Потом побрызгал Рональда водой – тот отвернулся и скорчился в позе эмбриона. Наверное, надо было брать воду потеплее.
Юра махнул рукой и потащил с кровати одеяло и подушки. Хоть так человека устроить… нет, но это просто нечестно! Ему в любви признаются, а он… Хоть бы ответил: да или нет? Вот что теперь думать прикажете?!

Что там думал Юра – истории понятно, а вот что думал с утра Рональд? Когда обнаружил себя на ковре, укрытого одеялом, а рядом сопел Юра. Он пытался во сне подкатиться под бочок к Рональду, но помешали злые обстоятельства. А именно температурный режим. Рональду становилось жарко, он во сне перекатывался и уползал. Юра замерзал и полз за ним, Рональд опять перекатывался…
Что ж. Ковер в гостиной все это прекрасно выдержал. Натуральный, шерстяной, толстый, на нем хоть рота ночуй – ничего с ним не будет.
«И сколько ж я выпил?» – задумался Рональд.
Память была к нему благосклонна – о вчерашнем Юрином признании он просто ничего не вспомнил. Алкоголь плюс удар – последнюю пару минут он начисто забыл.
А вот Юра помнил. Но сказать ничего не успел: в комнату вошел слуга.
– Доброе утро, ваша светлость, доброе утро, господин адепт… прошу вас следовать за мной – завтрак готов и портные уже ждут…
– Сейчас я умоюсь, – подскочил Рональд и направился в ванную.
Юра только вздохнул. И как тут с ним разговаривать? Но может, еще будет время?
А сейчас… взгляд проходимца упал на полированную дверцу шкафа, в которой видно было его отражение. О боже!!! Если это пугало приличному гею в любви признается – тот с испуга натуралом станет! Волосы дыбом, глаза красные, а в мешках под ними картошку хранить можно! Кошмар!
Юра подскочил на полметра:
– Мне тоже надо… срочно…
Слуга понимающе поклонился:
– Прошу вас, господин адепт…
За дверью ждал еще один слуга, который и сопроводил Юру в его покои.

– Какие милые девушки!
Сказано это было так, что все три милые девушки злобно заскрипели зубами. Но не поспоришь, ежели в гости явилась лично императрица.
Ее императорское величество Эвержанна была молода, мила и очаровательна, по мнению всего высшего света.
Что до трех подруг…
Селия решила, что императрица – дура. Линда – что она стерва, а Анна-Лиза – что Эвержанна похожа на пугало. И вообще у нее плохой вкус.
У императора?
А у него неясно, какой вкус. Императоры супруг себе выбирают не по вкусу, а из соображений политической выгоды.
– Надеюсь, вам понравятся приготовленные платья! Я лично отдавала приказания модистке.
– Мы безумно признательны, ваше императорское величество, – решила ответить за всех троих Селия. – Ваша доброта не знает границ, вы так заботливы…
– Нет-нет, не стоит благодарности. Это мой долг.
Можно подумать, ее кирпичи грузить заставили.
– Ваше императорское величество, вы так самоотверженны…
Один принцип общения с вышестоящими отец Линде в голову вбил. А та его передала подругам: льсти.
Хочешь, чтобы тебя любили? Льсти нагло и беззастенчиво, пересаливай, перехваливай, восторгайся, восхищайся… Даже не сомневайся – сожрут и потребуют добавки.
Правда, у самого лэра Винона так никогда не получалось – вечно он то в морду проверяющему даст, то правду скажет не в той компании.
Но принцип он дочери объяснил, Линда рассказала о нем подругам, а Селия применяла на практике. И успешно рассыпалась в комплиментах тончайшему вкусу императрицы, ее доброму сердцу, ее очарованию…
Та слушала и мило улыбалась. Видимо, не часто баловали.
Все знали, что брак императора обусловлен приданым ее величества. Эвержанна принесла в королевство серебряные рудники, так что могла быть страшнее крокодила и тупее полена – неважно. Рудники же!
Хотя на самом деле Эвержанна была… А какой она была? Самой обыкновенной!
Средний рост, среднее телосложение, без особых выпуклостей, но и без особых проблем, обычная, средняя женщина: светло-каштановые волосы, карие глаза, милая улыбка… наверное, милая. Если бы дама сочла необходимым улыбаться, а не разглядывать девушек с такой надменностью.
И причины для неприязни у нее были – каждая из трех объективно была симпатичнее императрицы. А уж в правильном платье…
Поэтому императрица и позаботилась, чтобы у девушек не было шансов.
Анне-Лизе досталось платье цвета свежей зелени. Да с таким количеством бантов и оборочек, что оставалось только застонать.
Салат-латук знаете? Вот на него блондинка и стала похожа. А слишком яркий цвет успешно нивелировал красоту волос и глаз. Анне-Лизе шли нежные тона, а такой яркий цвет ее попросту «скушал».
Бежевое платье Линды сделало бы честь настоятельнице монастыря. Все достоинства закрыты, платье под горло, кружево на нем, конечно, дорогое, и банты, но оттенок… брюнетка казалась доживающей последние минуты своей жизни.
Селия продолжала щебетать, хотя ей тоже досталось.
Рыжим лучше не носить ярко-розовое, тем более такого ядрено-поросячьего оттенка, который на нее напялили. Даже Анна-Лиза задумалась бы, надеть ли такое платье, а уж Селия…
Ей-ей, от такого сокровища в ужасе удерет любой жених.
Но ведь не скажешь такое в лицо императрице? Да и ее платье говорит само за себя.
Голубое, кружевное, подчеркивающее достоинства фигуры и скрывающее недостатки. Значит, вкус у нее есть, а это…
Эти их платья – злобная диверсия. Но не доставлять же дряни удовольствие и не злиться в ее присутствии? Вот еще не хватало! И плевать, что императрица все равно дрянь, дрянь, дрянь…
Селии повезло. Императрица пресытилась лестью или решила, что все бабы – дуры, а эти три – особенно, и, милостиво поздравив Селию с днем свадьбы, вышла из покоев.
Девушки выпрямились.
– Сука, – высказалась Линда.
Ее не одернула даже Анна-Лиза. Скорее блондинка готова была кое-что добавить по теме…
– Так, девочки, соберитесь! – рыкнула Селия. – Если мы сейчас ничего не сделаем…
– А что мы можем сделать? – хлюпнула носом Анна-Лиза. – Я выгляжу как кошмар! Как пучок салата!
– А я? – огрызнулась Линда. – Сели?!
Селия кое-как расшнуровывала платье.
– Помогайте, чтоб этой стерве повылазило! Давайте, у нас мало времени!
– А…
– Лин! Помоги Анни!
– Зачем?
– Мы сейчас поменяемся с ней платьями, – объяснила Селия.
– Так…
Линда тряхнула головой. И то верно – девчонки одинакового роста, просто Селия худышка, а Анна-Лиза более фигуристая, но… но у Анны-Лизы удачное платье – Юра назвал его стилем… вампир? дампир? Ага, ампир! От груди…
На Селию оно село отлично, разве что в груди чуток провисло, но как и что можно подложить в корсет, чтобы там образовались выпуклости, а не впуклости, девушки знали. Так что Селия оставила одну нижнюю юбку, из золотистого шелка, и перестала быть похожей на салат.
Анна-Лиза примерила розовое платье, но в груди…
– М-да. Сели, проблема…
Как назло платье было под горло и верх затянут легкой сеткой с жемчужинами. Не срежешь и вырез не сделаешь – весь вид потеряешь. Но если спереди нельзя – значит, будет сзади!
Долго подруги не думали, тем более в критической (а то нет?) ситуации.
– Нет у нас проблемы, – ухмыльнулась Линда. – Погоди, где тут ножницы…
– Лин!!! Ты с ума сошла?!
– Но ведь так – нормально?!
– Ну…
Верно, вырез на груди Линда делать не стала. А вот на спине платье обзавелось провокационным узким разрезом, который тут же зашнуровали с помощью лент, их на платье было много, пару десятков оторвать – и то никто не хватится.
Селия чуть-чуть поколдовала – и платья приглушили тон. Стали чуточку более блеклыми, что пошло им на пользу. Для этого и сил особо не требовалось, чуть-чуть состарить краску, заставить ее выгореть – и только. С одеждой, которую планируют носить долго, так не поступают, магически измененная одежда портится вчетверо быстрее, но девушкам надо было только пережить сегодняшнее шоу. А что потом с этими платьями сделают, им наплевать!
– Отлично! – Селия потерла руки. – Теперь ты…
– И что тут можно сделать?
Селия вздохнула:
– Магия в храме развеется, магией мы ничего не сделаем.
– А чем тогда?
Взгляды девушек заметались по покоям, но первой идея пришла в голову Селии:
– О! Пурпур! Рийсский, между прочим!
– Да?
Покрывало на кровати действительно было того самого знаменитого пурпурного цвета. В Рие, столице мод, разводили специальные раковины, из них получали знаменитый краситель и пропитывали им ткань. Оттенки были восхитительные, но цена…
Покрывало стоило столько, что девушкам хватило бы год обучения оплатить. Всем троим.
Магия не может сотворить что-то из ничего. Но вот воспользоваться уже имеющимся…
– Анни, поможешь?
– Что делать?
– Поддержать меня силой. Лин, давай заворачивайся в покрывало.
– Ты меня не окрасишь?
– Не дождешься.
Такие мелкие ухищрения девушки освоили еще на первом курсе. Если ткань или шерсть окрашена, оттенок всегда можно поменять. Приглушить, сделать ярче…
Минусы? Есть. Есть и ограничения.
Ладно, требуется большое количество силы. Ладно, надо быть очень внимательной, чтобы краска и легла ровно, и красила что надо, а не что захочется. Так еще и ткань потом ветшает прямо на глазах.
После того, что Селия сделала со своим платьем и с платьем Анны-Лизы, ткань продержится намного меньше.
Так их можно было бы проносить год. После обработки – месяц, и вряд ли больше. Появятся дыры, нитки начнут расползаться под пальцами…
Именно поэтому адептки и не сходили с ума в попытках перекрасить себе и подругам волосы. Полысеть не хотелось, бывали прецеденты.
У Селии хватало и опыта, и терпения, разве вот силы было маловато. Но Анна-Лиза помогла.
Через пятнадцать минут девушки придирчиво оглядывали Линду.
Все осталось как и было. Цветы в волосах, закрытое платье, разве что банты и рюши с него отдирали всей компанией. Изменился лишь цвет.
Глубокий рийский пурпур заиграл всеми оттенками «крови раковин», сделал кожу брюнетки матовой и белоснежной, а глаза огромными и загадочными. И волосы, стянутые в тяжелый узел, оказались уместны…
– Постарайся ни за что не цеплять платьем, – попросила Селия подругу. – Боюсь, его хватит на день-два.
– Плевать, – пожала плечами Линда. – Сели, ты чудо!
И пнула кончиком пурпурной туфли остатки покрывала с кровати. Выглядело оно откровенно жалко – этакая горстка белых хлопьев.
Селия довольно улыбнулась:
– Девочки, вы неотразимы.
– А ты просто очаровательная невеста, – отозвались девочки.
И с чувством выполненного долга они принялись ждать сопровождающих.

– Мама!!!
Причины для высказывания недовольства у Рональда были.
Или нет?
С одной стороны, мама жива и здорова. И это просто замечательно.
А с другой – а она вообще болела? Или его – как это Юра выразился? – разводили, как лоха?
Вот именно его. Хотя при чем тут растение с красивым названием – непонятно. Оно вроде бы и так растет, без разведения…
– Сынок, мы так рады, так рады!!!
– А я как рад, что ты жива и здорова.
Мать даже не смутилась:
– Известие о твоей предстоящей свадьбе просто подняло меня на ноги. А где моя невестка?
– Одевается, – буркнул Рональд.
Юра, которому так и не представилась возможность поговорить с любимым человеком, посмотрел на него взглядом тюленя, страдающего от зубной боли.
– Лиасон, – мрачно проворчал лорд Аргайл. – Эх ты, я тебе такую девушку выбрал…
– Благодарю за заботу. Но я и сам отлично справился, – отрезал Рональд.
Леди Дороти пнула супруга, чтобы не зарывался.
Подумаешь – Лиасон! Ведь не абы кто, графская дочка, а это всяко выше баронской. Опять же, его величество приданое обещал, и девочка – маг. Не самый сильный, но идеала не бывает. Главное – сын женится, а там и внуки пойдут, так что – цыц! А еще император обещал лично отвести Селию к алтарю, а это – честь!
Заиграла музыка. Пока еще тихо, возвещая о прибытии невесты. Все спешно заняли свои места.
В торжественной обстановке император вел по проходу – фею. Или дриаду.
Очаровательное видение в нежно-зеленом платье, с распущенной волной огненно-рыжих волос. Селия мило улыбалась и выглядела смущенной, но очень хорошенькой. Леди Дороти утерла слезинку.
Императрица скрипнула зубами.
Вслед за Селией шли еще две девушки. Анна-Лиза, очаровательная в розовом платье, и Линда, которая выглядела так…
Селия в день свадьбы была очаровательным эльфом, духом леса. Анна-Лиза – очаровательной куклой, в которую хотелось поиграть всем присутствующим мужчинам.
А Линда…
Не устоял даже император. На миг, только на миг…
Его глаза стали такими, словно он уже слопал брюнетку, как вишенку с дерева.
Линда была воплощенным соблазном – сильная, умная, красивая женщина, которая знает себе цену. Императрица скрипнула зубами, гляда на кошачьи мужские улыбочки, но крыть-то было и нечем!
Сама нарвалась! Но как?! Как эти стервочки так быстро все успели? Где она промахнулась?
Если бы Селия соизволила ответить императрице, она бы сказала просто: дружба. Та самая, женская, которая все-таки бывает. И благодаря которой совершаются настоящие чудеса.
Селия подошла к Рональду.
Император кивнул жрецу, не отводя взгляда от платья Линды… да, очень достойная девушка, несомненно…
– Возлюбленные чада Творца, мы собрались здесь…

Скоро они выйдут из храма. Очень скоро.
Мужчина знал, что будет дальше.
Они все прошествуют во дворец, там будет торжество для благородных. А для простолюдинов – на площади.
Что он может сделать? Пока – ничего. Все решится этой ночью, первой брачной ночью, во дворце. Его уговаривали подождать. Но… рисковать не хотелось.
Если Рональд и его девка уезжают в свадебное путешествие, кто знает, сколько оно продлится?
Да и потом… У свадебного путешествия обычно бывает и результат. Он даже после первой брачной ночи может быть!
Р-ребенок! Существо, которое получит все то, что должно принадлежать ему, Эрвину. Разве это справедливо? Разве честно, что все получает тот, кто раньше родился? Нелепость, глупость, гадость! Почему не он?!
Рональд никогда не подходил на роль наследника, он был слишком взбалмошен, рассеян, да что там! Он удирал из замка на ночную рыбалку, он болтал со слугами, он никогда не понимал, как должен держать себя, он…
Да что там говорить! Он попросту был недостоен!
Всего лишь пара лет разницы, и такая беда для Эрвина! Если бы он родился первым! Если бы…
Когда Рональда выгнали и Эрвин стал наследником, он ощутил… умиротворение.
Вот теперь все было правильно, все было как надо. А дальше…
А что – дальше?
Что такого было в его маленьких развлечениях? Что страшного, что удивительного? Почему он не имел на это права? Почему он не мог получить хоть что-то в компенсацию за бесцельно прожитые рядом с гадом Рональдом годы?! В конце концов, что он такого творил?
Перебесился бы и успокоился! Нет? Нет…
Даже этого ему спокойно сделать не дали, развизжались, словно он прилюдно на мантию императора помочился.
А и было-то… Подумаешь – какая-то шлюха покончила с собой! Да мир, может, чище стал после ее смерти! Что она хорошего сделала бы?
Вышла замуж, нарожала бы сопливых ублюдков и раздвигала бы ноги перед каждым придворным хлыщом! Сдохла – и ладно!
Не могла она это сделать тихо? Надо было устраивать скандалы, шуметь, выставлять его во всем виноватым… да в чем?! В том, что ее родители ноги вместе держать не научили?!
И его родители тоже хороши… «Эрвин, ты не оправдал наших надежд…» «Эрвин, сыночек, как ты мог?!» Уроды! А чуть стоило ему оступиться – ваше поведение недостойно наследника рода Аргайл! Сволочи!
Выставили его, как… как ветошь отдали старьевщику. И – забыли! Сволочи!!!
Ничего, он с ними еще поквитается! Они еще ему за все заплатят…
И орки! Эти вообще мрази, пробы ставить негде! Что им надо вообще было? Почему им дали такой подарок судьбы, как земляное масло?!
Казалось бы, все в порядке, еще немного, и у Эрвина в руках оказалась бы власть…
Да, власть… Деньги, возможность поторговаться, связи…
И все испортил мерзкий косоглазый урод! Даххар, мразь такая! Его, Эрвина, просто выкинули, словно… Второй раз выкинули…
Мужчина усилием воли задавил приступ гнева. Тот сгинул, оставив на память о себе сильную изжогу.
Ничего, он со всеми поквитается!
Нашлись мудрые люди, оценили его по достоинству! Приняли к себе, поняли, что он выше многих и многих…
Эрвин довольно улыбнулся. Дайте время… Дайте немного времени, и он будет править этой империей. Из тени, но будет… да и не суть это важно. Пусть из тени, главное не известность, а власть.
А сейчас…
Сегодня ночью он разберется с людьми, которые унижают его одним фактом своего существования. Они ему за все ответят – сегодня ночью.
А пока – ждем… Ждать Эрвин умел. Ждем…

– Можете поцеловать свою супругу.
Рональд послушно наклонился к Селии.
Обычно первый поцелуй описывают, как нечто очень волнующее, ноги подкашивались, голова кружилась…
Селия ничего не почувствовала. И так волновалась – сильнее уж и некуда.
Вокруг все шумело, суетилось, все сливалось в единый круговорот цвета, формы, слов, поцелуев, пожеланий…
Кто ее поздравлял? Кто что говорил? Селия потом и под угрозой жизни не ответила бы…
Сознание выхватывало отдельные моменты.
Вот император, который едва не облизывается на Линду. А та, присев в реверансе, что-то отвечает.
Вот злобный взгляд императрицы. Почему-то на нее, на Селию… странно!
Вот Юра. И глаза у него такие… словно щенка на морозе забыли.
Рональд – серьезный и задумчивый, словно какое-то важное решение принял.
Грон обнаружил, что спина его невесты выглядит весьма соблазнительно в облаке розовых лент, и окидывает всех окружающих бешеным взглядом.
Ну-ну, попробуй устрой сцену ревности. Анна-Лиза тебя до родимых гор подкинет. Гейзером под пятую точку.
Свекор и свекровь. Он – чем-то недовольный, она едва не светится… внуки? Да-да, конечно, внуки – обязательно. Когда? Это уже детали, это неважно…
Вот родной отец. Довольный, счастливый… и две ее сестры рядом – авось и этих пристроить удастся. Стоит ли говорить, что никаких родственных чувств у Селии не было? Слишком давно она уехала из родного дома.
Мистрес Лиан!
Забыв обо всем, Селия крепко обняла женщину, которая стала для нее родным человеком:
– Тетушка!
– Девочка моя! – И такая улыбка. – Ты счастлива! Разве мне нужно – большее? – И уже Рональду: – Берегите Селию, она – сокровище.
– Я знаю. Обещаю, уберегу.
И снова – лица, люди, пожелания…
Селия пришла в себя, только когда за ними захлопнулась дверь спальни и они с мужем остались наедине.
– Рональд?
– Сил моих нет, – честно признался супруг. И упал тряпкой на кровать. – Ни на что. Убейте, а?
Селия хихикнула:
– Юра рассказывал… анекдот.
– Да?
– Когда у новобрачных в его стране спросили, как они провели первую брачную ночь, они ответили, что спали. Так намаялись с этой свадьбой…
Рональд хмыкнул в ответ:
– И ведь не поспоришь. Выспимся?
– С удовольствием! – честно ответила Селия. Все же магом она была слабым и колдовство с платьями ее изрядно вымотало. А потом еще и церемония, и праздник, и танцы…
И не отвертишься. Зато подруги выглядели королевами…
– Интересно, нам тут перекусить не оставили?
Рональд отправился исследовать столик с блюдами, а Селия решила воспользоваться случаем и полежать в ванне.
Не успела. В дверь постучали.

Всю церемонию Юра чувствовал себя отвратительно. Любимый человек женится! Как бы вы себя чувствовали?
Немного утешало отношение Рональда к Селии. Они с новобрачной хоть и целовались, но протокольно, без души. Добросовестно все выполняли, и только.
Юра сидел бы и грустил, но его пихнула в бок Анна-Лиза:
– Будь человеком, пригласи Линду потанцевать!
– Я не умею…
– Грон, тогда ты…
Орк кивнул и отправился выполнять распоряжение невесты.
– Линда танцы любит, но разве здесь потанцуешь?
– А что не так?
– Здесь императорский дворец. А ее происхождение… спорно.
Юра фыркнул:
– Тоже мне, проблема века!
– Тебя это правда не смущает? – Анна-Лиза смотрела пристально, вдумчиво.
– А должно? Она хороший человек и подруга верная… Разве мало?
– Не все так думают.
Анна-Лиза смотрела на Линду, которая кружилась с орком. Выглядели они замечательно. Высокие, темноволосые, сразу видно – опасные…
– Еще я на всех не оглядывался. Девочки, а за что вас так императрица не любит?
Анна-Лиза пожала плечами:
– Не знаю. Она нас изуродовать пыталась… такие платья прислала – жуть.
Юра не удивился:
– Ее можно понять. Ты погляди, как император на вашу подругу смотрит!
Анна-Лиза лишь плечами пожала:
– Линда в любовницы не пойдет. Ей и происхождения с лихвой хватает.
– Это у нормальных людей любовницы, а у императора фаворитки.
Анна-Лиза фыркнула:
– Да хоть кто! Неважно! А тебе Линда совсем не нравится?
– А тебя Грон не ревнует? – сменил скользкую тему Юра.
– Вот еще!
– А жениться не собираетесь?
– Я подумаю. Главное, ему об этом не говори.
Юра понимающе кивнул. Действительно, кто ж о таком мужчинам говорит?
Селия и Рональд танцевали, такие красивые…
Юре стало грустно. Он подхватил бокал вина у первого же лакея и вышел на балкон.
Балконы в императорском дворце были интересные – с них можно было спуститься в сад. Туда Юра и отправился. Заблудиться он не боялся – если что, всегда покричать можно. А проветриться, успокоиться, подумать о дальнейшей жизни…
Надо поговорить с Рональдом.
В конце концов, брак – это простая формальность. И уж точно не помеха настоящей любви!
После прогулки по саду Юра почувствовал себя лучше и спокойнее, а вот когда стал возвращаться…
Не то чтобы он заблудился, но императорский дворец большой, балкон в нем не один, и даже не пять. Юра просто ошибся балконом – и вместо бального зала оказался в небольшой комнате. Решил выйти в коридор и там уже спросить у слуг дорогу, вышел…
Слуг найти было просто нереально!
Торжество ведь! У всех свои дела, обязанности, вообще любой праздник – это целый церемониал, в котором у каждого свои роли. И у работников кухни и тряпки – тоже.
Поворот, еще один… Вот мелькнуло чье-то платье… Юра, недолго думая, направился в ту сторону… Опа! Императрица Эвержанна увлеченно целовалась с неким молодым человеком.
Юра шарахнулся в обратную сторону – и быстро, но тихо пошел по коридору. Лишь бы не увидели. За такое и голову снести могут…

– Вы позволите?
Много чего ожидала Линда. Но чтобы ее! На танец! Пригласил! Император?!
Еще бы она отказала!
– Ваше императорское величество… – Линда присела в реверансе и приняла предложенную руку.
Зазвучали аккорды медленного танца.
Линда окинула залу глазами и пожалела, что Юра не видит. А вдруг приревновал бы? Все же император.
А что он говорит?
– …Будете служить на границе?
И что тут ответить? Что он вообще спрашивал?
– Я еще не думала, ваше импе…
– Государь.
– Благодарю вас, государь.
– Вы красивая девушка, вам может найтись место и в столице.
Линда хмыкнула:
– Государь, полагаю, вы знакомы с моей… историей? Я незаконнорожденная.
– Да, я в курсе. Разве это важно? Вы сильный маг, воительница…
Линда пожала плечами:
– И все же – важно. В столице это имеет значение, государь. А на границе – важно то, что вы перечислили. Там меня ценят за то, что я маг, что я умею…
– Ваши подруги тоже так думают?
Линда решила не упускать случая. А почему нет?
– Государь, Селия умна, но у нее нет денег и связей. Это важно, увы…
– Сейчас у нее все есть.
– Анна-Лиза сильный и талантливый маг, но ее состоянием распоряжаются опекуны. Равно как и ее судьбой. Полагаю, ее захотят выдать замуж за сводного брата. Уже хотели…
Император сдвинул брови:
– Расточительно. Если вы желаете служить империи…
– Желаем, – кивнула Линда. – Государь, мы никогда не думали о замужестве. Никогда…
– Неужели?
– У нас были другие мечты и планы, государь. Но ваш приказ – превыше…
О том, что подруги просто аккуратно встроили Рональда в свои планы, император и сам догадался. И поцеловал девушке руку:
– Я надеюсь, леди Далг, это не последний наш танец. Благодарю вас, мне есть о чем подумать.
Линда поклонилась. Ей тоже было о чем подумать.

Грон так поглядел на очередного придворного щеголя, что тот споткнулся, опрокинул на себя бокал вина и бочком удалился в неизвестность.
А нечего! Это его девушка! Женщина! И вообще! Его!!!
Анна-Лиза хмыкнула, не подозревая о ревнивых мыслях орка:
– Что случилось?
– Ничего.
– Ну раз ничего не случилось – с тебя бокал вина.
Грон хмыкнул, но за добычей отправился. И опрометчиво оставил Анну-Лизу в одиночестве.
Красавица, блондинка, на королевском балу, к тому же богатая и маг… Долго она останется одна? Минуты полторы… И то много!
Грон еще до стола с напитками дойти не успел, а к Анне-Лизе уже подошел следующий кавалер:
– Моя госпожа, вы так печальны и одиноки…
Анна-Лиза хмыкнула:
– Господин, разве можно быть печальной на балу?
Придворный пожал плечами:
– Если вы позволите, леди, вы не будете скучать ни минуты… я прошу вас, подарите мне танец.
– Дама занята, – процедил вернувшийся с бокалами Грон.
Придворный демонстративно поднес к носу надушенный платочек:
– Кто пустил орка в королевский дворец?! Стража!
Ага, стража! Грон обошелся без всякой стражи, одним точным ударом отправив нахала в полет.
Анна-Лиза фыркнула, проследив траекторию:
– Низко полетел. К дождю.
Больше никто ничего сказать не успел.
– Что здесь происходит?! – Конечно, его императорское величество такое пропустить никак не мог. Такой скандал – драка на балу! Да за меньшее головы рубили!
– Этот орк… это животное, – простонал придворный.
Полетел он низко и улетел недалеко. Увы…
И сейчас поднимался с пола, изрядно шепелявя. Удар у Грона был поставлен просто замечательно.
– Этот гад к моей жене приставал! – рявкнул Грон.
Анна-Лиза онемела. Жене?!

Глава 9

Не то чтобы Далларен любил орков… Да и слово «политкорректность» не о нем было сказано. Он что – извращенец?
Живет у вас на границах, практически на заднем дворе, племя, которое на вас чихать хотело. И выкурить его с гор… С ума сойдешь!
Магия – она тоже не всесильна, а от падающего камня могут и не спасти.
И ладно бы хоть действительно не лезли! Так нет! Воруют! В набеги ходят! Пакостят по-крупному и по мелочи…
Это как стая крыс – и не выведешь, и не отобьешься, и ущерб терпишь, и пользы никакой – раздражает. Поэтому вопль на тему «животного» лично его не покоробил.
Но… земляное масло.
В данный момент это уже не крыса – это… К примеру, курица. И с нее можно получить яички, перо и мясо. А коли так…
Далларен сверху вниз посмотрел на маркиза Сейнли. Наконец-то наглый сопляк нарвался. И сейчас ему еще добавят – для укрепления добрососедских отношений с орками.
Но император банально не успел.
– Жену? – От тона, которым было произнесено коротенькое слово, мороз по коже прошел у всех присутствующих.
Анна-Лиза шагнула вперед:
– Жену?
Грон занервничал:
– Я… это…
– Жену?!
Грон дернулся, зачем-то залез в карман, выронил рулончик ленты, которая быстро развернулась в его пальцах, покатилась по полу…
– Брачная лента, – опознал кто-то.
Император хмыкнул.
Да, было у орков такое… дикий же народ!
Садятся перед старейшинами парень с девушкой на скамью, им щиколотки связывают, если они потом вместе по комнате пройдут, через порог парень ее перенесет, ну и ночь вместе – считай, брак заключили. Но…
Судя по лицу Анны-Лизы, она и понятия не имела о таком событии в своей жизни.
– Брачная? Лента?
Поежился даже император.
– Я магу всэ объясныть, – вякнул Грон – от волнения у него снова прорезался акцент.
А в следующий миг Анна-Лиза активировала заклинания:
– Проще овдоветь!
И в центре бального зала раскрутился водяной смерч.
Почему-то единственной мыслью Далларена было – хорошо, что молодые уже ушли.
Императора сильно рванули назад – и между разъяренной стихией и придворными встала защитная стена. Тонкий пылевой экран, который тем не менее не пробивался магией взбешенной блондинки.
Анна-Лиза полосовала водяными плетями со всего размаха, водяной смерч надвигался на орка, и тот принял единственно возможное решение.
Выскочил на балкон и, кажется, спрыгнул в сад. Воин не убегает – воин стратегически отступает на заранее подготовленные позиции! А сад? Сад восстановят! Наверное, годика через три…
Водяной смерч мягко подхватил свою повелительницу и последовал за ним.
– Простите, государь, – извинилась Линда, которая и создала пылевой щит. – Подруга немного погорячилась.
Далларен вздохнул, отряхивая камзол от пыли.
И где, спрашивается, его охрана? Так и убьют, а эти идиоты почесаться не успеют…
– Определенно. – Больше ему ничего в голову не пришло.
Линда развела руками:
– Анна-Лиза вообще не вспыльчивая, но… она не знала горских обычаев. А меня рядом не оказалось, чтобы предупредить.
– Да, это очень некрасиво со стороны орков, – согласился Далларен, уже вполне иронично.
– Ничего страшного, государь, – Линда была вполне серьезна. – Сейчас Анна-Лиза овдовеет – и вернется.
Император задумчиво кивнул. Вообще-то у него уже были планы на леди Эресаль. Но судя по лицам придворных…
Орк – это теперь единственно возможный вариант замужества. Остальные все же не лишены инстинкта самосохранения.
– Насколько я понимаю, он дальний родственник Аргайлов?
– Да, государь.
– Тогда надо помочь орку.
– Кому, государь? – нахмурилась Линда. С ее точки зрения, помогать надо было Анне-Лизе.
– Даже если он орк – просто так его убивать нельзя. Надо казнить по всем правилам, – нашел аргумент император.
– А если это семейное дело?
– Это не повод семейно разносить мой сад. Пойдемте посмотрим, что там происходит, – и император, подхватив Линду под руку, направился на балкон, опоясывающий бальный зал.
Придворные гурьбой ринулись следом за венценосцем. Когда еще такое увидишь!

Грон удачно спрятался за деревом.
Нет, неудачно. Дерево перерубили пополам. Орк скрылся в кустах.
– Десятка на орка! – воскликнул какой-то мужчина в генеральском мундире. – Убежит!
– Аполитично рассуждаете! – упрекнул военного напомаженный придворный в парике и буклях. – Отвечаю – и пятерка сверху!
– Ты меня еще поучи, петух придворный! – возмутился генерал. – Смотри, как маятник умело качает! Еще пятерка!
…Беседка? Рухнула под ударом сверху. И это Грону еще повезло.
– Драпай!!! Вниз!!! – император аж подпрыгнул от вопля из-за спины.
– Леди Круазель? Вы же еще меня этикету учили! – попенял Далларен чопорной старушенции в пенсне.
– Где этикет, а где мужчина! Да какой! Эх, мне бы лет двадцать скинуть!
На взгляд Линды, скидывать надо было все восемьдесят! Но если что – они ей орка подарят. Перевязанного ленточкой и с бантиком. Да, именно так!
…Бабах! Мраморная беседка рассыпалась щебенкой.
– Сейчас в ход пойдут накопители! – констатировала Линда.
– Это была любимая беседка императрицы! – с грустью проговорил Далларен.
– Мы сожалеем, государь, – Линда благоразумно не стала озвучивать вслух свои мысли, которые были далеки от верноподданнических. А не фиг было из нас уродин делать! Платья она нам подобрала! Вот и сиди теперь без беседки!
Грон, изрядно вымокший, рванул куда-то под стену дворца и стал невидим для придворных. Анна-Лиза подняла ладонь, на которой сформировались водяные ножи.
– Какой мужчина! – прозвучал отчетливый вздох юной фрейлины.
– Молчи, бесстыдница! – оборвал ее папенька.
– Но какой мужчина! За такого и замуж можно…
– Убью не глядя.
– Как скажете, папенька.
Линда пригляделась к фрейлине. А то кто их знает, кого они там убьют…
Анна-Лиза отправила ножи вслед за Гроном и, медленно раскрутив водяное лассо, направилась следом. Увы, выйдя из поля зрения придворных.
– И каков ваш прогноз? – император обращался к Линде, но ответы посыпались со всех сторон.
– Девочка его уделает! – решил придворный павлин.
– Сад восстанавливать придется! – канцлер, как всегда, думал лишь о деньгах.
– Поженятся! – усмехнулась леди Круазель.
«А мне выходить замуж за того старого козла! Нет в мире справедливости!» – подумала юная фрейлина, но благоразумно промолчала.

Анна-Лиза знала, что человек состоит в основном из воды. Но чтобы ее вскипятить или испарить, требуется больше времени. Водяной плетью быстрее и проще.
Грон увернулся и помчался через сад.
Анна-Лиза швырнула ему вдогонку «водяных ос». Замужество? Погоди ж ты у меня, сволочь такая!!! Пришибу!!!
Это в романах интересно читать о чем-то подобном. А когда оно происходит с тобой – остается только дикое желание порвать всех, запинать ногами и загрызть к растакой-то матери! Сволочи!!! А потом еще поехать в горы и сделать на их месте норы! И дыры!
Правила приличия? Не смешите меня! Анна-Лиза сейчас вообще ни о чем не думала. И зря.
Минут двадцать она гоняла орка по саду, потом чуть выдохлась, и негодяй не упустил своего шанса. Грон прыгнул сзади, сшиб разъяренную магессу на землю, и они покатились кубарем.
Анна-Лиза зашипела и попробовала вцепиться орку в глаза. Ага, как же! Магией она бы одолела, но в обычной схватке оказалась не на высоте.
– Анни, прости меня!
– Сволочь!!!
– Это отец! Я сам не знал!!!
– Зарою!!!
– Я же тебе еще и помогу! Это было подло по отношению к тебе! Гадко! И тебе не объяснили смысла…
– А ты и рад стараться, – Анна-Лиза невольно перешла к диалогу. – Мог бы сказать!
– Как? Прости, но мы женаты?
– Мм…
Грон опустил голову и уперся своим лбом в лоб Анни:
– Я думал сказать. Или думал поухаживать, сделать предложение… я знаю, наши ритуалы здесь ни о чем… то есть… и мы его до конца не довели.
– Только попробуй!
– Анни, ты меня совсем уж скотиной считаешь?
– Именно! И слезь с меня земля холодная.
Грон вздохнул и перекатился так, что Анна-Лиза оказалась сверху.
– Прости. Отец и меня не предупредил, а когда все началось… ты помнишь? Там и старейшины были, и все… я не стал выставлять нас дураками. Только и всего. Мы не завершили обряд.
– Но считаемся женатыми?
– По закону гор.
– Так какого…
Грон прикрыл глаза:
– Какого? Да все просто! Я действительно тебя… я тебя люблю! И даже не имею права ревновать! А все эти придворные твари… и смотрят, как на насекомое… плевать на них, но ты…
Анна-Лиза тоже прикрыла глаза, успокаиваясь. Да и силы она потратила…
Убить Грона хватит, но уже не хотелось. Действительно, что должен был кричать парень? Не виноватый я? Не согласный? Помогите, насилуют?!
Как вариант, но если с кого и спрашивать – так это с его отца. И ведь как извернулись, твари…
Ты могла бы выйти замуж за Грона? 
Она-то говорила чисто гипотетически, а поняли ее буквально. Сама, дура, виновата.
– Отпусти. Не буду я тебя убивать.
– Точно? – Но руки Грон убрал.
Анна-Лиза потерла запястья:
– Синяки будут.
– Прости. Я не рассчитал силу.
Анна-Лиза вздохнула и слезла с орка:
– Этот брак расторгается?
– Мы можем просто его не завершать. Тогда через три года…
– Это не страшно, – выдохнула блондинка. – Я замуж и не собиралась.
Грон поднялся с земли и протянул ей руку:
– Прости за вспышку ревности. Но… ты и правда… я дурак – да?
И что можно было ответить на этот приступ искренности?
– Да.
– Что нам теперь делать?
Анна-Лиза фыркнула. Ну да, после ее приступа ярости, обратно им возвращаться никак нельзя. Она по уши в грязи, Грон по уши в грязи…
– Я думаю, надо привести себя в порядок.
– А…
– Сейчас, минуту…
Анна-Лиза прикрыла глаза, настраиваясь на подругу. Где Селия, она определяла легко.
– Пошли.
– Куда?
– К Селии.
– А…
Анна-Лиза фыркнула:
– Я бы не рассчитывала на брачную ночь. Зная подругу – они с Рональдом сейчас беседуют о чем-то возвышенном.
Грон хмыкнул:
– У вас это семейное?
Анна-Лиза весело фыркнула:
– Угадал. Именно что семейное. Идешь или тут побудешь?
Грон махнул рукой и последовал за блондинкой. А что? Сходить с ума – так хоть весело!

Рональд валялся на кровати и жевал бутерброд с мясом. Вкусно…
Селия жевала апельсин:
– Вкусно.
– Должно быть хоть что-то хорошее в этом дне!
Селия была полностью согласна. Что-то – должно.
Ой… В окно постучали.
Рональд схватился за амулеты. Селия фыркнула, подошла к окну и попробовала распахнуть раму. За окном, на водяной лестнице, скромно стояла весьма потрепанная Анна-Лиза. Рядом с ней притулился такой же пожеванный орк. Интересно, кто это их?
Селия еще думала, а руки действовали быстрее хозяйки, распахивая раму.
– Анни? Что случилось?!
– Привет. Пустишь? Все… можно решить.
– Залетай, – кивнула Селия. И посторонилась. Ну, если можно решить, это не страшно. Мало ли какие проблемы бывают?
– Анна-Лиза? – уточнил Рон.
– Да. И этот… клыкастый со мной, – Анна-Лиза уже перебиралась через подоконник. Платье ее не выдержало полета и падения и больше всего напоминало половую тряпку. Грону тоже досталось, но он хотя бы магически одежду не изменял, потому его костюм был относительно целым.
– Анни! Что случилось?
– Ничего хорошего. Ты представляешь… Эти орки…
– Кхм…
– Да, и ты тоже. Оказывается, я замужем!
– Что?!
Анна-Лиза скрывать не стала. Ни что произошло, ни как.
Селия покосилась на Грона. Подумала пару минут.
– Анни, мы можем еще раз съездить в горы. Или попросту плюнуть и забыть. Думаю, их скоро достанут.
– «Собакоголовые»?
– Ага, они, – кивнула Селия. – Какая разница его величеству, кто ему будет масло и арцит продавать? Не будет Даххаров – другой найдется.
– Вы так благородны, – оскалился Грон.
Селия посмотрела на него, как на блоху:
– Я всегда буду на стороне своей подруги. Если для счастья Анни мне понадобится ваши горы срыть до основания – я только уточню, где взять лопату.
Сказано было спокойно и без лишней аффектации. Грон проникся и жалобно поглядел на Рональда:
– Я не хотел. Но отец…
– Насколько я знаю, в горских кланах отец действительно имеет право голоса. И больше – никто.
Линда стояла в дверях, за ее спиной маячил Юра.
Рональд подумал, что первая брачная ночь у него… запоминающаяся. И точно самая оригинальная.

– Сели, у тебя найдется что надеть? – Анна-Лиза решила, что ругаться непродуктивно.
– Найдем. Иди купайся, – Селия кивнула в сторону ванной комнаты. – Только быстро.
– Почему? – не понял Юра.
Селия пожала плечами:
– Убийц ждем.
– Уб-бийц?
– А кого еще? – удивилась Селия. – Чтобы устранить нас, у них есть эта ночь. Ну, еще завтрашнее утро, а потом все придется отложить. А в горах сейчас пойдет веселье, потом до нас можно и вовсе не добраться…
Рон кивнул:
– Да, думаю, все решится сегодня ночью. Если вы убийц не спугнули.
– Не должны были. Мы пришли из сада, – задумалась Анна-Лиза.
– И рядом никого не было, – добавил Грон.
– Мы пришли из зала, – Линда хмыкнула. – И рядом тоже никого не было, но это ничего не значит.
Анна-Лиза пожала плечами и направилась в ванную комнату. Селия зарылась в шкаф и достала симпатичное платье из голубого шелка с вышивкой.
– Думаю, это подойдет. В крайнем случае модифицируем.
– Ну нет! Хватит мне одного изуродованного платья, – обиделась Анна-Лиза. Взяла одежду и отправилась купаться.
Линда уселась на кровать.
– Юра…
– Да, Рональд, вы знаете, что императрица изменяет мужу?
– Эвержанна?
– Да.
– Я думал, она умнее. Если император узнает, ее казнят. – Рональд говорил абсолютно спокойно.
Юра даже головой замотал:
– Рон… ты серьезно?!
– Конечно. В вашем мире это не так?
Юра признал:
– Тоже так. Но находятся же дуры… что – засвербело? Глупость какая-то…
– Не глупость – предательство.
– Император ведь тоже погуливает?
– Это немного другое. У императорской четы пока еще нет наследника, – пояснил Рональд. – Если Эвержанна родила бы двоих-троих, а потом пошла блудить – дело другое. Но до рождения сына – нельзя. Иначе его права на престол будут сомнительны.
– А…
– Магия, Юра. Магия не даст обмануть.
– Даже если ребенок будет от императора?
– В том-то и дело… много лет прошло, даже в Аргайлах есть капля крови императорской династии. Если Эвержанна родила бы от меня – все равно магия покажет кровное родство. А какое именно… таких тонкостей она не улавливает.
– ДНК-теста на вас нет. Без всякой магии.
– Что такое ДНК-тест? – заинтересовалась Селия.
Юра принялся рассказывать. Но пришлось прерваться на самом интересном – анализах.
Ручка двери начала медленно поворачиваться.

Диспозиция определилась мгновенно.
Линда кошкой прянула к двери, Грон бросился к стене и схватил с камина тяжелый канделябр – чтоб этим приемам! Оружие бы! Но – нельзя. А по дороге он им нигде не разжился.
Рональд толкнул Селию за кровать, сам сжал в кулаке горсть амулетов, если что, активировать их – доля секунды.
Юра растерялся, метнулся вправо, влево… Селия утянула его к себе, заработав благодарный взгляд от Линды.
Дверь открылась. И в комнату полетело нечто небольшое, черное, источающее дымку…
Первой отреагировала Линда. Один точный пинок ногой – и неизвестное нечто улетело обратно в коридор. Где и сдетонировало.

Повезло.
Дворец – это вам не хижина лесоруба, стены каменные и толстые. И дверь толщиной в ладонь, такую даже взрывом не вдруг выломаешь.
Грохнуло так, что балдахин над кроватью обрушился. И все стихло.
Снаружи кто-то застонал. Грон осторожно выглянул за дверь.
М-да. Если это и было человеком… Людьми? Орками?
Сложный вопрос. Сейчас это было фаршем. Который прокрутили через мясорубку и художественно размазали по периметру коридора.
Прямо на глазах орка кусок чего-то ливера? – отвалился с потолка и шлепнулся прямо перед сапогом.
– Бэ-э-э, – сказал кто-то сзади. Выразительно так…
Юра. И кто его просил выглядывать?
Рон отнесся к происходящему спокойнее:
– Девушки, не выглядывайте.
– Все настолько плохо? – поинтересовалась Селия, не торопясь выходить.
– Запачкаетесь, – лаконично ответил Рональд.
– Не выглянем, – пообещала Селия. – Анни, намочи полотенце! Юра, вот так держи, вытирайся… дыши ровнее.
Мужчины переглянулись.
Рональд вздохнул и сделал шаг вперед:
– Надо сообщить его величеству…
– О боже!!!
На шум явились слуги. Еще б из них никто не блевал, не падал в обморок, и вообще… Принесли бы швабру, что ли?
Вот как по этому месиву ходить прикажете? Между прочим, человек – это вам не маргаритка, в нем и удобрения тоже есть… килограммов… десять! Судя по всему! И воняет это тоже…
А по этому всему надо туфлями… Бэ-э-э!
Тошниться Рональд не стал, но и не возрадовался:
– Ладно, подождем кого посильнее.

– Анни, как должна проходить первая брачная ночь?
Блондинка задумалась:
– Традиционно?
– Хотя бы! – Линда изо всех сил пыталась отвлечь Юру от кошмарного зрелища. Получалось не особо хорошо! Но девушки честно старались.
– Так… полагаются розы или хотя бы лепестки роз на кровати…
– Розы отпадают, потом колючки из… короче, их не вытащишь. Еще и загноятся.
– Зато запомнишь надолго. Лепестки тебя чем не устраивают?
– Липнуть будут.
– Зато романтика. Итак, лепестки роз, вино, свечи, невеста в пеньюаре, жених его снимает и отбрасывает в сторону.
– По закону подлости, на свечи. Тряпка вспыхивает, ее заливают вином – и всем становится жить веселее и интереснее. Это факт, – согласилась Селия. – А если нетрадиционно?
– В «Проклятом бароне» первая брачная ночь прошла на мельнице, на которую героев оборотни загнали. Целой стаей.
– И они смогли… Мм… подтвердить брак? – удивилась Селия. – На мельнице, не боясь оборотней?
Героические личности. Это ж надо, какая… какой потенциал!
– Да нет! Они были всю ночь заняты!
– Чем?
– Мешками с мукой двери баррикадировали.
Юра только головой покачал:
– Есть вещи, неизменные в любом мире.
– И это дамские романы? – угадала Анна-Лиза.
– Именно.
В коридоре стало шумно, на помощь подоспели еще слуги и стража.

Выяснилось все достаточно быстро.
Злоумышленник подошел к двери покоев, в которых расположились новобрачные, открыл их…
Так просто?
Не просто, но у него была отмычка. Остатки отмычки нашлись в районе лепнины на потолке.
Приоткрыл дверь и хотел забросить гранату. Магическую, понятно.
После этого можно было войти в комнату и добить несчастных.
Ага… если б у них была обычная брачная ночь. А так…
Граната улетела обратно, сразу же рванула, на несчастном преступнике сдетонировало еще что-то убийственное…
Опознать и по фрагментам не получится.
Похоже, был еще кто-то из дворцовых слуг, но и того…
Опознание можно провести только методом исключения. Кого не найдут, того и разорвало. А то по клочкам штанов с позументами много не определишь, только то, что мужчина.
Его императорское величество был весьма недоволен.
Вот как теперь врага ловить?
А если он второй раз не покусится? Или опять с тем же результатом?
Нет, Далларен не ругался, но… это ж надо! Так успешно угробить врага!
– Простите, государь, мы в следующий раз попробуем его живьем взять, – покаялся Рональд.
Государь махнул рукой и простил. И отправил всю компанию в другие покои. Смежные.
Если хотят – пусть досыпают, хотят – брачную ночь устраивают…
Да, состав компании его тоже впечатлил. У убийцы просто не было шансов, такой толпой его бы попросту затоптали.
А так – взорвали. И некроманта не позовешь. Все же в коридоре было двое человек, и их так перемешало…
Разобрать, где и чей фарш, просто нереально. И отделить одного от другого – тоже. Увы…
Остается ждать следующих убийц. Вдруг с ними больше повезет – хоть что-то для допроса останется?

В комнате Рональд развалился на кровати.
Селия вздохнула и направилась к дверям:
– Я к девочкам. Хорошо?
– Только осторожнее.
– Мы дверь комодом подопрем. Ты бы тоже…
Рональд покачал головой:
– Я подожду. Вдруг…
– Сомневаюсь. Но… ладно, я пошла.
Рональд послал супруге воздушный поцелуй. Селия улыбнулась и исчезла за дверью.
Кажется, ему повезло?
Скрипнула вторая дверь. В комнату бочком просочился Юра.

Селия упала на кровать и сбросила с ног осточертевшие туфли. Надоели!!!
– Уфф!
– Согласна. – Рядом так же упала Анна-Лиза.
Линда пристроилась с другой стороны от подруги:
– Это был тяжелый день. Девочки, вытащите у меня эти шпильки, а? Я сейчас сдохну…
Селия фыркнула. Да, ей-то хорошо, она невеста, может ходить с распущенными волосами. Анне-Лизе тоже неплохо. Ее кудряшки больше всего напоминают пену, они легкие и пушистые. А вот Линда, с ее гривой… У брюнетки коса до пояса, тяжелая, черная… сейчас они узел сделали, но вес-то от этого не меняется! А отрезать… Отец против, а расстраивать лэра Далга Линда не желает. Она его любит.
Девушки извернулись и принялись в четыре руки разбирать прическу. Наконец дело было сделано, и Линда застонала от счастья:
– Спасительницы!
Девушки фыркнули.
– Анни, – вспомнила Линда, – знаешь, что мне Юра рассказал?
– Что?
Про императрицу Линда поведала почти шепотом. Селия не комментировала, она и так уже все знала, а вот Анни язык прикусывать не стала.
– Я знала, что она гадина!
– Знает ли об этом император?
– Вряд ли. Анни, сама подумай, неужели бы он это спустил?
– Никогда. Или… во имя государственных интересов?
– Нет, вряд ли, – покачала головой Линда. – Престолонаследие.
Анна-Лиза фыркнула. И задала вопрос, который не пришел в голову девушкам:
– А кто именно ее любовник? И… если императора не станет, а императрица беременна? Ее ребенок наследует трон? – Вот что значит образование! И правильные книжные увлечения!
Девушки переглянулись.
Селия выдохнула:
– Анни… ты – гений!
Анна-Лиза пожала плечами. Да, вот так. Селия умничка в том, что касается теории, фактов, законов, правил, учебников. А в жизненных ситуациях лучше получается у нее. Что-то она видит, о чем-то задумывается…
– Это логично!
– А ведь и правда. Кто любовник? И… нужен ли ей муж?
Девушки с ужасом переглянулись.
– Император?!

– Рональд, как ты?
– Отвратительно, – честно признался Рон. – Мало того что женили, так еще и убить пытаются. И первого бы с лихвой хватило!
– Кошмар, – Юра уселся на кровать рядом с Роном, коснулся кончиками пальцев его ладони. Потом осмелел и положил сверху ладонь. – Вообще, такой ужас эти договорные браки!
– Моя бы воля – век бы не женился, – честно сознался Рональд.
– Ничего, Селия девочка умная, она не будет тебе мешать.
– И то хорошо, – хотя нельзя сказать, что Рональд говорил искренне. Чем-то ему это не нравилось. Царапало…
– Ты еще можешь быть счастлив…
– Если выживу.
– Я все для этого сделаю! – горячо поклялся Юра.
Рональд покосился на иномирца.
Ага, сидит этакий мальчик, едва ветром не продуваемый, ручки тонкие, мускулов вообще нет, моська как у испуганного хомячка…
Что он сделает? Героически в обморок упадет?
Не могло сюда из иного мира что поприличнее занести? Бойца с вот такенным мечом? Или мага с вот такенным посохом?
Вслух Рональд этого не сказал, конечно.
– Юра… спасибо тебе. Но… я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Рональд имел в виду, что он-то выживет. А вот необученный иномирец – попросту жертва на алтаре.
Но Юра понял все по-своему:
– Я тоже не хочу тебя потерять! Я тебя люблю!
– Я тебя тоже…
А вот договорить Рональд не успел. Хотя – да. Он Юру тоже любил и уважал. Как хорошего друга, как человека… да что – человека уже и любить нельзя? Пусть иномирец, но ведь хороший же парень, ему бы такого брата!
В комнату влетели все три девушки:
– Император!!!
Рональд подскочил на два метра:
– Что?!
Линда выдохнула. И коротко изложила их подозрения. На обиженного Юру никто внимания не обратил.
Ну… бабы! В такой момент вломиться и все испоганить! Совести у вас нет! Самки носорога!!! В гоне!!! В загоне!!!

Рональд отреагировал единственно возможным образом. Императора реально надо было спасать.
Только вот… Ну да, идиоты! Не подумали, не сказали сразу, и вообще… Но не каждый же день на него покушаются! И вообще…
«Ваше величество, извините, отвлекитесь на минуту. И осторожнее, а то фарш со стены рогами соскребете».
Ага. А потом убийцы уже и не понадобятся. Разозленный император и сам все отлично сделает…
А вот сейчас сказать бы и можно, и нужно… интересно, где сейчас император? И идти – не всем. К примеру, ему… и Линде! В самый раз.
Он маг, Линда воин… а тут останутся все остальные. Как раз Грон – воин, Анна-Лиза маг. Селия маг, но слабый, она не отобьется, если что. Юра вообще пока еще зародыш мага – даже не личинка, так… И все равно не хочется, чтобы его убили.
Рональд подмигнул Юре:
– Мы сейчас к императору и обратно. Если что – открывать мне или Линде.
– Может, я с вами? – подхватился Юра.
Рональд покачал головой. Лучше было не рисковать. Случись что – он не маг, он попросту погибнет. Нет, нельзя…
– Линда?
Брюнетка деловито заплетала волосы в косу:
– Анни, поделись лентой.
– Давай завяжу.
– Спасибо.
Линда вышла вслед за Рональдом.
Юра вздохнул. Ох уж эти бабы. Но… Рональд ведь его тоже любит? Правда?
И на губах проходимца расплылась счастливая детская улыбка. Это же здорово! Это так прекрасно – взаимность!

Попасть к императору не так-то просто. Но есть одно исключение. Фаворитка.
Сейчас официальной фаворитки у Далларена не было, но… кто сказал, что Линда не могла ею стать? Это Рональд и изложил по дороге.
Куда идти – он знал.
До первого поста стражи он Линду проводит, а потом она сама… ей надо просто изложить императору ситуацию и попросить его впустить Рональда. Тот пойдет к потайному ходу и подождет рядом. Сам он им воспользоваться не может, все же это императорский дворец.
Линда согласно кивнула. Надо? Значит, надо.
И императора ей было жалко, между нами говоря. Хороший же мужик, сразу видно! Плевать, что император, все равно хороший, а эта зараза ему изменяет! Хоть родила бы сначала, а потом хвостом крутила, стерва!
– А ты?
Рональд хмыкнул:
– Обо мне не беспокойся. Я там буду.
– А как?
– Линда…
Линда махнула рукой. Понятно же, ей никто о всяких тонкостях не скажет. Ей и так многое уже доверили. А коли так…
– Я все поняла.
– Умничка, действуй.
Линда кивнула и пошла к посту охраны.
– Его императорское величество приказал мне прийти. Для… беседы.
И понаглее, понаглее…
Стражники переглянулись. Может, и не сработал бы план. Но…
Император танцевал с брюнеткой на балу, о чем-то разговаривал и даже поцеловал руку. Может, и – того? Договаривался? Ну не дура ж она – просто так лезть? За такое и казнить могут!
Линда прошла мимо еще трех пар стражников и ненадолго замерла у дверей императорских покоев. Подождать? Постучать?
Юра называл это странным словом «стремно». Вот уж воистину стремно! Но – надо! Авось и не казнят. А и сослать? Куда еще-то? Дальше границы?
Линда подняла руку и стукнула по двери. Один раз.
Второй она уже не успела. Дверь была из дерева, Линда – маг земли, дерево – тоже ее стихия в каком-то смысле.
И информацию она получила мгновенно. Да такую…
Дверь распахнулась под сильными пальцами, промявшись, словно она была из сырой глины.
– Стоять!
Императрица гневно обернулась на окрик:
– Ты?!
Но Линду было уже не остановить. Шаг вперед, резкое движение кистью – и мраморный столик заворачивается внутрь самого себя, закрывается, как цветок. И уносит с собой бокалы с вином. Отравленным.
– Что это значит?! – император поворачивается от окна.
Зачем он к нему подошел? Хотя какая разница? Супруга попросила! Специально, чтобы… Да.
– Ваше императорское величество, посмотрите у нее порошок в лифе, – сухо сказала Линда. – По-моему, это не афродизиак.

К чести императора, он остался совершенно спокоен. И явно собрался разобраться в происходящем.
– Будьте любезны объясниться.
Рональд шагнул вперед:
– Казните, государь…
– Это я всегда успею. Итак?
– Я считаю, что ее императорское величество не просто неверна вам. Она собирается убить вас, государь.
Такого императрица не ожидала.
Лицо Эвержанны на миг исказилось от ярости и ненависти, и обернувшийся император четко считал эмоции.
– Что в вине? – тихо спросил он.
– Ничего!
Линда прищелкнула пальцами. Столик развернулся обратно.
Его величество коснулся пальцем бокала, а потом подошел к камину. Взял с каминной полки какую-то бляшку и прижал к стенке бокала. Эвержанна наблюдала за этим молча.
Бляшка ярко сверкнула, вино поменяло цвет на зеленый.
– Замечательно. Вы правы, леди, это не афродизиак.
Рональд пригляделся:
– Кастер?
– Он самый, – император любовался бокалом с изумрудным содержимым. Потом перевел взгляд на императрицу. – Интересно. Дорогая супруга, вы меня действительно так любите?
Эвержанна вздрогнула:
– Далларен, вы можете сомневаться в моих чувствах? Этот человек лжет! Не знаю, зачем ему это нужно…
– Я не уверен, что он лжет, – так же меланхолично заметил Далларен. – Откуда кастер в бокале, вы тоже не знаете? Раздевайтесь.
– Что?!
На руке императора загорелось зернышко истинного огня. Линда тихо присвистнула. Ничего себе!
Истинный огонь, суть огня, сожжет даже гору. Но контролировать его, удерживать… и ведь она готова поклясться, что Далларен – не огневик! Какие еще тайны хранит императорская фамилия? И не казнят ли их потом за эти сведения?
Но Рональд сомнений не испытывал. На его ладони тоже загорелась огненная плеть…
– Я жду, – тихо и почти безэмоционально произнес Далларен.
Почему-то от этого стало еще страшнее. Словно… Словно льда за шиворот накидали. Ментальная магия, да… И огонь? И… ох, мама…
Линде было откровенно жутковато. И еще она радовалась, что подруг здесь нет. Анна-Лиза не боец при всей ее силе, Селия в бою вообще обуза. Воин – это не набор заклинаний, это мировоззрение.
– Я люблю вас! – взвизгнула императрица.
Далларен тихонько вздохнул – и отпустил огонек с ладони.
Вспышка! И одежда императрицы осыпается серым пеплом.
Визг. Эвержанна схватилась за покрывало с ближайшего кресла и завернулась в него.
На пол упал пакетик с порошком, рассыпался зеленоватой пылью.
– Кастер, – прокомментировал император. – А в мыслях – полнейшая невинность. У вас какой-то артефакт?
– Нет!!!
«Целлюлит, – меланхолично подумала Линда. – А может, и артефакт».
– Значит, это не на одежде? – уточнил Далларен. – Где тогда? Украшений на вас нет. Ваши мысли не соответствуют происходящему. Где оно?
Эвержанна промолчала, гордо вздернув нос.
– Волосы, – подсказал Рональд.
– Возможно. – Огонек зажегся снова. – Так что, любезная супруга?
Перед угрозой остаться без волос Эвержанна побледнела, но…
– Я не понимаю… Зачем?! За что?!
Кажется, дама решила загнать себя в истерику. Император этого допускать не собирался. Но не успел.
– Ваше императорское величество, посмотрите у нее под мышкой, слева, – кое-что Линда заметила, когда императрица хватала покрывало и заворачивалась.
– Эвержанна, – голос императора падал ледяными осколками.
Императрица оскалилась и подняла руку. Родинка. Большая, вроде бородавки…
Только вот Линда знала о такой методике. Если родинка диаметром больше двух сантиметров – под ней можно спрятать амулет. Селия рассказывала, вживляли и металлические бляшки, и драгоценные камни, и потом они работали, но организм не обманешь никакой магией.
Могло возникнуть родимое пятно, могло и что-то вроде язвы, кожа потерта, к примеру, пятно экземы… да много чего могло быть.
И место удобное, никто лишний раз не полезет. Опасно, конечно, рядом с грудью…
– Даталь?
Императрица медленно наклонила голову.
Да, именно это слово и упоминала Селия.
– Рассказывай.
– Дал…
– Или я зову стражу. Пока у тебя есть возможность сохранить все в тайне.
Линда посмотрела на императора с сомнением. Он – дурак? Доверять потом Эвержанне? Даже просто оставить ее рядом с собой? Хм…
Император ждал.
Эвержанна хлюпнула носом и начала говорить.

Двадцать лет назад. Да, уже тогда начал свою игру орден Собакоголового.
Империя – хороший выигрыш, не так ли? К отцу Эвержанны пришли и предложили ему… Не деньги, нет. Власть.
На мелочи жрецы не разменивались. Им нужна была вся империя, нужно было место, чтобы построить храмы, чтобы поклоняться своему богу. Программа была рассчитана на долгие годы. Богам спешить некуда, а их слуги… они тоже могут подождать, если не хотят потерять все и сразу.
Итак, девочку воспитывали для роли императрицы. Потом натаскивали специально под Далларена. Знали, что он любит, чего не любит… И да, вживили ей артефакт.
Какой? Этого Эвержанна не знала.
Не для контроля, иначе она не прошла бы ни одного обряда как императрица. Это было нечто другое. То, что может скрыть мысли девушки.
А поскольку артефакт не является разумным существом…
Как можно скрыть мысли? Вообще закрыть их? Это подозрительно.
А можно направить их в другое русло. Поменять знак, полярность – и получить плюс из минуса. Думаешь: я тебя ненавижу. А заглянувшему в твои мысли слышится: я тебя люблю.
Очень простая защита. Очень действенная. И можно ее включать-выключать усилием воли. Артефакт маскируется аурой – он ведь вживлен в тело. Магия практически не используется.
Удобно. Цель? Получить ребенка.
Стоило Эвержанне забеременеть – и все. Готово… Рожаем наследника, убираем императора, получаем регентшу, которая сядет на трон формально, а фактически будет править ее отец. Ну а кто будет править великим герцогом – объяснять не надо. Выигрыш не мгновенный, но вполне реальный.
Только вот не получалось. Эвержанна не беременела, хоть ты что делай. Консультировалась у магов, лечилась от бесплодия, старалась что есть сил. Не получалось.
Кто сказал, что у судьбы нет чувства юмора?
До некромантии и запрещенных обрядов Эвержанна еще не дошла. Но там уже один шаг остался.
Чтобы воззвать к богу, требуется время: чтобы он ответил, чтобы провести ритуал… Время, место, служитель. «На коленке» можно разве что об избавлении от прыщей попросить, да и то как бы нос вместе с ними не осыпался. Рисковать не хотелось.
Уехать и попробовать провести ритуал? Эвержанна дозревала до этого. И в следующий раз, когда бы она отправилась якобы помолиться в дальний храм или поклониться какой-нибудь святыне… Не успела.
Что было в бокале?
Так вы сами уже поняли. Кастер. Приворотное зелье. Не то чтобы оно требовалось часто, но… регулярно. Сами попробуйте находиться рядом с человеком, который вам неприятен! До истерики неприятен, до невроза… Ну вот так!
Вас бы замуж насильно выдать! На вас бы посмотреть, как это – не просто ложиться в одну постель с мужиком, который вам не нравится, а энтузиазм изображать, восторгаться! Ребенка с ним пытаться сделать! Пока он под зельем, он хоть явного отвращения не замечает! А ведь в постели не всегда удержишься.
Кстати, может, это одна из причин отсутствия детей.
Эвержанна подпаивала супруга регулярно, хоть и в очень небольших концентрациях, а приворотные зелья – штука такая… в числе прочего они могут воздействовать на репродуктивную функцию. Из постели можно хоть сутки не вылезать, только детей не получится. Увы.
Далларен слушал молча. Разве что бьющаяся на виске жилка выдавала его отношение к происходящему. Слишком быстро бьющаяся. И до белизны стиснутые пальцы второй руки. Кажется, император вне себя от бешенства.
С кем целовалась? Да… Гальдер де Креси.
– Кто?!
Рональд взвыл так, что даже император страдать перестал.
Да, Гальдер де Креси. Наш прострел везде поспел, а то как же! Пока он был при дворе…
Есть такая категория мужчин – обаятельный мерзавец. Очень сильно привлекает определенную категорию дам. Кстати, адептки, все трое, от таких шарахались, вот еще не хватало. Это в книгах здорово выглядит, а в жизни с таким свяжешься, не дай бог, такой грязи нахлебаешься…
Гальдер де Креси был ближайшим другом, как вы думаете – кого? И откуда его знал Рональд?
Тадам-м-м! Эрвина Аргайла. Аргайл другу и порадел.
Чего сам императрицей не занялся? Смешно сказать – он был просто не во вкусе Эвержанны. А то мог бы. Или она была не в его вкусе…
– Де Креси… родственник? – шепотом уточнила Линда.
– Младшая ветвь. Сын младшего брата графа, получается – двоюродный.
– Ага, – кивнула Линда.
Еще, что интересно, у де Креси тоже была императорская кровь. Женщина из императорского рода вышла замуж за деда виконта.
Вывод? Если бы родился ребенок от де Креси… могло бы пройти. Императорская кровь в нем таки есть, а процент… кого волнует тот процент?
Если бы Юра случайно не наткнулся на целующуюся парочку… занесло его!
Что их целоваться разобрало?
Все люди, Эвержанна просто не удержалась. И всего-то на десять минут исчезла, ни до чего более серьезного, чем поцелуй, и не дошло… Как этого проходимца угораздило пройти в ненужное время в ненужном месте?! Хотя чего еще ждать от проходимцев?
Император задумчиво кивнул. И хлопнул в ладоши:
– Стража!
– Вы обещали! – прошипела Эвержанна.
– Не казню, – отрезал Далларен. – Отправишься домой, к отцу.
Линда подумала, что это жестоко. Вернуться в родной дом, стать там приживалкой под постоянным надзором и всю жизнь помнить про то, как была императрицей.
Убить было бы милосердней.
– Не хочу!
На пороге воздвиглись стражники.
– Нет!!!
– Или вы идете добром, Эвержанна, или вас потащат волоком, – Далларен отвернулся, показывая, что разговор окончен.
И Эвержанна атаковала.
Только что она была покорной, смирившейся и тихой. И – распрямилась, словно атакующая змея. Похоже, ей вживили не только защиту, но и артефакт одного удара. Огненный шторм заполнил помещение. Стражники сгорели, не успев даже вскрикнуть.
Если бы не Селия, зацепило бы и Линду, и императора с Рональдом. Но амулетами и артефактами для подруг Селия занималась лично. И вкладывала в них весь свой талант, всю возможную изобретательность. Линде не надо было даже активировать артефакт. Достаточно было угрозы.
Мало того, Селия была изобретательна, а артефакт императрицы делал не талант – ремесленник. Этого хватило.
Девушка развернулась, толкнула Рональда – и тот сшиб императора. Линда упала сверху – и всех троих накрыло каменным куполом, в который девушка щедро влила половину всех сил.
Кто-то из мужчин выругался. Линда чутко прислушивалась к происходящему снаружи. Минута. Две. Три… еще подбавим силенок… Пять… Шесть… Есть!
Купол она держала уже на чистом упрямстве, но справилась. Все-таки справилась.
– Есть…
Лепестки медленно раскрылись, словно лотос на рассвете. Только каменный.
Линда скатилась с Рональда. Купол был тесный, чем меньше площадь, тем легче его держать, так что Линда сузила его до предела. Не задохнулись – и хорошо.
– Фу-у-у…
– Кхм…
Далларен поднимался с пола, оглядываясь по сторонам.
От стражи осталось только пятно на полу. Комнаты выгорели начисто, до скорлупы. Пламя съело все, кроме камня, да и тот умудрилось «пожевать». Эвержанна…
Ауры не лгали, она тоже погибла здесь.
Шанс последнего удара, оплаченный собственной кровью и жизнью.
– Кажется, государь, вы овдовели, – констатировал Рональд.
Далларен посмотрел на него непроницаемым взглядом:
– Аргайл, ты гарем хочешь?
– Нет!
– Тогда придержи язык, а то получишь.
Рональд передернулся, сознавая серьезность угрозы:
– Простите, государь.
– То-то же.
– Леди, я вам обязан жизнью, – император поцеловал Линде руку.
– Скорее не мне, а моим подругам, ваше величество, – честно ответила Линда. – Анна-Лиза зарядила артефакты, которые Селия сделала для меня. Без них, подозреваю, мы были бы мертвы. Огненный шторм – штука страшная.
– Да, – Далларен потер лоб. – Я не ожидал… что ж, я благодарен и вам, леди, и тебе, Аргайл. Хотя и не рад случившемуся. Так…
Император помолчал еще пару минут, а потом коснулся колокольчика. Слуга появился почти сразу – и замер, глядя на закопченную комнату.
– Здесь начать ремонт, собрать прах погибших, обозначить где чей, может быть, некроманты смогут что-то из него выжать, – принялся распоряжаться Далларен. – Ко мне срочно начальника стражи в кабинет. И начальника Третьего отделения. Если их нет во дворце – вызвать. Всех де Креси арестовать… Рональд, в том числе и твоего адепта.
– Да, государь.
– Вы двое свободны, поговорим утром.
– Как прикажете, государь.
Рональд и Линда переглянулись – и ретировались. И уже за дверью:
– Фу-у-у…
– Определенно – фу-у-у!

Не довелось скучать в эту ночь и остальной веселой компании.
Только-только Анна-Лиза распотрошила бар, только уговорила Юру на мастер-класс по коктейлям, как ручка двери начала поворачиваться.
– Что опять?! – возмутился Юра, но послушно спрятался за кресло.
Грон занял позицию у двери и резко распахнул ее. Правильно сделал.
В комнату влетели несколько дворцовых стражников. И… нет, не с добрыми намерениями они сюда влетели.
С оружием наголо и желанием нашинковать всех встретившихся.
Грон с ревом сцепился с самым ближним из вооруженных стражников. Юра выглянул из-за кресла и прицельно швырнул бутылкой. И еще одной. Попал, конечно… не оглушил, но отвлек.
Анна-Лиза активировала водяные клинки и принялась полосовать направо и налево. Как магу воды, ей проще было работать с собственной стихией. Как сильному магу. А вот у Селии таких ограничений не было.
Слабый маг, она восполняла недостаток сил изобретательностью. Тут главное придумать, что можно предпринять.
Она резко топнула ногой.
По полу прошла дрожь, дерущихся подкинуло так, что они приземлились на все четыре конечности и, кажется, ушиблись. Все, даже Анна-Лиза и Грон с его боевым опытом. И прежде чем все присутствующие успели вскочить или дернуться – плиты пола стали рыхлыми. И нападающие, и защищающиеся просто ушли в них, как в песок, – и пол тут же застыл.
Получилась жесткая фиксация. Дернешься – переломаешь все кости. Стой и жди, пока маг не освободит.
Селия предусмотрительно стояла на кресле, поэтому и не пострадала.
– Готово… Так, Анни.
Первой магесса извлекла подругу. Потом Грона. Последним Юру – от него пользы меньше всего. Нападавших так и оставила стоять – пусть их как хотят, так потом и выковыривают.
– Полагаю, надо опять вызывать слуг?
На Анну-Лизу напал дикий хохот:
– Сели, я думаю, они тебя проклянут.
– Почему меня?
– А чья это брачная ночь?
Селия фыркнула. Да уж. Второе покушение, и это не считая догадки насчет императора. Интересно, а третье будет?
– Даже не сомневаюсь, – кивнула Анна-Лиза. – Но надеюсь, что оно будет поближе к рассвету. Спать уже хочется.

Новые покои. Новая кровать…
Честно говоря, адепты так умотались, что плюнули и завалились на нее не раздеваясь. Кто там, где там… хотя Юра предпочел в качестве подушки Анну-Лизу. И не надо тут разных… инсвинуаций! Она просто помягче!
Анна-Лиза, в свою очередь, устроилась под боком у Грона. Он большой, теплый…
Селия, как индивидуалист, отползла на край кровати.
Рональд и Линда, увидев эту картину, плюнули на все и тоже завалились спать. А что во сне Рональд подгреб к себе супругу, а Линда закинула на Юру и руки, и ноги… Бывает! Дело житейское.
Убийцы оказались совестливые, и до утра их больше никто не беспокоил. Хотя во дворце был тот еще аврал.
Не каждый день такое узнаешь, да еще покушения, да супругу сожгли…
Император был в гневе. А когда монарх изволит гневаться, все остальные бегают шальными зайчиками.
Но покои с адептами и новобрачными все мудро обходили за три коридора. Кто их знает? Тронешь ненароком, а они еще кого накличут. Нет уж! Лучше не трогать! Факт!

С утра девушки даже Эвержанне позавидовали. А что ей? Померла – и отмучилась. А тут…
Вы знаете, как тяжело привести себя в порядок после бессонной ночи? Тут же и волосы, и кожа, и круги под глазами, и…
Мужчинам не понять! Они видят результат, а вот сам процесс… В итоге всех мужчин (в том числе и Юру) выставили из ванной комнаты и заперлись там втроем. Но вышли уже в форме и с очаровательными улыбками.
– Сегодня мы якобы уезжаем, – Селия улыбалась.
– Да. Но мы действительно отправимся порталом в горы. Думаю, мы там пригодимся.
– Моя учеба, – помрачнела девушка.
– Зачту как преддипломную практику.
– А нам? – похлопала ресницами Линда.
Рональд скрипнул зубами:
– Всем.
– Вот и отлично. А дипломную?
– А дипломную практику отработаете как положено.
Девушки довольно переглянулись. Кажется, на что-то такое они и рассчитывали. Кто бы сомневался? Подругу они не оставят. В горы? Хоть в горы, хоть в норы, хоть в дыры. Эти – везде полезут.
Размышления прервал визит слуги. Всю компанию вызывали к императору.

Далларен принял всех в кабинете. И выглядел император так…
Недоубитое умертвие жестоко замученного упыря. И это еще очень большая лесть.
Серая кожа, красные глаза, оскал во все шестьдесят (явно не меньше!) зубов и усталость.
Усталость, которая давящей аурой растекается по кабинету.
– Ваше императорское величество… – Кланялись все вполне уважительно.
Далларен только рукой махнул:
– Садитесь. Дамы, господа…
Дамы и господа послушно разместились в удобных креслах. И Далларен принялся выдавать указания:
– Раз уж вы сами ввязались в это дело, в горах вас ждет та же охота на живца.
– Опять, государь? – возмутился Рональд.
– Опять. Я могу направить в горы отряд магов, только никого они не найдут. Раз уж эти «собакоголовые» умудрились скрываться столько лет, они и сейчас скроются.
– А на нас они должны клюнуть, государь? – не выдержала Анна-Лиза.
Ответом ей стала невинная улыбка Далларена:
– Леди Даххар, а вы бы не клюнули? Уж как вы им насолили.
– Леди… кто?!
– Леди Даххар, – невинно повторил император. – Я правильно понимаю, что ночь в одной постели с супругом вы тоже провели? Можно считать брак подтвержденным?
– А… э… – Анна-Лиза открывала и закрывала рот, словно больной карась.
И ведь не поспоришь. Провели. А что параллельно в кровати еще была куча народа? Что все спали? Что… какая там любовь?! Все так умотались за день… А… э… А больше и сказать нечего.
Император некоторое время смотрит с иронией, а потом улыбается:
– Не переживайте так, леди Даххар. Хотите – останетесь леди Эресаль, никто вас принуждать не будет.
Фу-у-у…
А теперь почему-то мрачнеет Грон. Видимо, мало вчера получил. Надо добавить.
– Итак, вы отправляетесь в горы. И именно туда… леди Аргайл?
Селия кивнула и принялась рассказывать, куда можно отправиться в горах. Может, там и правда кто-то есть.
А может, там уже никого нет? И все, что найдется в горах, – это пара каменных завалов?
Такое тоже может быть. Но… этот сорняк надо выдрать именно сейчас. Иначе всю жизнь придется ходить и оглядываться. Селии этого не хотелось.
Итак – горы.

– Я заеду в академию, возьму с собой кое-что, – решил Рональд.
– Я тоже! Можно? – спохватилась Селия.
Это прошлый раз она, считай, ехала безоружной. В гости же!
А сейчас она с собой столько всего возьмет – она эти горы с землей сровняет!
– Знаю я, как женщины собираются, – нахмурился Рональд.
Император кивнул. И Юра. И Грон. Вот что нужно с собой в поездку? Правильно. Кошелек. Все остальное можно купить. Так объясните, зачем женщине три чемодана и пять сумок? Там кошельки лежат?
А по времени? Сунуть кошелек в карман – минута. Разве что проверить на наличие денег – две минуты.
А женщина? Сложить, выложить, возмутиться, что неправильно уложено… К концу третьих суток взбунтуется любой мужчина. Император там или орк… мужская солидарность – страшная штука.
– Я быстро! – топнула ногой Селия.
– Тогда так, – распорядился император. – Все отправляются раньше, а вы с Селией прибудете позднее. Я распоряжусь о телепорте.
– Благодарю, государь.
Император кивнул:
– Постарайтесь там не сровнять горы с землей. Ту часть, где добываются земляное масло и арцит.
Грон скривился, но спорить не стал. Понятно же, императору нужны ресурсы. А орки?
А орки – неприятное приложение к ресурсам. Ему войны не хочется, вот и терпит. А так бы…
Короткий кивок означал конец аудиенции. Все поклонились и отправились восвояси. Рон с Селией в академию, остальные к телепорту.
– Можно я с тобой? – попросил Юра, касаясь руки Рональда.
– Приказы императора не оспариваются, – шепнул Рон проходимцу. – Даже в таких мелочах.
Юра заулыбался и кивнул. Все понятно. Рон был бы не против, но начальство… это и ему было знакомо по тому миру. Дело житейское.
– А если я тихонько?
– Да возьми ты его с собой – махнул рукой Грон. – У парня ничего ж нет! Собраться надо!
– Да, Сели, ты знаешь, что нам надо. Захвати, – попросила Анна-Лиза.
Селия кивнула.
Знала, конечно. По паре смен чистого белья и комплект формы. Не свои же платья в горах таскать? Казенные! Пусть потом государство оплатит.
Рональд подумал, что Юре действительно нужно собрать что-нибудь с собой, и кивнул:
– Хорошо. Но быстро. Едем втроем.
Юра просиял. Потом вспомнил, что с ними поедет еще и Селия, и загрустил.
Ничего страшного! Представится ведь еще случай поговорить? Конечно, представится! Главное, Рональд его любит! Он сам сказал!
– Де Креси арестовали, – сообщил Рональд Селии, пока они ехали в академию.
– Да? – порадовалась Селия. – Отлично! А это он?
– В академии? Он, даже не сомневайся.
– Всегда подозревала, что он сволочь, – кивнула Селия.
– Кто такой де Креси? Я не знаю, – задумался Юра.
– Твое счастье. Был у нас один такой, обожал всем пакостить, – пояснила Селия.
– Дружбы у вас не было, я понял, – кивнул Рон.
Надо же было как-то налаживать диалог с супругой, им еще жить вместе.
– Не то слово, – протянула Селия. – Не то слово.
Как же их доставал этот «графинчик». Нет, о насилии речь не шла, такие отношения в академии вообще нонсенс.
Насиловать ведьму? Домогаться? Экзотический способ самоубийства, но очень верный. Тут и слабосилка может что хочешь устроить, а уж от стихийного выброса вообще не защитишься. Были случаи… Импотенция? Считай, дешево отделались. Могла и воронка в земле остаться.
Но кто сказал, что можно портить жизнь только таким образом? Это крупные конфликты выявляются и жестко пресекаются преподавателями, а от мелочей никто не застрахован. Слухи, сплетни, шепотки, подброшенные пакости вроде дохлых кошек или жабьих потрохов, пакости на практике, почти незаметные, но обидные. Да даже самое простое, вообще детское! Подойти незаметно сзади и наступить на юбку каблуком. Или просто пройтись по юбке, они же длинные носят. Знаете, как обидно?
Раннее детство? А что, юбка от этого отчистится? Или чернильница, которую случайно опрокинули тебе на тетрадь, засосет чернила обратно? И главное, при всех, с извинениями, с притворным раскаянием… А наедине – гадкие сальности, шуточки, подначки…
Если бы мужчины знали, какими они в эти моменты выглядят жалкими! Отнюдь не герои девичьих мечтаний, скорее наоборот. Антигерои.
Но как обо всем этом расскажешь Рональду? Поэтому Селия ограничилась улыбкой:
– Рон, а когда все закончится – мы куда?
– В академию. Вам надо доучиться, получить дипломы, твоим подругам предстоит практика…
– Анна-Лиза будет ее проходить в горах?
– Император уже намекал.
– А Линда?
– Не знаю. Наверное, тоже в горах.
– А моя?
– Скорее всего, в академии, – Рональд точно пока не знал. Если не будет особых указаний, то все будет, как он сказал. А если что…
Об одном обстоятельстве Рональд умолчал. Линда понравилась императору. Нравились его величеству такие воительницы, так что все может быть.
И практика в горах плавно перейдет в практику в императорском дворце. Но Селии об этом лучше не говорить. Лучше что-нибудь безопасное, к примеру:
– Тебе, наверное, тяжело будет расставаться с подругами. Я понимаю… если захочешь, мы сможем ездить к ним в горы, а они к нам.
– Замечательно! – просияла Селия. – Мне без девочек будет плохо, они у меня самые лучшие!
Рональд на своей шкуре постигал тонкую науку обращения с супругой.

Академия встретила шумом и гамом. Селия помчалась к себе в комнаты, Рональд – к себе в дом, Юра – к себе.
Сборы прервал стук в дверь.
– Можно?
– Тебе чего, Грель? – без малейшей радости поинтересовалась Селия.
Один из друзей де Креси, Грельен Варкатт, маркиз Варкатт, надоел ей не меньше виконта. Правда, Грель был потише и спокойнее, но – неприятно.
– Что случилось с Вальдером?
– С чего ты решил, будто я в курсе? – ответно поинтересовалась Селия, складывая в саквояж скляночки и баночки.
– А кто? Ты же с ректором спишь?
– Я за него замуж вышла, – отрезала Селия.
– И у вас брак возвышенный и исключительно духовный? – не утерпел молодой человек.
– Не твое дело, – отрезала Селия. – Значит, так. Ничего не знаю, не ведаю и не скажу. Иди отсюда!
– Стерва.
– Скажу ректору – он тебе дополнительный экзамен назначит. Три.
Грельен развернулся и вышел.
Селия фыркнула ему вслед и принялась одеваться. Теплый плащ, удобные башмачки… Это – горы.

Рональд зашел за Селией через полчаса. Но девушке хватило.
Саквояж был собран, девушка готова, Рональд одобрительно оглядел ее простое коричневое платье и теплую шаль. Практичные удобные ботиночки и маленький саквояж с самым необходимым.
– Отлично выглядишь.
– А ты – непривычно, – заметила Селия.
Рональд был одет во все коричневое. Не яркое, без вышивки, без кружев, без…
Просто коричневый костюм с зеленоватым отливом. Совершенно не в его стиле. Но с Селией они отлично сочетались.
Рональд хмыкнул:
– Всему есть свое объяснение.
– И какое? Можно услышать? И заодно, как ты пробрался в покои к императору?
Рональд улыбнулся:
– Всему свое время. Идем?
– Идем.
Рональд подхватил вещи супруги и направился к выходу из академии. Их ждали горы.

– Дом, милый дом!
Грон смотрел на родную долину и улыбался. В этот раз все сработало как надо, они оказались совсем рядом с домом.
Анна-Лиза хмыкнула.
Орк повернулся к ней:
– Не убивай, пожалуйста, никого. Они хотели как лучше.
Анна-Лиза раскрутила на пальце водяной шарик:
– Я подумаю.
– Анни…
– Я. Подумаю.
Давить Грон не стал.
Жена-магичка – это сложно. Она умная, красивая, но характер и норов не спрячешь. И чтобы с такой женой управляться, нужно очень, очень много терпения. Понимания, мудрости, любви…
Любви? Впрочем, так далеко Грон не заглядывал. Он стоял под руки с двумя очаровательными девушками и ждал, пока их заметят.
– Скоро должны прибыть и остальные, – перевел он тему разговора.
Но ни через час, ни через два часа, ни через три Рональд, Селия и Юра так и не появились.

Глава 10

Болела голова. Селия ощущала себя отвратительно. И дело было не только в боли. Магия. Магия, которая пронизывала каждую клеточку ее существа, которая наполняла ее, которая заставляла светиться рыжие волосы и улыбаться, была недоступна. Словно Селия не маг, а обычный человек.
А еще болела голова. Селия напряглась и попробовала вспомнить подробности. Вот они подходят к телепорту. Она, Рональд, Юра. Берутся за руки и шагают вперед.
А что потом? Потом должны быть горы. А вместо этого – чернота. Тишина, спокойствие, пустота. И – удар. Сильный, жестокий…
Селия попробовала пошевелиться. Плохо. Когда скована по рукам и ногам, как-то сложно шевелиться. Когда на тебе антимагические кандалы – тоже. А если еще и шишка на затылке… Ух, больно!
Дотронувшись, Селия так разозлилась… Кто бы ей сейчас попался! Убьет не глядя! Два раза! Но прежде, чем убивать, надо знать – кого.
Селия кое-как огляделась по сторонам.
Камера. Темная, холодная, вырубленная в скале. Закрыта решеткой. Выходит в каменный же коридор, судя по тому, что она видит, – естественная геологическая формация. Никто его не вырубал, это вода проточила дорожку в скалах, а пришедшие сюда люди разве что самые противные выступы срубили, чтобы не спотыкаться и не цепляться за них.
Камера достаточно большая. Это тоже природная пещера, просто ее чуточку облагородили и закрыли решеткой. Так удобнее. Окна, конечно, нет.
А что это – в углу? Тряпье?
Селия попробовала подняться. Ага, с кандалами! Они весят, простите, килограммов десять. И это только ножные. Ручные еще килограммов пять. Там ведь еще и цепи, и соединено это все между собой. Хорошо хоть, ошейник не нацепили, а могли!
Селия поежилась. Да, попала она неизвестно куда… так что там, в углу?
Если сидеть просто так – лучше не будет, надо хотя бы обследовать свою камеру.
Куча тряпья в углу шевельнулась… Селия перевернулась и неловко поползла вперед. Вот так…
Проклятая цепь скреблась по полу, цеплялась за неровности, об удобстве узников тут никто не заботился, а уж чтобы отполировать полы в камере… Ха!
Помойное ведро поставили – уже счастье! Воняло оно, кстати, так, что Селия его по запаху определила. И пообещала себе поблагодарить заботливых хозяев.
Дотла здесь все гореть будет! До камня, и глубже! Параллельно она проводила инвентаризацию: магии нет, амулетов нет.
Платье на ней разорвали так, что хоть ты голой ходи, – что искали? В итоге она промерзла до костей, из-за холода и в себя пришла. Ничего, справится.
Маги не болеют. А без магии? Апчхи! Вы мне и за это заплатите, сволочи!!! За каждую соплю в отдельности!!!
Куча перевернулась – и оказалась Рональдом. Живой! В кандалах, оглушенный, но живой!
Третья кучка в углу – Юра.
Селия выдохнула с облегчением. Ну, если они все живые, значит, можно двигаться дальше. Приводим мужчин в чувство и думаем, что делать дальше.
Этим Селия и занялась. Жаль, что нашатыря не было – только оплеухи и слезы.
Но первое – тоже подействовало. Пара оплеух, потом зажать нос, и Рональд зашевелился. Варварский, конечно, метод, только у них времени нет. Интуиция подсказывала Селии, что надо торопиться.
Надо! Зачем? Почему? Неважно, но быстрее, быстрее!
– Что… где…
Селия оставила Рональда в покое и отправилась к Юре.
Проходимца пришлось приводить в чувство дольше. За это время Рональд осознал происходящее и выругался:
– Твою…!!!
Селия была с ним полностью согласна.
– Знать бы, что тут произошло.
– А вот с этим я тебе помогу, дорогой братец.
Лицо Рональда исказилось яростью.
– Эрвин!!!

Селия поглядела на типа, стоящего возле решетки. Нет, ничего в нем такого не было.
Рональд намного симпатичнее. Этот какой-то непримечательный. Средний рост, среднее телосложение, каштановые волосы, смазанные черты лица. Плохая копия своих родителей. Очень плохая.
Может, потому и на Рональда злился, что завидовал? Селия бы не удивилась.
– Это ты… – процедил Рональд.
– Я, конечно, – мило улыбнулся его братец. – Рад тебя видеть у нас в гостях. И твою супругу тоже. И этого милого мальчика… Садорен будет доволен.
– …в… твоему… Садорену, – сообщил Рон.
Селия подумала, что вряд ли это анатомически возможно. Хотя кто его знает, того бога?
Эрвин даже и не подумал разозлиться:
– Ты зря так неистовствуешь. Жрецы Садорена могут оказаться нам полезными. Мне полезными, тебе-то уже нет. А умный человек всех использует для своей выгоды.
– Вы сюда позлорадствовать пришли? – уточнила Селия.
– Разумеется, – Эрвин довольно улыбался. – И сообщить вам, что через полтора часа, на закате, вы будете принесены в жертву. Думаю, к утру мы как раз закончим с ритуалом. Да, для вас это будет долгая ночь. Но Аргайл плюс магесса… девственная, кстати?
– Не твое собачье дело, – прошипела Селия.
– Я потом сам проверю.
Селия скрипнула зубами.
Анна-Лиза зачитывала им вслух романы, и девушка помнила об одном из них… в нем повествовалось о женщине с зубами, ну… там. Вот ей бы так! Она бы сейчас что угодно за это отдала!
– Даже и не мечтай, – угадал ее мысли Эрвин. – Для обряда девственница полезнее. Но проверять ведь можно по-разному, верно?
Селия фыркнула и задрала нос. Что там было в любимых романах подруги?
– Теперь я понимаю, почему ты девушек насиловал. Добровольно такому ничтожеству и корова не даст. Разве что рогами под копчик.
Эрвин скорчил презрительную гримасу. Выдавали его разве что пятна румянца на щеках. Лицом-то он владел отлично, а вот кожная реакция – дело другое.
– Положим, ты от этой коровы недалеко ушла.
Селия фыркнула. Тихо, но отчетливо:
– Оправдания неудачника.
– Это вы у меня за решеткой, – напомнил Эрвин.
– Подумаешь, – тем же тоном отозвалась девушка. – Один раз и дураку повезти может.
– Братец, ты выбрал жену себе под стать, – хмыкнул Эрвин. – Ей-ей, я бы вас даже в живых оставил, эта гадина тебя бы раньше уморила.
– Ну что ты, – Селия вовсе уж мурлыкала. – Сначала я бы сделала пару детей и дождалась, пока им будет лет по восемь – десять. Чтобы обеспечить себя. Неужели не ясно?
– Все вы, бабы, такие, – подал голос Юра.
– Завидуй молча, – отрезала Селия.
– Чему завидовать?! Я не хочу! Я не хочу умирать!!! – У Юры началась такая классическая истерика, что хоть в учебники вноси.
Проходимец орал благим матом, верещал, пытался броситься к решетке, что-то требовал… При чем тут попугаи? И какая им нужна свобода? Селия так и не поняла…
Но визг стоял такой, что никого слышно не было. Какое тут злорадствовать? Свои мысли и то не услышать было! Юра орал, рыдал, бился в конвульсиях…
А магией на него подействовать – никак. Антимагические кандалы – такая штука. Ты магию не применишь, но и на тебя – никак. Разве что по методу Селии – подействовать на пол под ногами. Но это уметь надо.
Эрвин плюнул да и ушел.
Селия выдохнула.
Юра поверещал еще минут десять – и резко успокоился. Словно выключили.
– Ушел?
– Да. Спасибо.
Проходимец ответил улыбкой:
– Сели, ты ведь не такая, да и с Рональдом у вас не те отношения. Тебе нужно было, чтобы этот… ушел?
Селия кивнула:
– У меня было слишком мало времени. Надо понять, чем мы располагаем…
– И чем? – уточнил Юра.
Селия задумалась. С нее ободрали все амулеты, которые были. На ней кандалы. На ней антимагические кандалы, что самое печальное. Колдовать не получится, а без магии…
– Эх, бабы. – Проходимец как-то печально вздохнул, а потом снял с волос ленту. Самую обычную, без магии, Селия видела. На ней тоже осталась одежда, но ничего магического.
– Юра?
Из ленты, словно по волшебству, появилась тонкая проволока.
– Я же говорю – бабы…
Юра изогнул ее, потом вставил в отверстие для ключа на своем наручнике и принялся медленно поворачивать, пытаясь что-то нащупать.
Щелчок. Браслет расстегнулся, и Юра ловко стащил его.
– Попробуем со вторым.
– Можешь снять с меня кандалы? – выпалила Селия. – Я их…
Юра покачал головой:
– Посиди пока, подумай. Ты уверена, что мы сможем здесь колдовать?
– Но… но как же? – растерялась Селия.
– Их больше. И магию, я так понимаю, они почуют?
Селия медленно кивнула.
Почувствуют, верно. После чего придут и запинают их толпой. Ей не справиться со столькими врагами. Правильно Юра не спешит. Селия взглянула на проходимца с уважением. Сообразил. А вот она поторопилась, это неправильно. Умнее надо быть, умнее!
– Рон?
– Лучше уж сдохнуть в бою, а не на алтаре.
– Лучше вообще не подыхать, – Юра продолжал колдовать над своими наручниками.
Щелчок – и второй падает наземь. Наступает черед кандалов на ногах.
– Хорошо, что замки здоровущие и допотопные. Запечатали бы магией – я бы не справился.
– Это антимагические оковы. Из черного железа.
– И что?
– Рядом с ними магия вообще не работает. Никакая.
Юра фыркнул и поднялся. Походил по камере, чуток размялся:
– Дилетанты. Рон, давай руки.
Рональд послушно протянул наручники поближе к Юре:
– Спасибо. Я не забуду…
– Какие счеты между своими, – отмахнулся Юра, продолжая колдовать над замком.
Заколка была удобной. Проволока, обшитая бархатной лентой, еще из той жизни, ни капли магии. Твистер, отличная штука. А еще… Проволока. Толстенькая, хорошая, гибкая.
Был у Юры и такой опыт. И друг… из блатных, скажем так. Он и научил вскрывать замки. Не все, что-то серьезное Юра и пробовать не стал бы. Но тут!
У нас на сараях замки сложнее висят! А эти – вообще древность тысячелетий. Хотя понятно, зачем тут замки развивать, тут магия всему голова.
Юра ворчал, а руки сами делали свое дело. И скоро поддался второй замок, третий…
Рональд едва не застонал от удовольствия, чувствуя, как магия заполняет каждую клеточку его тела. О да! Миг экстаза! Когда возвращается нечто, ставшее частью тебя, – это почти счастье. Потом настала очередь Селии.
– Юра, а дверь ты открыть сможешь?
– Смогу, – кивнул Юра. – А что потом?
– А потом, – Рональд встал, оперся о стену. – Потом мы пойдем отсюда. И горе тем, кто встанет у нас на пути.
Юра хмыкнул, продолжая колдовать над наручниками:
– Загоревались, как же!
Селия усиленно размышляла:
– Что у меня есть… немного алхимического огня. Если смогу поджечь – тут даже камни гореть будут.
– Немного – это на один или на два кирпича?
Селия вздохнула:
– Примерно так.
– Тогда прибереги. Авось да пригодится, – хмыкнул Юра.
Руки Селии освободились, и девушка крепко обняла проходимца:
– Спасибо тебе.
– Не за что. Я предлагаю нечто другое, – Юра говорил серьезно. – Нас ищут?
– Если эти твари здесь столько времени сидели, быстро их так и так не найдут, – обломал все надежды Рональд. – На спасение пока можем даже не рассчитывать.
– А на пакость?
– То есть? – поинтересовалась Селия.
– Ну… я книгу читал. Там тоже бог был, вот ему взяли и на алтарь пос…
– Юра!
– Хм… Ну, вы поняли. Алтарь раскололся, и бог свалил на все четыре стороны.
Селия и Рональд переглянулись:
– Теоретически…
– Если нас собираются принести в жертву, предлагаю найти тот алтарь и как следует напакостить. Что вообще боги за такое делают?
– Есть несколько вариантов, – голова у Рональда болела, но без антимагических оков восстановление шло полным ходом. Скоро он придет в себя. – Первый – нас убивают.
Юра пожал плечами:
– Они и так собираются это сделать. Хоть сдохнем, как сами выберем. Второй?
– Взрыв, – просто ответил Рональд. – Так просто от бога не избавиться, для этого надо все алтари разрушить и всех жрецов перебить. Но если разрушить один алтарь с накопленной в нем силой, будет взрыв. Или еще какие последствия, он может под землю провалиться, может лавина сойти, может…
Юра махнул рукой:
– Делаем?
– Делаем, – оскалился Рональд. – Все равно сбежать вряд ли получится, они тут все знают. Настигнут нас быстро, и дальнейшее нам не понравится. Лучше уж выбрать самим.
– Тогда действуем. Как сказал один наш поэт, «несравненное право – самому выбирать свою смерть».
– Действуй… друг.
И Юра принялся открывать дверь в камеру. В смерть он совершенно не верил. Почему?
А вы читали хоть одну книгу, в которой убивают главного героя? Вот и он не читал. А он тут точно главный, это понятно! Он же единственный попаданец!
Так что все живы будут! Он точно знает!

Тем временем в селении орков было весело и интересно.
Дорк Даххар лично встречал прибывших. И… совершенно зря он сказал:
– Грон! Рад видеть тебя с супругой.
Анна-Лиза мило улыбнулась, потом раскрутила на кончике пальца маленький водяной шарик – и прицельно бросила его в ближайшую скалу.
Шарик лениво пролетел ее насквозь, оставив солидных размеров дыру, и рассыпался красивой капелью.
Орки резко изобразили статуи. Белые такие, неподвижные… и с открытыми ртами.
– Если я, – ласково начала блондинка. – Еще раз. Услышу. О вашей подлости. Здесь. Мокрое место. Останется.
Сказано было очень убедительно.
– А я его отполировать помогу, – Линда прищелкнула пальцами красивым жестом.
Скала рассыпалась серым порошком. Мелким таким, абразивным…
Орки поняли:
– А… э…
– Мы – друзья. Дальше посмотрим, – вежливо объяснил отцу Грон.
Дорк медленно выдохнул. Ну да. Рисковал. А вы бы не стали рисковать? Ради такого приза в семью?
Умница, красавица, талантливый маг, дети хорошие будут, да и Грону она нравится. Что он, с бабой справиться не смог бы?
Все же Дорку была свойственна некая ограниченность мышления.
Не смог. И Дорк не смог бы. И сейчас он это отчетливо понимал. Анна-Лиза сровняла бы поселок с землей, плюнула и ушла. И Грон ей не помеха, у парня просто сил не хватит. Магических.
Свяжешься с такой… Но зачем тогда они здесь?
– Нам надо серьезно поговорить, – Грон протянул отцу письмо императора.
Дорк кивнул и направился к общинному дому. Надо. Очень надо.

Когда Рональд и Селия не появились спустя час, девушки встревожились.
Орки как раз не волновались, они готовились к прибытию имперцев. Не просто ж так корпус прибудет? Им надо место подготовить, провиантом обеспечить, цель указать…
Дорк бегал как подстреленный.
Понятно, что императору пара дней потребуется, но император справится, он такой. А орки?
Справятся – им плюсик. Прохлопают ушами? Минус они не получат. Но процент от прибыли точно будет меньше. Так что за свое, за кровное радеем.
С тем Дорк и носился. И Грона подпряг к своей бурной деятельности.
А вот девушки постепенно заволновались. Не сразу – мало ли что задержало подругу? Может, кого встретили по дороге, или император о чем-то распорядился, или… Всякое бывает.
Но время шло. И первой разговор начала Анна-Лиза:
– Где Сели?
– Сама бы хотела знать. И Юра…
– Они уже должны были быть здесь.
– Ладно. Подождем еще час.
И час. И два. И три… К концу четвертого часа девушки поняли, что у них возникла проблема. Тревога за подругу нарастала, давила, заставляла нервничать.
Анна-Лиза плюнула и поймала Грона за рукав:
– Селии еще нет.
– Э… может, она решила задержаться?
– И Рональд? И Юра?
– Ну… мало ли что?
– Сели дала бы о себе знать.
– Как?
Анна-Лиза коснулась кошелька на поясе. Селия сделала для девочек эти артефакты. Обычно их делали парными, но Селия рассчитала параметры для троих. Кошелечки служили для связи, стоило положить в один из них записку, как та появлялась в двух других. Больше так ничего не передашь, но уж листок-то бумаги?
– Селия могла… забыть?
– Не могла, – отрезала Линда, подходя с другой стороны. – Сели из нас троих самая обязательная, она знает, что мы будем волноваться.
Грон подумал:
– Что требуется от меня? Что я могу сделать?
Анна-Лиза вздохнула. И мысленно поставила орку большой плюс. Этот поступок в ее глазах значил больше, чем сорок кустов белых роз.
Не отмахнуться. Выслушать, поверить и помочь. Оказывается, и орк может быть человеком?
– Смотри, – Линда показала, как вкладывает записку в кошелек. Закрывает его… и записка проявляется только у Анны-Лизы. – До Селии наши весточки не доходят.
– Вот как?
– Да, мне это тоже интересно. Почему?
– Так что я могу сделать?
Девушки задумались.
– Мы прикинем, как можно добраться до Селии. И если она в горах…
– Орки будут в вашем распоряжении. Клянусь!
Анна-Лиза кивнула и отпустила «супруга». Поглядела на Линду:
– Как мне не хватает Сели! Она бы сейчас обязательно что-то придумала.
– Не сомневаюсь. Давай мы подумаем, что можем сделать?
– Попробовать найти подругу. Если кошелек не отвечает, значит…
– Он не активен. И находится в месте, которое блокирует магию, – прикинула Линда.
– Или уничтожен.
– Или так… это плохо.
– Очень. Итак, на артефакты можно не рассчитывать. А что можно поискать?
– Самих Селию и Юру.
Анна-Лиза посмотрела на подругу с сомнением:
– Ладно Сели. Но Юру?
– Мм… у меня есть прядь его волос, – призналась Линда. И покраснела.
Детство? Да. Но когда они спали вместе, она подползла поближе к Юре. И… смешно, конечно, но прядь волос любимого человека она на память отрезала! Смейтесь, кому смешно!
– Тогда… давай попробуем искать их обоих? – воодушевилась Анна-Лиза.
– Поиск по двум точкам? Если там зона блокировки или если они далеко, может получиться разброс… если бы по трем точкам…
Девушки хищно переглянулись.
– Грон!
Орк и опомниться не успел, как его отловили еще раз, взяли у него пару капель крови из пальца, наскоро заживили ранку и махнули рукой: свободен!
А Линда и Анна-Лиза устроились за околицей поселения и принялись расчищать площадку. Выглядело это так.
Линда один раз повела рукой – камни быстро раскатились в стороны и образовали аккуратную оградку вокруг площадки.
Линда повела рукой второй раз – площадка стала однородной и покрылась мелким серым песком. Как раз начертить все, что захочется.
– Я плохо помню теорию…
– Нельзя сказать, что я ее хорошо помню, – скрипнула зубами Линда. – Сели нас разбаловала. Итак?
И девушки бросились на штурм теории магии. Помню, не помню… Это – адепты! Изобретем! У Селии ушло бы пять минут.
У девушек битый час. Чтобы нарисовать треугольник, вписать в него другой треугольник, потом начертить нужные символы, положить на три угла меньшего треугольника две пряди волос и платок с кровью, потом прикинуть заклинание, чуточку его модифицировать и рассчитать силу.
Это тоже ведь не просто так!
Ладно еще водяные плети, теми гоняй кого хочешь и сколько надо! А тут? Ты в заклинание вбахиваешь силу, ты должен позаботиться о том, чтобы она нашла выход. Мало ли что?
Может, ты его неправильно составил! Или у тебя сил не хватит довести его до ума. Тогда все вложенное рванется наружу – и от тебя дыра в земле останется.
Это неправильно. Надо подстраховаться.
Девушки подсчитали, потом еще раз все проверили, и Анна-Лиза заняла место в центре треугольников. Она сильнее, ей искать.
Линда – на подстраховке.
Анна-Лиза медленно принялась напитывать силой контур.
Вот замкнулся и засиял желтым один треугольник, налился красным – второй, запульсировал, выстрелил во все концы земли острыми лучами-ниточками, Линда напряглась…
Тут ведь как? Найти человека можно хоть где. Но хватит ли у тебя сил дотянуться? Пробить защиту? Засечь точное место? Это все – сила. И надо ее много. Хватит ли у Анны-Лизы?
Они специально сделали так, чтобы Линда могла подпитывать подругу, да и накопители были, но… Мало ли что? До столицы они точно не дотянутся, но если Селия там… А плевать! Они пойдут в столицу! Приказ там императора, наказ, показ… Это – их подруга! Кто не спрятался – они не виноваты!
Но до столицы тянуться не потребовалось.

Анна-Лиза почти физически ощущала, как из нее утекает магия. Медленно, но неотвратимо. Пока заполняла контуры силы, пока выпускала щуп, пока…
Справилась, конечно. Но достанет ли у нее сил? Оставалось ждать. Впрочем, недолго. Вот уже первые результаты… Сели – в горах! Она близко, она рядом. Она совсем недалеко. Она…
Анна-Лиза зафиксировала первые результаты, потом добавила еще силы.
Словно барьер какой… все размывается, тонет… хорошо, есть еще две точки опоры. Одну им выцепить не удалось бы, а вот три…
Силы утекали. В ход пошел первый накопитель. Анна-Лиза вбросила еще сил, потом выпила второй – и поняла, что… дотягивается! Есть! Есть координаты!!!
Кое-как она зафиксировала их для себя и принялась гасить заклинание.
Медленно, спокойно, не торопясь, выпивая даже мельчайшие капли силы из получившейся гексаграммы. Вот так. Чтобы потом проблем не было.
Закончила – и отвалилась, словно пиявка. Хотя и подташнивало. Так и уселась, где стояла. Силы были, но двигаться не хотелось. Вообще.
– Есть?
– Да!!!
– Где? – Линда была краткой и точной. Военная выучка.
– В горах, – Анна-Лиза спроецировала на свободное место карту гор и отметила место, где засекла «треугольник».
Линда вгляделась. И побелела:
– Анни!
И столько тревоги было в ее голосе, что Анна-Лиза подлетела на полметра вверх.
– Лин?
– Это… помнишь? Те точки, на которые показывала Селия?
– Да.
– Это одна из них.
Подруги переглянулись. Вывод был ясен.
Их подруга отправилась в горы и каким-то образом попала к «собакоголовым». Как, почему…
Не время и не место рассуждать. Если бы одна Селия, а то явно все трое. Значит, не ловушка и не подстава. Никто не мог предположить, что девушки будут искать по трем точкам, никто не мог знать…
Что им теперь делать? А что, есть выбор и идеи? Спасать подругу, понятно! Вот только как?
Девушки обменялись растерянными взглядами. Проблема…
Понимали они друг друга почти без слов. Метнуться в столицу? К императору?
А кто их туда пустит? Рональда – да. А они здесь кто? Две сопливые адептки! Но даже – допустим! Они прорвались в императорский дворец, попали на аудиенцию к императору, их выслушали, приняли их слова во внимание, согласились помочь… Допустим!
А сколько времени это у них займет? Сколько времени это займет у императора? Есть ли это время у их подруги? Девушки всей шкурой ощущали, что надо торопиться, а у магов предчувствия – не просто так.
– Это на два-три дня, раньше не раскачаются, – пробормотала Линда. – И так корпус, в эти горы…
Ну да. Раньше чем через два-три дня помощь не прибудет. Большая.
А маленькая… Девушки себя оценивали вполне здраво. Сильный маг – Линда. И боевик к тому же. И основная ударная сила – Анна-Лиза. Которая сметет пару скал и не заметит. Если они не справятся, то и большее количество магов окажется бесполезным.
– Идем?
– Идем, подруга. Только Грону скажем…
Девушки собирались просто и без затей телепортироваться к нужной скале и постучаться в дверь, если она там есть.
Линда – маг земли, скалы – ее стихия. Анна-Лиза – маг воды, а вода себе дырочку найдет.
Кто-то не спрятался? Даже если кто-то спрячется – это будут не их проблемы. Осталось сказать о своем решении Грону, переодеться – и вперед. Даже Анна-Лиза не пойдет на штурм «собакоголовых» в платье. Оно же испачкается! И порваться может! А вы знаете, сколько стоит хорошее платье? Да все жрецы Садорена дешевле на развес выйдут!
Так что девушки переглянулись и молча направились к выделенному им дому. Там их Грон и нашел.

– Апалаумэлы?!
– Что это он?
– Не знаю. Непереводимая игра слов, – Анна-Лиза затягивала шнуровку на высоком сапоге.
Орк? Какие еще орки! Не мешайтесь – придавлю!
– С ума сашлы, да?!
– А… понятно. По делу есть что сказать? – Линда пристегивала ножны для кинжалов. И проверяла, хорошо ли они ходят в уютных вместилищах. Скоро клинки напьются крови. Уже скоро…
– Куда вы полэзэтэ?! Вас там же… того!!!
– Это мы сами разберемся, – снизошла до ответа Линда. – Анни?
– Сейчас, куртку накину.
– Все взяла?
– Все готово.
Девушки напоминали ювелирные витрины. Хотя и не самого дорогого ювелира, но в магическом плане они искрились так, что страшно было. На дорогих камнях и верно заклинание держится лучше. Но Селия и на дешевых не промахивалась. Все было сделано максимально качественно.
– Куда вы?!
– Ты не понял?
Грон понял, просто верить не хотел. А что тут скажешь? Я вас не пущу? А поселок-то останется? Вы с ума сошли? Ага, послушают, как же! Дождитесь помощи? И ждать не будут. Тогда что?
– Я с вами. Дайте только оружие взять.
Девушки переглянулись. Брать или не брать?
Грон – маг, хотя и необученный, источник сил. Хотя бы. Воин. Не беспомощное трепетное существо (Линда представила себе Юру и скрипнула зубами – ее любимый в руках врага! Вырвать те руки по самые ноги!!!), не беззащитный мальчик…
А воин может быть и нелишним. Мало ли что?
– Бери – и бегом, – решила Линда.
– Вы бэз мэня нэ уйдетэ?
– Слово, – отрезала Анна-Лиза.
Грон помчался рысью. И замер перед своим домом. Тарх Керн, Арх Шад, Фан Дерк – парни стояли и ждали его.
– Что случилось?
– Ты куда собрался, друг?
– Э… надо!
– Мы с тобой.
Грон замотал головой:
– Вам же… зачем?!
Арх едва ли не фыркнул:
– Сложно ли догадаться, что у девочек проблемы? Две прибыли, третьей нет, странно. Колдовать взялись, искали кого-то, я понял… Потом собираться пошли… явно у третьей проблемы. А если они уходят, то и ты с ними. А мы с тобой.
– Старейшины будут ругаться…
– На вертеле я старейшин вертел, – отозвался Фан. – Идем?
Грон аж поперхнулся. Вот и говори потом о пользе образования. Такие хорошие орки были, послушные, тихие, еще и полугода не проучились в академии, а начальство вертеть уже научились. Интеллектуалы!
Но спорить не хотелось. Мало ли что? Помощь и правда нужна…
И Грон пошел за клинком и кольчугой.

Линда и Анна-Лиза переглянулись. Посмотрели друг на друга, потом на орков, потом опять друг на друга. И подвели итог. Больше – не меньше.
– Мы сможем к ним телепортироваться или придется идти так? – уточнил Грон.
Девушки задумались. Вообще они могли рассчитать телепорт до места. Но это надо сначала вернуться к стационарному, потом еще энергия, да и звон пойдет на всю округу.
Девушки вообще рассчитывали воспользоваться магией Анны-Лизы. Водяной элементаль движется быстро, ехать на нем сложно, но девушки могут справиться.
Грон? Тоже как-нибудь не переломился бы. Но четверо орков? Всего шесть человек. Многовато для элементаля. А ножками идти долго…
– Я могу открыть тайные дороги, – предложил Грон.
Вообще-то не стоило бы, но… Анна-Лиза. А Селия ей не просто подруга, эти девушки ближе сестер. Все, что сделает Грон, зачтется Анной-Лизой.
Орк не без оснований подозревал, что побрякушки-цветы-конфеты его супруга просто не оценит. Подумаешь! Это кто угодно может купить. А вот поступок…
– Жрецы Садорена смогут почуять ваши пути? – настороженно поинтересовалась Анна-Лиза.
– Вряд ли. Это надо горы знать…
– Давай попробуем, – решилась Линда.
Анна-Лиза кивнула:
– Да, давайте.
И компания решительно направилась к ближайшей скале.
Горы… Высокие, величественные, со снежными шапками, потрясающе красивые.
И поганят же эту красоту жрецы Садорена! Вот как у них только совести хватает!

Юра выглянул в коридор первым. Огляделся, задумался, кивнул Селии:
– Скажи, ты можешь сделать так, чтобы мы видели в темноте?
Вопрос был логичным. В коридоре было темновато, пара факелов на стене скорее подчеркивала темноту, чем рассеивала. Да еще одним завладел Рональд. Примерился… Сойдет.
– А кандалы взять? – Юра интересовался чисто теоретически. Про себя он все знал – пацифист по жизни. Ну не умеет он сражаться! Никак! Дай ему в руки оружие, и он сначала покалечит себя, а потом самоубьется. Враг хорошо если со смеху сдохнет. Его оружие – исключительно высокий интеллект.
– Они же антимагические. А я все же маг… – ответил Рональд.
– Только сейчас не показывай, – коснулся локтя любимого человека Юра. – Мало ли что…
– Могут почуять, – кивнула Селия. – Ой! Слышите?
Мужчины прислушались. По коридору кто-то шел.
– Штирлиц? – непонятно пробормотал Юра.
Рональд толкнул его к стене, прикрывая собой:
– Тихо!
Селии и говорить не надо было – она прижалась к стене и полностью растворилась в тенях.
По коридору шел полноватый мужчина лет сорока, невысокий, темноволосый, с проседью, с лицом потомственного лавочника… встретишь – попросишь хлеба продать. Такое мирное у него было выражение.
Вот он сворачивает, вот подходит к месту, где замерла, затаив дыхание, засада, делает еще шаг… и что-то начинает понимать.
И ничего не успевает. Факел – отличное ударное оружие. Если со всей дури, да по черепу…
Толстячок свалился, но шума почти не было. Рональд подхватил его – и поволок в камеру.
Пара пощечин, зажатый ладонью нос – и вот мужчина приходит в себя. И осознает, что в цепях, а над ним наклонились трое узников. И взгляды у них очень недружелюбные.
– Поговорим?
Жрец Садорена вздохнул. И попытался убедить этих глупцов, не знающих света истинной веры:
– Вы зря так поступаете.
– Правда? – поинтересовалась одна из теней.
– Конечно. У вас есть шанс погибнуть во славу Садорена и прислуживать в чертогах Его. Или вас попросту убьют…
– И я предпочту второе, – хмыкнула самая рослая из теней. – Сколько вас здесь?
– Я вам ничего не скажу.
– Вообще не скажешь?
– Нет…
– А как тебя хоть зовут?
– Я – смиренный жрец Его Ларан. Поймите, вы все равно обречены служить Ему, но сейчас вы можете с покорностью принять свою участь и возвыситься после смерти, принеся Ему пользу. А потом…
– Суп с котом!
Удар был таким сильным и жестким, что жрец его даже не почувствовал. Просто внезапно стало темно.

– А допросить? – даже немного расстроилась Селия.
Рональд качнул головой:
– Он бы ничего не сказал. Это бессмысленно. Время потратим, шум поднимем, и только.
– Зачем он сюда шел?
– Не знаю. Но…
Пара минут ушла, чтобы заковать жреца в кандалы, как следует заткнуть рот и замаскировать в углу под нарами.
Отряд из трех отчаянных героев двинулся вперед по коридору, в том направлении, откуда пришел жрец. Поворот, второй…
Хорошо помогало, что основные коридоры были освещены, а вспомогательные или ложные – нет.
Жрецы Садорена были у себя дома, чего им бояться?
Поворот, еще один, слышны голоса…
Рональд идет первым, он замер и прислушался.
Голос брата? Да.
– …Туда и дорога!
– Если бог ответит, мы сегодня свершим месть!
– Алтарь уже готов?
– Да.
– Надо бы еще раз сходить проверить, – задумался Эрвин. – Хочется, чтобы все было идеально.
– Проверь, – согласился жрец, – и через час начнем.
– Жду не дождусь увидеть братца на алтаре.
Жрец хихикнул в ответ:
– Сегодня вам представится такое удовольствие, Эрвин. Жаль Эвержанну…
– Да. Неудачно получилось, еще бы пару дней…
Рональд только зубами заскрипел. Сволочь!!! Доберусь я до тебя!
Но выглянуть он не решился.
Шаги затихли, и только потом… Пещера.
Большая, уже ярко освещенная, и ее надо пересечь. Стоит несколько столов, стульев, пещеру явно используют как столовую, тянет вкусным мясным запахом, кое-где грязные миски…
Несколько человек сидят трапезничают. Доносится кухонный шум. Вот звякнула посуда, вот потекла вода…
А ведь пещеру надо пересечь. И выйти. И потом не факт, что их не заметят. С кухни их точно увидят, крикнут, кто-то прибежит на помощь. А если здесь начнется свалка…
Селия и Рональд переглянулись.
– Мы можем отвести глаза, – задумался Рональд. – Но ты-то нет!
– Зачем отводить глаза? – уточнил Юра.
– А как мы пройдем через пещеру? И к выходу?
– Да спокойно. Я как выгляжу?
– Отлично, – с легкой завистью хмыкнула Селия.
Любимые джинсы со стразами, которые надел Юра, не подвели. Вот ведь универсальная одежда – никакими жрецами ее не угробишь! И джинсы выглядели отлично, и рубашка… на ней столько рюш и бантов было, что мятых особо и не замечали. Если бант один – тогда да, приглядишься. А если их с полсотни?
Юра легким движением пальцев взбил волосы, ухмыльнулся.
– Я пошел.
– Куда?! – ахнул Рональд, хотел схватить парня за рукав, но куда там! Проходимец уже шел по пещере! И как шел!
Медленно шествовал, уверенный в полном своем праве находиться именно здесь и сейчас. Модели по подиуму с таким спокойствием и грацией не ходят.
Задержать? Да ни у кого язык бы не повернулся даже поинтересоваться, что здесь делает молодой человек. Какие там задержания!
Рональд и Селия переглянулись, быстро набросили «отвод глаз» и последовали за Юрой. А могли бы и не стараться, все равно их никто бы рядом с проходимцем не заметил!
Один из жрецов таки попробовал шагнуть наперерез или что-то вякнуть, но Юра даже не остановился.
Взгляда хватило. Вы? Смеете? Меня?! (удивительная наглость!) Останавливать?!
Это если передавать краткую смысловую нагрузку взгляда.
Жрец устыдился своего невежества и уселся обратно. Юра прошествовал в кухню, недолго думая взял там с противня булочку и вышел через заднюю дверь на улицу.
Рональд и Селия последовали за ним. И только там решились что-то сказать.
– Ты был великолепен, – шепнул Рональд.
Вместо ответа Юра протянул вторую булочку ему, а третью Селии. Ловкость рук и никакой магии.
– При… – чавк! – соединяюсь, – вгрызлась в неожиданный подарок судьбы Селия. Кушать хотелось. А попить…
Найдем! Нельзя же требовать от судьбы слишком многого.
Жрецам и так не пришло в голову, что хрупкий светловолосый парень – это их узник. И вот так, спокойно, он расхаживает по крепости.
– Куда дальше? – Юра смотрел невинно.
Эх, маловата булочка.
– Искать алтарь.
– Вон тот?
Юра показал пальчиком.
Рональд обругал себя идиотом. Вот уж действительно… Болван!
Как устроились «собакоголовые»?
В скале. В пещере. А сейчас молодые люди вышли в этакую маленькую природную долинку, закрытую со всех сторон. Жрецы поделили ее на две части – ритуальную и хозяйственную.
В хозяйственной росли несколько десятков кустов, в которых Рональд опознал черную смерть, одно из самых ядовитых растений, даже дотронуться до него – и то ожог будет. И несколько загонов с животными. Хозяйственными ли, жертвенными – кто их знает.
Во второй части стоял алтарь. И, судя по тому, что рядом с ним находилось, активно используемый.
Рунный круг аж дымится от силы, вложенной в него, камень весь словно кровью пропитанный, да и сам алтарь…
Селия пошатнулась:
– Силу тянет, с-сука!
Рональд кивнул.
Он тоже ощущал нечто подобное, но Селии хуже. Она женщина, она слабее.
А вот Юра был свеж и бодр. Но с ним понятно, он еще силой пользоваться не привык.
А вот и несколько жрецов, которые возятся у алтаря, чертят круги еще раз, проверяют готовность пыточных инструментов… Пока они еще не видят вышедших людей, но это – пока. Скоро их заметят, и тогда уже никто не спасется.
Юра поежился – то ли от холода, то ли что-то почувствовал…
– Так нам что с этим алтарем надо сделать? Нагадить? Что-то мне кажется, что не получится.
Рональд кивнул:
– Определенно. Ладно… я попробую. А если что…
– Стоять! – рявкнула Селия. И распахнула в стороны остатки платья, открывая все свои прелести.
– А…
– Э…
Ничего более умного мужчинам в голову не пришло. А Селия уже стаскивала корсет.
И выдернула из него одно ребро, сделанное из какого-то серого пористого материала.
– Алхимический огонь. Немного, правда.
Как – немного? Прожечь камень на метр в глубину хватило бы.
– Отлично! – Рональд без колебаний взял корсет. Так и поджечь, не вынимая.
Селия запахнула платье, которое теперь вообще ничего не прикрывало, и пожала плечами:
– Артефакты они забрали и обыскали, а вот догола раздеть не догадались.
– Расслабились, – хмыкнул Юра, который снова поменял свое мнение о Селии.
Баба. Но не такая уж и дура, похоже…
– Задержка есть? Или сразу вспыхнет?
– Двадцать секунд.
– Тогда прикройте меня. – И Рональд помчался к алтарю, наплевав на все.
На жрецов, которые у этого алтаря были чем-то заняты, на подсобных рабочих… да на все. Одной рукой Аргайл кастанул какое-то заклинание, второй держал огонь, но и так было неплохо.
Жрецы разлетелись куклами… увы, ненадолго. Секунд на пять. А потом Селия вступила в бой. Мало силы? А плевать, я найду, как вас достать!
Маг огня, она выпустила с обеих рук несколько десятков огненных пчелок. Ерунда?
Даже укус обычной пчелы можно пережить? А уж искорка? Да что она там может? Пшикнет, обожжет…
Пчелы Селии были настроены на глаза, рот и гениталии. На другие цели они не наводились.
Огненные шары – это ненужная пошлость, их могут отбить, а ты от пчелы защитись…
Юра подумал, что бы ему сделать, да вот проблема – учить его еще не начинали. Что тут сделаешь? Камнем кинуть? Ну хотя бы…
– Селия!!!
Девушка шла к алтарю. И ее ладони были окутаны огнем.
Что бы там ни задумал Рональд, прикрывать она его будет до последнего.
– Мать вашу так!!! – выругался Юра.
Подхватил первое, что попалось под руку, – ведро с очистками и кинулся следом. Может, и немного от него пользы, но… Не стоять же столбом? Его друзей убивают!

Одного из жрецов Рональд точно убил. Ударом «огненного кулака». Таким и быка убить можно.
Второго просто отбросил. И оказался совсем рядом с алтарем. Хлопнул на него пакет и активировал свою магию. Бесполезно. Не работает.
Рональд пнул третьего жреца. Ну же… Но рядом с алтарем Садорена его магия просто ничего не стоила. Вообще ничего… Сила бога глушила все.
– Сволочь!!! – простонал Рональд.
Селия глухо застонала.
Пчелы слетали с ее рук уже не десятками, а сотнями. Надолго ее не хватит. Почему медлит Рон? Близко к алтарю она не подходила, даже ее сила там давала сбой, даже пчелы гасли на подлете.
И только Юра понял:
– Не поджигается?
Он был уже рядом с Рональдом.
– Нет!!!
– Тьфу!
Юра отставил ведро, цапнул валяющийся рядом со жрецом нож, огляделся – и схватил с земли камень. Положил нож на алтарь и душевно стукнул по нему камнем. Раз, другой, третий… Посыпались искры.
Алхимическому огню этого хватило. Одной искры… и сверток вспыхнул. Корсет тоже был из легкого материала и занялся быстро.
– Ноги!!! – рявкнул Рон, хватая Юру за руку.
И потащил за собой, сначала к Селии, которая из последних сил отбивалась уже от четырех «собакоголовых». Коварно отбивалась, напоказ отмахиваясь «огненной плетью». А по земле ползли несколько «огненных змеек» и норовили заползти жрецам в сапоги, а потом и повыше, повыше… Нечего таким размножаться! Одному уже точно и не придется, змейка таки доползла до цели.
Рональд выскочил из зоны действия алтаря и попробовал атаковать магией.
Огненный клинок в его руке нашел свою цель, и у Селии стало меньше на одного противника.
– Вау!!! – громко воскликнул Юра.
Алхимический огонь – дрянь такая – прожжет все. Прожжет алтарь, прожжет землю под ним, прожжет… даже гранит прожигает! И гореть будет, пока не закончится.
Отвлеклись все, ахнули… Алтарь горел веселым зеленым пламенем.
Тушить? Пытались. Но ни у кого не получилось. Единственный выход – смахнуть все это с алтаря, пока не въелось глубоко, но ведь к нему еще подойти надо! А не пускают!
Рональд подумал, что надо держаться. Хотя бы минут пять, чтобы огонь вгрызся в этот проклятый алтарь, чтобы выжег всю эту мерзость, чтобы…
А потом и думать стало некогда. Только драться.
Удар клинком. Кто-то падает.
Отбить чужой меч… стальной клинок сталкивается с огненным, разлетаются искры.
Селия пятится назад, по лицу девушки текут слезы, но глаза открыты. Это не страх и не боль, это нервы… Огненное колесо в тонких пальцах вытягивается, охватывает шею одного из жрецов, по земле катится отрезанная голова.
Юра ловко отступает с пути несущегося на него амбала, подставляет подножку – и добавляет сверху камнем. Еще не хватало…
Тут же падает на колени:
– Дяденька, я больше не буду!!!
Визг такой, что «дяденька» на миг останавливается, и Юра футбольным подкатом под ноги сшибает его вниз. Еще и сам изворачивается. Проходимец-то встает, а вот жрец крепко головушкой о камень приложился.
Только их всего трое, а жрецов уже восемь… двенадцать… больше двадцати… Мелькнуло лицо Эрвина…
– Живыми брать!!! – заорал, надсаживаясь, братец.
– Столько набежало! Где мы их всех хоронить будем? – возмутился Юра.
Это было так неуместно, что Рональд расхохотался от всей души:
– Юра, ты – чудо!
– Я тебя тоже люблю!
Юра понимал, что наверное – все. И… и в то же время – не понимал. Ведь сказки не могут так заканчиваться, правда? Сказки должны заканчиваться свадьбой, а они…
Рональд запустил в жрецов «огненным диском». Увы – зря. Развеялось.
На них действовало или что-то мелкое и подлое, как пчелки-змейки Селии, или что-то очень крупное. А все остальное сила бога просто отводила.
Рональд скрипнул зубами и проткнул еще одного жреца.
– Сдавайтесь! Все равно вы обречены! – рявкнул откуда-то из-за спин Эрвин.
Рональд изобретательно послал его в дальние дали.
И в это время что-то загрохотало снаружи. Помощь все-таки пришла.

– Ты уверена, что это здесь?
– Да.
Анна-Лиза сомневалась. Линда была уверена.
– Маскировка?
– Да, наверное…
Дорога гор была короткой. Несколько минут – и они уже почти рядом с намеченной целью. Потом еще около часа пути по горам, и вот…
Перед ними самая непритязательная скала. Но именно отсюда девушки ощущали своих. Именно здесь…
– Пещера? – предположил Тарх.
– Я не чую, – нахмурилась Линда.
– Магия Садорена? Его сила…
Анна-Лиза могла не только романы читать.
– Проверим…
Линда размяла руки, как вдохновенный пианист, а потом…
Ш-шух! – это чуток тряхануло землю.
Ш-шись! – Анна-Лиза прошлась водой по всей площади перед собой.
И в водяном мареве девушки увидели то, что не было заметно невооруженному взгляду. Недаром же говорят, что вода смывает морок. Вход в пещеру.
– Я первый! – рявкнул Грон.
– Хорошо, – кивнула Линда и зажгла на ладони небольшой огонек. Она в темноте видела, а вот Анни – нет. Да и оркам сложновато будет.
В пещеру входили сначала Грон и Тарх, потом Анна-Лиза и Линда, потом Арх и Фан.
Мужчины с клинками наголо, за ними девушки с магией – и опять воины.
И пещера явно была обжитая. Кто-то срубил самые противные выступы, кто-то сровнял полы, чтобы было удобнее, кто-то…
– Нам действительно туда, – сверилась с внутренним компасом Линда.
Грону эта пещера не нравилась. Он инстинктивно чувствовал опасность, но ведь жена…
– Хорошо, Линда. Как скажешь…
Маленький отряд медленно шел по коридору. До первой ловушки.
Заметила ее Линда. Она же и щелкнула пальцами, привлекая к себе внимание.
– Стоять!
Мужчины послушно остановились. Брюнетка сделала шаг вперед и просто провела рукой по полу.
– Вот так…
– Что там было? – Грон отлично разглядел сплавленный камень.
– Ловушка. Пол вниз проваливался.
– А сейчас?
– Пробежать успеем, – Линда ловко перепрыгнула чуть не на два метра вперед, с места, без разбега. Грон подумал, что хорошо бы с ней поспарринговать.
Ага, если согласится. И – не убьет.
Пол выдержал. Ловушка активировалась, когда они уже все прошли ее, что-то хрястнуло, кусок пола словно провалился вниз. Линда даже фыркнуть в ту сторону не соизволила.
Прошли – и ладно. Миновали еще одну ловушку. И всерьез Линда встревожилась, только когда почуяла…
– Сели?!
– Лин!!!
Анна-Лиза схватила подругу за руку. Только не бежать! Там сражается и погибает их подруга, но если они сейчас попадут в ловушку – они ей не помогут!
Линда скрипнула зубами, но пошла медленнее. Только бы успеть.

Глава 11

Каким чудом они еще держались, Юра не знал.
Рональд – это понятно. Мужчина окутался огнем, и подходить к нему было попросту опасно.
Огненными клинками – двумя – он работал так, словно это продолжения его рук. И от дымящихся внутренностей на земле пахло свежим шашлычком.
Селия уверенно прикрывала ему спину. Сил у девушки оставалось уже на донышке, но… Сначала она вычерпает все. И магию, и жизненную силу. А уж потом враги перешагнут через ее труп.
Из глаза что-то потекло. Кажется, кровь… Да, уже скоро она упадет. Что ж, зато ее душа не достанется Садорену. Хоть это радует.
Юра же… Драться он не умел. Но защитить себя – дело другое. И он отлично помнил слова своего тренера: «Лучшее поведение в драке – подлое. Ори, рыдай, обосрись… пусть тебя не воспринимают всерьез. Тогда – бей. И добивай лежачего, не то снова встанет. И бей в глаза, в горло, в пах… Благородство? Если на тебя напали, какое может быть благородство – к врагам? Мочи их наглухо!»
А потому Юра откатился под прикрытие Селии и Рональда и оттуда кидался камнями. Благо их в горах всегда много. Может, и некрасиво, но…
Зато удачно прилетевший в лоб камень любому поубавит прыти. От магии Садорен своих последователей защитил, и файерболом их достать было нельзя. Только врукопашную.
А от физического воздействия не получилось. Никак.
И поверьте, жрец, схлопотавший по моське тремястами граммами камня, отлично выбывает из марафона. Впрочем, долго это продолжаться не могло.
Глухо застонала, оседая, Селия.
Эрвин возник словно из-под земли (зарыть бы его поглубже!) и бросился в атаку. Рональд отразил один выпад, второй…
Но когда ты уже полчаса выкладываешься до донышка, а твой противник полон сил… Эрвин просто проломил щит брата – и клинок вошел Рональду в плечо.
Рон застонал и упал на колени. Больно… Он бы встал, обязательно встал, но – не успевал.
Эрвин оскалился и поднял меч.
Юра кинулся вперед:
– Лови, б…!
Ведро, которое так и стояло рядом с проходимцем, прилетело Эрвину в голову. Помои щедро окатили окружающих, и Юра развил успех. Пнул Эрвина под колено и собрался было добавить, но… Не успел. Меч остается мечом. И выбить его у Юры не получилось.
Это даже не больно было, просто очень холодно. Словно в груди возник кусочек льда, и теперь…
– Ох, – тихо сказал Юра, падая навзничь. Меч остался в руке Эрвина – и на смену стали пришла боль.
За их спиной прогорал алтарь, и всем здравомыслящим людям было понятно, что надо бежать. Но…
Рональд подхватил друга:
– Юра!!!
Эрвин рассмеялся и занес клинок. Жрецы бросились к алтарю.
А в следующий миг голова Эрвина просто слетела с плеч. Тело еще несколько секунд стояло, поливая все кровью из разорванных артерий, а потом осело на пол. И Рональд наблюдал за этой картиной с видимым удовольствием.
– Замочу!!! – В устах миловидной блондинки угроза не была пустыми словами. Анна-Лиза была в бешенстве.
А когда под вами открывается гейзер или хлещут струи кипятка…
Тут и сила бога не спасет, да и с силой здесь уже плохо, алтарь-то почти разрушен!
– Бежим!!! – кое-как прохрипел Рональд.
Он видел – огонь уже въелся, уже пошел вниз, и скоро… скоро алтарь догорит до земли, расколется… А потом будет такой выброс… Вместо долины тут провал будет!
Орки не стали раздумывать. Они молча подхватили всех троих – Тарх перекинул через плечо Юру, Арх подставил плечо Рональду, Фан схватил в охапку Селию – и начали отступать под прикрытием взбешенных магесс. И выглядели девушки так…
Линда топнула ногой. Сотрясение почвы бросило на колени «собакоголовых». Но не просто ж так! Вторая часть заклинания – вырастить из почвы острые, словно иголки, каменные шипы. Так и называется – «земля дикобраза».
Взвыли все, кто упал. Нанизаться на такой шип ногой – больно. И это не магия, это просто кусок камня в твоем теле.
Анна-Лиза, недолго думая, пустила от себя волну воды. Водичка по колено? Ерунда. А если кипяток? Какое – преследовать?! Встать не получалось…
– Отступаем!
Линда сомкнула ладони, закрывая за ними проход.
Рональд дернулся, падая на пол:
– Линда!!!
– Да?!
– Они не уйдут из долины?
Линда пожала плечами. Может, и ушли бы… но она поняла, что хотел сказать Рональд.
– Анни! Руку! Двойная сфера!!!
Шесть накопителей осыпались мелкой черной пылью. Линда даже на колени упала, но главное было сделано. Долина с алтарем оказалась заключенной в двойной купол. Сверху – вода. Снизу – земля. Так просто и быстро не пробьешь, не сбежишь…
– Сколько продержится?
– Минут десять.
– Хватит. Бежим!!!
– А…
– Когда алтарь рванет…
Больших пояснений им и не надо было.
Все – и спасенные, и спасатели – помчались вслед за Гроном, благо тот был без груза. Зато с клинком.
Двое слуг. Даже обидно как-то, но на долю Грона остались всего лишь двое слуг. Все остальные были или в долине, или до них уже добрались разъяренные магессы. А нечего тут! На их подругу!!!
Они успели пробежать половину коридора, ведущего к свободе, когда за их спинами начался… Ад!
Что-то громыхало, тряслось, Линда материлась, Грон подхватил ее под руку, потому что сама магесса сейчас бежать не смогла бы. Она кое-как, стиснув зубы и используя последние накопители, удерживала коридор от обрушения.
И ей это удалось. Он схлопнулся, когда они вылетели, почти упали на землю у входа в пещеру. И одновременно исчез купол. В оставленной ими долине творилось…
Линда знала, что там происходит. Знала и Анна-Лиза. Алтарь прогорел до конца и распался. Сила, содержащаяся в нем, выплеснулась на свободу. И началось… извержение вулкана?
Разве лава бывает – черной? Но она была.
Она хлестала из обломков алтаря, она заливала долину, она разъедала не хуже кислоты, и люди – или уже нелюди? – корчились, кричали, стонали…
А лава все прибывала и прибывала, и постепенно крики стихали, смолкали… Уйти не удалось никому.
– Юра!!!
Все отвернулись от долины и кинулись к проходимцу.

Юра лежал на спине. И смотрел в небо. Такое синее-синее.
– Юра, держись. Сейчас, минуту…
Анна-Лиза вылила в рот проходимца пузырек настойки бессмертника, добавила один эликсир, второй…
Бесполезно. Магия способна на многое, но не всесильна. Клинок чудом не задел сердце. Юра не умер сразу, но… С перебитым позвоночником не справится даже магия. Да еще начали не сразу. Двадцать минут.
Паршивые двадцать минут, когда сначала отбивались от врага, а потом убегали. Если бы сразу… а сразу не получилось.
И…
– Юра, – Рональд осторожно взял руку проходимца. – Юра, держись, мы тебя спасем…
– Юрочка, солнышко, – Селия не сдерживала слез. – Не умирай…
– Как романтично, – Юра улыбнулся быстро выцветающими губами. – Погибаю во имя любви…
– Не смей!!!
– Я тебя люблю… – договорить Юра уже не успел. Его голова откинулась назад, лицо побелело, из него уходило нечто…
– Юра!!!
Линда разрыдалась.
– Лин!!!
Слезы застилали глаза, но Линда вскинула голову.
Тело Юры… оно исчезало.
Рассыпалось цветными искрами, и эти искры улетали куда-то…
– Что это?!
– Благословение, – просто ответил Рональд. – Он погиб, защищая нашу землю от захватчика. Боги ему благодарны.
– Но…
– Здесь он не выживет. А вот там… Боги отправили его туда, где его спасут.
– Но мы его никогда не увидим?
– Да. Но живой…
Линда вытерла нос рукавом:
– Правда?
– Клянусь, – сказал Рональд. – Юра…
Тотчас разрыдалась Селия:
– Он же… он нас собой закрыл.
– Да… настоящий друг. Обещаю назвать в его честь первого сына, – Рональд вздохнул. – Судьба жестока. Боги отняли у меня обоих братьев. Что ж, я надеюсь, они подарят мне сына.
Селия закивала головой:
– Да! Обязательно! И мы все расскажем ему, как его дядя любил его родителей, как собой пожертвовал…
Рональд каким-то очень естественным жестом привлек жену к себе:
– Он тебя полюбил, Сели. Тебя нельзя не полюбить…
Рыжая ведьма хлюпнула носом и уткнулась ему в грудь.
Ох, Юра, Юра…
Она бы не смогла ответить ему взаимностью, но вот так… отдать свою жизнь…
Какие же мужчины рождаются в том загадочном мире?!
Боги милостивые, пусть его спасут там, куда вы его отправили!
Рядом тихо, но безнадежно плакала Линда.

– Что будэм дэлат? – первым очнулся Грон.
Рональд думал недолго:
– Грон, ты можешь отправиться в столицу?
– Да. Но…
– Бери с собой Линду, и вперед. Во дворец.
– К императору? – хлюпнула носом девушка.
Анна-Лиза отпустила подругу, которую обнимала все это время, и перевела дух. Брюнетке нельзя было давать расклеиваться. Только вперед, работа – лучшее для нее средство от боли и горя.
– Да, вас пропустят. И передайте ему… эх, написать не на чем!
Анна-Лиза молча достала и протянула Рональду кусочек пергамента и грифель:
– Хватит?
– Более чем. Благодарю.
Девушка кивнула. Улыбаться ей не хотелось. Хотелось плакать. Да, они выручили подругу, и Рональда спасли, и… Он же ей был никем, этот проходимец! Вообще никем! А почему так больно?
– Хочешь, мы в его чэсть сына назовэм? – подловил нужный момент Грон.
Анна-Лиза подумала. Сына?
– Нет. Разве что дочку. Юра говорил, что в его мире есть имя – Юля… Ему нравилось.
Может, она бы еще долго мучила орка. А может быть…
Вот Юра. Он только что был – и его уже нет. И только память осталась.
А если и Грон завтра так же? Не дай боги, конечно… хочет она, чтобы так было? Или все же оставит себе на память нечто более вещественное?
Однозначно.
– Я буду рад дочкэ, – заверил Грон. – Если она будэт красывой, как ее мама.
Анна-Лиза кивнула.
Конечно, это еще не конец их истории, но взаимопонимание было достигнуто. Да и сложно злиться на того, кто сражался с тобой спина к спине.
– Вот, – Рональд протянул листок бумаги, свернутый особым образом. – Запечатать нечем, все отобрали, сволочи. Не разворачивай. И отдай лично императору в руки.
– А он возьмэт?
– Да. Линда, иди сюда.
Линда послушно подошла. Рональд прошептал ей на ухо несколько слов и добавил громко:
– Ты должна сказать их при императоре. Он поймет.
– А мне понимать не обязательно?
– Нет.
– Рональд, мы точно к императору попадем?
– Даже не сомневаюсь.
Линда подумала, что ей бы ту уверенность, но Грон уже открывал проход по горной тропе. И девушка шагнула вслед за ним. Действительно, нельзя тянуть – лови потом сбежавших негодяев по горам и долам!
Анна-Лиза крепко поцеловала орка на прощание – сама. Линда отвернулась.
А сложись чуточку иначе, и они с Юрой тоже могли бы сейчас так целоваться.
Юра… прости меня, я не успела! Ах, Юра…
Слезы так и капали все время, пока Линда шла путем гор. Но Грон смотрел прямо перед собой, а горы – горы молчат.

Телепорт. Столица. Дворец. Линда шла, словно сомнамбула. Тоскливо было до крайности. Часом бы раньше… кто ей, дуре, мешал? Получасом! Ну хоть на пятнадцать минут… самое обидное – пару секунд не дожить до победы.
Грон помалкивал. Линда и так-то терпеть орков не могла, а уж в расстроенном состоянии…
Вот и дворец.
– Нам надо к императору, – просто произнесла Линда.
Стража на воротах переглянулась – и раздалось сдержанное мужское фырканье. Понятно, никто и никуда их не пропустит.
В обычном состоянии Линда попробовала бы поговорить, достучаться, ну хоть что-то сделать.
Сейчас… Больно! А если больно ей, пусть и всем остальным станет весело.
Линда медленно свела ладони. И под ее ногами начала вспухать земля.
Громадная каменная игла росла, словно тесто на дрожжах, выпячивалась все выше и выше, стражники заволновались, но даже крикнуть не успели… Куда там! Накопителей у девушки хватало!
Игла переросла ворота, стену, больше половины дворца.
– Ваше императорское величество!!! Разрешите обратиться?! – голос Линда тоже усилила магически.
А что ей терять? Самое ценное она уже потеряла. Человека, которого полюбила.
Как он говорил? Дальше Кушки не сошлют, больше вышки не дадут. Вот, вышка есть. Интересно, как ее должны дать?
– Леди Далг? – император тоже усилил голос магически.
– Да, государь!
– Проходите. Вас проводят.
Линда хмыкнула.
Но обратно развеивать иглу не стала, чисто из вредности. А чего они первые начали? Пусть теперь дворцовые маги корячатся, убирают, или ей приказывают официально. Она и так спустится, вот!
Ворота открылись без писка. Стражники смотрели зло, но Линда не собиралась обращать на них внимание. Доложили бы по команде – не огребли бы.
Не их дело рассуждать, кого пускать, кого не пускать. Их дело старшему сообщать, а уж он решает дальше.
Раззолоченный слуга проводил Линду и Грона к его императорскому величеству.

Кабинет. И император, сидящий за тем же самым столом. Спокойный и ироничный.
– Чем обязан, леди Далг?
Линда шагнула вперед и положила на стол записку.
– Ваше императорское величество, Рональд Аргайл просил передать эту записку – и еще три слова. Бордель. Розабелинда Отчаянная.
Император хмыкнул и развернул записку. Прочитал несколько корявых строчек и прищурился на Линду.
– Значит, алтарь уничтожили?
– Это Рональд, государь.
– Расскажете?
Линда кивнула. И честно рассказала, как было дело. Как они встревожились, как искали подругу, как прошли туда, где ее почувствовали, как сражались… даже о смерти Юры.
Последнее было больнее всего. Почему – он?!
Девочек было жалко, и Рональда тоже, но вон сколько орков кругом бегает! Они целы, а Юра погиб!
Где справедливость?! Орков полны горы, а Юра такой один был…
– Понятно, – император слушал внимательно. – Примите мои соболезнования, леди Далг.
– Благодарю, государь.
– Лучший способ отвлечься от своего горя – работа. Надеюсь, вам понравится то, что я предложу, – махнул рукой император. – Итак, вас проводят в покои.
– Государь?
– Леди Далг, вы можете искупаться, переодеться и поужинать. Пока соберется корпус магов, да и гвардию не сразу поднимешь… это будет сегодня, но чуть позднее, – пояснил император.
Линда вспыхнула. Ведь понимала она все это!
– Слушаюсь, государь!
– Вот и слушайтесь.
Вышколенные лакеи проводили их с Гроном к выходу.
– А чито такое Роза… эта… как ее? – Грон поинтересовался уже в коридоре.
– Не знаю. Рональд велел сказать эти слова императору, чтобы тот не ждал подвоха. А что это – я не знаю.
– Савсэм?
Линда задумалась:
– Кажется, писательница такая…
– И чито пышэт?
– Пышэт, да, – кивнула Линда. – О нелегкой жизни аристократов она пышет. Как бедные, но очень скромные девушки выходят замуж за богатых и нескромных мужчин.
– Газэта?
– Почти, почти… употребление почти такое же… почитал да и употребил.
– Харошээ дэло.
– Это дело завсегда хорошее, – согласилась Линда. – Пойдем в покои? Хоть перекусим?
Магесса весьма и весьма нуждалась в пище. Поколдовала – поешь. Основной закон магии, энергия из ниоткуда не берется. Грон тоже не отказался. Так что ванна подождет.
Ровно через полчаса двое… да, уже друзей, а не просто соратников по борьбе со злом, расположились за столом. И отдали должное и изысканным закускам, и салатам, горячему и сладкому. Только алкоголь не пили.
Магам не совсем хорошо от него. Лучше уж сок какой…
А вот застольный разговор не клеился. И Линда, и Грон думали об одном и том же.
Как-то там их друзья?

Дружная компания из трех орков и трех магов мерзла.
В горах вообще-то прохладно, а одежды у них на всех было недостаточно. Ладно еще Анна-Лиза, хотя и та немного подмерзала. Но она хоть была одета! А Селия? У нее же все порвали, до нижнего белья!
Рональд был не лучше. Арх поделился плащом с ректором, за что получил обещание зачета автоматом. Тарх преподнес свой плащ Селии.
Из третьего плаща, принадлежащвшего Фану, устроили для девушек сиденье – накрыли большой камень. Это орки на земле могут посидеть, а девушкам так нельзя, им еще рожать.
А больше делать и нечего было. Оставалось сидеть и ждать.
Лезть в долину? Для этого нужен будет маг воздуха, не меньше. По земле туда не пройдешь… ладно, маг земли мог бы. Но не присутствующие.
– Анни, ты можешь посмотреть, что там происходит? – потеребила подругу Селия.
Анна-Лиза кивнула. Вода себе дырочку найдет, а маг воды может видеть то, что видит вода. Хотя это и тяжело, но у нее сил хватает.
Долина уже заполнилась черной лавой. И теперь та застывала. Медленно твердела, источая густой темный дым. Гадкий даже на вид.
Анне-Лизе туда лезть не хотелось:
– Там ничего живого.
– Кто знает, – хмыкнул Рон. – Могли уцелеть в пещерах. И пленного мы оставили… если туда эта пакость не дотекла, то один выживший будет.
Анна-Лиза пожала плечами. Главное, чтобы ее не заставляли все это раскапывать. Остальное – разберем.
– Интересно, сколько еще таких алтарей по горам?
– Думаю, много, – Рон прищурился так, словно хотел увидеть нечто за горами. – Придется выпалывать. Или опять наползут.
Вот в этом никто не сомневался.
– Интересно, почему нас сюда выкинуло? – задумалась Селия.
Рассуждать было легче, чем думать о погибшем друге. Хорошо хоть Линду отослали и делом заняли, она бы тут вообще с ума сошла.
– А правда? – задумался Рональд. – В телепорт мы вошли нормально…
– Потом пришли в себя уже в камере. Как такое может быть?
– Искажение координат, – подсказала Селия. – Маяк на другую конечную точку или просто мгновенный сбой, и нас выкидывает в нужное место.
– Хорошо по округе не размазало. А могло…
– Полагаю, их и этот вариант устроил бы. Жертв где хочешь наловить можно.
– Да, у нас оркы пропадалы, – поддержал Тарх.
– Вот видишь. А вот как именно нас сюда…
Селия покусала кончик косы:
– Рассуждая логически, на ком-то из нас должен был быть артефакт. На ком?
– Ты, я, Юра… Ты с кем-нибудь разговаривала до отъезда? С кем-то посторонним?
– Грельен Варкатт. Маркиз Варкатт, – вспомнила Селия. – Ой…
– А он друг де Креси, так?
– Так…
Селия прикинула, могли ей что-то прицепить в это время?
Выходило – могли. Сам Варкатт мог что-то и подсунуть, дело несложное. Там бляшка – с полмизинца, сунул незаметно в сумку или в карман шали… точно. Шаль висела на вешалке, Грельен стоял неподалеку.
– Сволочь, – прошипела девушка, давая себе клятву.
Как только она окажется в академии – остаток учебы Грельен проведет в кунсткамере. Работая экспонатом! Она ему руки с ногами местами поменяет!
– Я никого не видел. Юра… Юра мог, но с ним бы постарались не связываться, кто их знает, этих иномирцев…
– Жалко его…
– Очень жалко.
– И Линду.
Рональд кивнул:
– Думаешь, у них могло что-то получиться?
– Я надеялась, – ответила Селия.
Рональд мечтательно произнес:
– Да, мы почти братья и женаты были бы почти на сестрах. Вообще отлично!
Теперь это не сбудется. А жаль…
Мысль о Юриных наклонностях Рональду даже в страшном сне в голову не приходила.
– Скорее бы пришла помощь. А Варкатту я сам ноги вырву.
– Я помогу, – кивнула Анна-Лиза, которая слышала весь разговор.
Рональд кивнул. Разберемся. Дайте только в столицу вернуться.

Когда раздались голоса и даже пение, кто-то выругался, кто-то что-то сказал…
Компания приготовилась драться, но – не понадобилось. Свои.
Анна-Лиза со вздохом облегчения откинулась на руки Арха. Все же воевать ей решительно не нравилось. Она могла, умела и врагов жалеть не собиралась, но это так негигиенично! И запах ей не нравится. Люди плохо пахнут, когда умирают.
Рональд поднялся и пошел приветствовать вновь прибывших. Что-то он докладывал, что-то докладывали ему…
Анна-Лиза даже не интересовалась. А вот Селия явно слушала и что-то для себя запоминала. Вот уж неугомонные.
Анни решила, что это отличная пара.
Возвращения домой она даже не помнила – проспала половину. Благо орки ее так на руках и несли… удобно, тепло и убаюкивает. Красота!

Аудиенцию у монарха получила вся компания. Кроме рядовых орков – дискриминация. А так…
Рональд, Линда, Селия, Анна-Лиза, Грон – все были в сборе. В этот раз девушки были в форме адептов, Рональд опять в виде попугая, весь в розовых лентах и голубых кружевах, Грон тоже надел форму академии.
Все прилично, все достойно и скромно.
– Добро пожаловать, дамы и господа, – начал свой спич Далларен. – Я благодарен вам за уничтожение гнезда «собакоголовых» и в долгу не останусь. Молодые Аргайлы уже получили мою благодарность. Теперь вы, Грон. Пять процентов.
– Ваше…
– Государь.
– Простите, государь, не понял.
– Пять процентов от добычи земляного масла – лично вам, на ваш счет.
Грон встал и низко поклонился.
В ценах он разбирался – если месторождение будет достаточно богатым, через несколько лет он на герцогов поплевывать будет.
– Анна-Лиза Эресаль.
– Государь.
– Я дарю вам то, что больше всего необходимо. Независимость. Решение о вашем совершеннолетии и праве распоряжаться своим наследством без опекуна.
– Благодарю вас, государь.
– Разумеется, вы можете не выходить замуж… или?..
– Да, государь. Мы с Гроном решили заключить помолвку и пожениться, когда закончится срок траура.
– Траура? Ах да… примите мои соболезнования, леди Эресаль. Дамы, господа…
Император смотрел на сидящих напротив людей и видел, что горе у них неподдельное. Серьезное, тяжелое. Особенно у Линды.
Девушка словно выцвела в один момент, даже волосы как пылью припорошило.
– Особые соболезнования, леди Далг. Если бы я мог что-то для вас сделать…
Линда опустила глаза:
– Государь, у меня все есть.
– Есть. Но я хочу даровать вам титул графини де Креси.
Рты раскрыли все присутствующие, император насладился моментом и принялся объяснять:
– Как оказалось, зараза проникла достаточно глубоко и высоко. И выкорчевывать нам ее предстоит не один год. В пещерах найдены документы, бумаги, списки, расписки, в том числе… много всего интересного, что позволяет сделать вывод о разветвленности сети «собакоголовых». Если уж они на императрицу замахнулись…
Все почтительно молчали.
Да, замахнулись. А ты все ушами прохлопал, бывает. Вот и кусай теперь локти, балбес!
– Де Креси – это только один из освободившихся титулов. Так что вы теперь Линда де Креси, и я вас поздравляю.
Линда встала и поклонилась.
Вот так… Она больше не ублюдок, она графиня. И змеиные языки прижмут все. И кто шипел, и кто молчал, но думал. Теперь она знатная и богатая дама. Она надеялась когда-нибудь, лет через двадцать, добиться такого результата.
Ей еще и двадцати нет…
А ей все равно ничего не нужно. Юры нет. Он ушел, прикрыв собой друзей. Рональда, Селию… Линда знала, ради нее юноша так же пожертвовал бы собой… или нет? Да. Он был замечательный…
По щеке медленно сползла слезинка.
– Не плачьте, ваше сиятельство. Все будет хорошо. – Император.
Линда вытерла слезинку и улыбнулась сквозь слезы:
– Да, государь. Я благодарю вас, государь.
– Останься ваш молодой человек в живых, я был бы рад вашему браку, – император говорил серьезно и сочувственно. – Такие люди нужны империи. Настоящие герои.
– Да, государь.
– Теперь к делу. Сеть «собакоголовых» в нашем государстве я вычищу, хотя пара лет на это точно уйдет. Но найденные документы да и несколько пленных – повезло, кое-кто уцелел – помогут нам в этом благородном деле. А вот с нашими соседями дело куда как хуже.
Все присутствующие навострили уши.
– Мы граничим с Оркристом. А за перевалом лежит султанат Лардон.
Грон кивнул. Они с ним даже торговали, но не часто.
В султанате было разрешено рабство, и орки там тоже рассматривались как товар. Даххары к этому относились однозначно. Сперва убьем, потом забудем.
– Нам предстоят серьезные переговоры. Впрочем, это дело будущего. Но если эту мерзость не выдрать с корнем, они опять проползут на нашу сторону.
Вот в этом никто не сомневался. Один одуванчик оставишь – недели не пройдет, все в желтых пятнах будет. А жрецы Садорена всяко хуже одуванчиков.
– Надеюсь, империя может рассчитывать на вашу помощь…
Встали и поклонились все. Высказался один Рональд:
– Наша жизнь и наша верность принадлежат империи, государь.
Коротко и по делу.
– Я буду об этом помнить, Аргайл.
Все поняли, что аудиенция закончилась, и принялись кланяться и благодарить.
Уже за пределами дворца Рональд приобнял Селию за талию и поинтересовался:
– Кто куда? Предлагаю отметить награды и повышения.
Девушки переглянулись.
Линду праздновать не тянуло – Юра…
– Пойду я, отправлю письмо отцу. Пусть порадуется. И если решит выйти в отставку, у меня теперь есть и поместье, и все…
– А я загляну к своим родственникам, – оскалилась Анна-Лиза. – Порадую их. Пусть готовятся к свадьбе.
Рональд переглянулся с Селией.
– Тогда и мы заглянем домой, к моим, – решил он. – Тоже… обрадуем.
На том и порешили. И разошлись в разные стороны.

Дом Аргайлов встретил Рональда шумом и суетой. Готовился праздник.
Кларенс Аргайл встретил Рональда чуть ли не в вестибюле:
– Сынок!!!
Рональд от объятий привычно уклонился:
– Отец, я должен сообщить неприятную весть.
Кларенс Аргайл побледнел:
– Что случилось?
– Эрвин мертв.
Герцог медленно выдохнул:
– Это точно?
– Полагаю, тело скоро доставят в столицу.
Несколько секунд герцог просто молчал.
– Матери не говори.
– Хорошо. Но…
– Пусть порадуется хоть недолго.
Селия понимающе кивнула. Действительно…
Сволочь, дрянь, гадина, а все же – сын! Был у них с девочками такой случай: гуляли по городу, увидели, как здоровущий мужик бьет ногой пожилую женщину.
Сработали они тогда как единое целое.
Подонок получил сразу двумя плетьми поперек хребта и замер, обездвиженный Линдой.
Девушки бы там его и прибили, да женщина вступилась.
Сыночек! Кровиночка родненькая… которая женилась и развизжалась, мол, без матери-то жить лучше… муж у нее помер, а молодой жене в доме старая хозяйка не нужна была. И особое паскудство было в том, что мать этот дом и строила, со своим супругом. Сы́ночка-то готовое получил.
Девушки с этим справились без особых проблем. Не угрожали, не предупреждали, просто проводили женщину с сыночком домой и предупредили, что будут заходить в гости. Постоянно. Регулярно.
И если… даже если им не пожалуются. Если соседи, друзья, если им просто что-то покажется…
Стража? Законность? Оно, конечно, да… а вы уверены, что сможете туда добраться? Мы ведь пока ничего не сделали. А когда сделаем, вам уже поздно будет. Вообще все – поздно.
Получилось доходчиво. И женщина доживала свой век в покое и довольстве.
Вот и тут. Сволочь, дрянь, но – сын. И радости у Дороти Аргайл не будет. Никакой…
– Рон! Селия, детка! – Леди Дороти спускалась по лестнице.
– Как самочувствие, матушка? – не удержался Рональд.
Леди невинно пожала плечами:
– Намного лучше. Полагаю, самое лучшее лекарство для меня – ваш первенец. Сели, детка, ты еще не беременна?
– Леди Аргайл, – Селия решила пока не уменьшать дистанцию, сначала надо получше узнать родственничков, – мы с Рональдом решили подождать. Годика три.
– Как?! – ахнула дама. – Рональд, что за глупые шутки?
– Разве, Сели? Мы же говорили о пяти годах? – поддержал Рон.
– Пяти?! Годах?! Кларенс, мне плохо!
– Клизму? – Рональд ловко вытащил из воздуха означенный артефакт.
Леди Дороти перестала хвататься за грудь и топнула на сына ногой:
– Бесчувственный!
– И уйти могу. С женой.
– Нет-нет… проходите. Останетесь пообедать?
Что оставалось делать молодым людям? Только соглашаться.
Родственнички…

То же самое, хоть и чуток с другой интонацией, думала Анна-Лиза. Р-р-родственнички.
Встретили их едва не на подходе к дому. Отчим вышел навстречу и попробовал пожать Грону руку. Зря.
Орк не нарочно, но так сдавил пухлую купеческую ладонь, что Шинор Аркен взвыл. Грон вежливо извинился… то есть попробовал извиниться, но Анна-Лиза не дала.
– Ничего, сейчас все пройдет. Взрослый человек может и потерпеть маленькую боль.
А что? Ей такое говорить можно было, а она теперь молчи?
Да, она мстительная вредина! И весьма довольна этим обстоятельством, вот!
Грон понял, что дружбы в семье нет и не будет. А через пять минут убедился в этом окончательно, застав в гостиной мизансцену «Императрица и дофин».
Танна Аркен, сидя в высоком кресле, изображала императрицу в роскошных драгоценностях, что при простом повседневном платье казалось смешным и чуточку нелепым.
Фарл стоял за креслом и испепелял Грона гневным взглядом. Вот что Анни нашла в этом орке?
Он же страшный! И с клыками! И одеваться не умеет, и вкуса у него нет, и на последней постановке театра «Каллевир» он не был, и о новинках литературы и музыки с ним не поговоришь… Сущее животное! Вот!
И что Анна-Лиза в нем нашла? То ли дело он, Фарл, молодой человек из высшего общества… почти из высшего. Главное – воспитанный и образованный.
– Дочь, – тоном той же императрицы проговорила Танна.
– Мать, – в тон ей отозвалась Анна-Лиза и демонстративно взяла Грона под руку.
– Что ж. Подойди и дай тебя обнять.
– Благодарю, матушка, но не стоит утруждаться. Вы платье помнете, – хамски ответила Анна-Лиза.
Шинор скрипнул зубами.
Раньше он бы высказался в том смысле, мол, что ты себе позволяешь, дрянь?! А сейчас страшновато…
– В любом случае, дочь, я рада тебя видеть.
– Полагаю, родственные чувства у вас сохранятся и позднее? – Анни улыбалась. – Я прибыла с радостной вестью. Его императорское величество дал свое соизволение на мой брак.
– Ах, – прижала руку к горлу Танна.
Как-то она догадалась, что это брак не с Фарлом.
– Более того, мое приданое перейдет под мой контроль.
– Ах… – это уже Фарл не сдержался.
– Надеюсь, – Грон улыбался не менее ядовито, чем Анна-Лиза, – вы понимаете, что если мою невесту что-то не устроит… его императорское величество назначит полную аудиторскую проверку.
– Ах… – Настала очередь Шинора.
Анна-Лиза рассматривала мать с отвращением. Мать…
Всего лишь утроба, которая выносила ее, и только. Мать не кормила ее грудью – это портит фигуру, не баловала в детстве, не сидела с маленькой Анни по ночам, когда девочке снились кошмары – так часто бывает у будущих магов, не играла с малышкой, не учила ее, не… не… не…
И любить в ответ? Уважать, восхищаться, ценить? Позволить превратить себя вот в такое?
Анни холодно улыбнулась:
– Хорошо, что собирать вещи мне не надо, правда, маменька? В этом доме попросту нет моих вещей.
– А твоя комната?
– Предлагаете разобрать стены и вынести кровать? – уточнила Анна-Лиза, привычно раскручивая над кончиком указательного пальца маленький водяной шарик. Если кто понимает – сложное колдовство. Не каждому магу под силу такой филигранный контроль, проще целое озеро налить.
Танна решила не отступать. А что терять, если над ними просто издеваются?
– Причиной твоей отстраненности от семьи стал твой отвратительный характер, дочь. Если он не исправился за прошедшее время, могу только посочувствовать твоему будущему супругу.
– Хорошее приданое скрасит мне этот прискорбный недостаток, – Грон не выглядел смущенным. – Так что я буду ждать.
– После свадьбы, – опомнился Шинор.
– Я пришлю стряпчего, – согласился орк. – Всего хорошего.
– Неужели даже вина не выпьете?
– Я вам пришлю горское вино, – парировал Грон. – Надеюсь, понравится. А пить равнинное вино мы с невестой не будем, я хочу наследника.
– И когда вы намерены приступить к его производству? – не выдержала Танна.
– Мы вас уведомим. Письменно, – Анна-Лиза понимала, что сила на ее стороне и все возможности тоже. Все козыри, вообще – все. И…
Сколько раз она мечтала отомстить? Так действуй! Рви в клочья, разноси по углам, уничтожай… Хочется? А вам бы хотелось нырнуть в выгребную яму?
Анна-Лиза поморщилась, словно уже ощущала неприятный запах. А потом махнула рукой.
– Засим я прощаюсь, маменька. Господа Аркены, всего… не говорю – хорошего, подозреваю, что у вас его будет мало. А потому – всего заслуженного.
– Всэго заслужэнного, – согласился с невестой Грон, даже немного утрируя акцент.
И, развернувшись, они покинули сей негостеприимный дом.
Нечего время тратить, лучше они где-нибудь или посидят, или погуляют… кстати – где? Вот и повод заговорить.
– Анна-Лиза, ты любишь мороженое?
– Да.
– Может, сходим поедим его?
Анни улыбнулась:
– Давай.
– Тогда выбирай, куда пойдем.
– В ресторацию «Золотая роза», – уверенно выбрала девушка. – Говорят, там повар замечательный…
– Провэрым, – нарочито сакцентировал Грон.
И молодые весело рассмеялись. Про Аркенов сегодня больше никто не вспоминал.

Когда Грон и Анна-Лиза удалились, настроение в гостиной Аркенов резко упало куда-то на уровень плинтуса, подумало и перебралось в подвал. Еще подумало – и принялось закапываться в землю.
Шинор упал в кресло, закрыл лицо руками и глухо застонал.
Да, есть такое дело! Все эти годы он не просто следил за приданым своей падчерицы, он еще и путал ее карман со своим… Бывает.
Подумаешь – платит один, а прибыль получает другой? Дело житейское!
Танна была не против, Фарл был доволен, а Анна-Лиза жила в академии и про нее было несложно забыть.
Мужа ей Шинор собирался подыскать сам. И даже выйди эта стерва за Аргайла… Договорились бы!
А с орками? Как договариваться с этими, этими… осколками скалы? Нереально!
А с императорской проверкой? Это вообще за гранью добра и зла. И не договоришься, и не откупишься, и не…
– Дорогой, – Танна протянула Шинору бокал с крепленым вином, и мужчина осушил его одним глотком, как воду, – неужели ничего нельзя сделать? Помолвка еще не свадьба?
– Да, – подтвердил Фарл. – Папа, не стоит раньше времени впадать в отчаяние, даже на мага есть управа, я точно знаю!
Шинор прищурился на сыночка:
– Управа?
– Конечно. И ошейники есть, и наручники, и… и если Анна-Лиза выйдет замуж не своей волей, ничего страшного не произойдет.
Шинор задумался. Потом тряхнул головой. С деньгами расставаться решительно не хотелось, он уже привык к ним за эти годы, сроднился, почти сросся, и мысль о разлуке причиняла ему почти физическую боль. Самая чувствительная зона любого купца – его кошелек.
– Что ж… я подумаю над этим вопросом.
Действительно, кто сказал, что история уже заканчивается? Как по мнению Шинора, она только начинается.

Линда окинула взглядом родные стены крепости.
Раньше у нее не было денег на телепорт, сейчас она может пройти из одного конца империи в другой, а радости…
Еще три дня назад она бы от счастья до небес прыгала.
Дом! И отец! И тетушка Шальди, и дядя Валер, и солдаты, которые ее еще сопливкой помнили, девчонкой с косичками, которая тайком пробиралась на плац подглядывать за тренировками. Потом, когда отец узнал, уши лэр Далг ей надрал, но тренироваться Линда стала вполне официально и вместе со всеми. А уж когда магия проснулась…
Линда хлюпнула носом и зашагала к воротам. Легонько постучала… Как легонько? Ворота вздрогнули, и караульный выглянул из своей башенки.
– Стой! Кто… Линда!!!
– Риван!!! – обрадовалась Линда.
Давний друг детства, приятель и соратник по проказам!
– Я и не знала, что ты теперь солдат!
– А кем мне еще быть? – Риван открыл калитку и сгреб девушку в объятия. – Работа хорошая, да и отец твой – командир что надо!
– Он в крепости?
– Да. У себя. Только, Лин…
– С бабой? – уточнила Линда.
– Ага. Ты уж не вламывайся так-то сразу.
– Не буду. Там все серьезно или так? Кровать пошатать?
Живя на заставе, к некоторым вещам дети привыкали с детства. Когда в гарнизоне полно мужчин и очень-очень мало женщин в округе, поневоле навидаешься всякого разного.
– Может, и серьезно. Тетка Мори вообще человек серьезный, – пожал плечами Риван.
Линда поежилась. Это – да. Что есть, то есть, тетушка Мори…
– Она не старая? Сколько ей лет?
– Лин, это нам она старой казалась, а когда ты уехала, ей лет тридцать было, сейчас тридцать пять, ну, чуть больше, в самом соку баба, – Риван так улыбнулся, что Линда головой покачала.
– Мужики.
– Чем и гордимся!
– Нет бы умом, а то…
– Пфф. Ты надолго домой?
– Не знаю, как получится. День, два…
– Вечером выпьем?
– Спрашиваешь!
Линда чмокнула приятеля в щеку и отправилась в крепость. Караульный свой пост оставить не мог, да Линде сопровождение и не требовалось.
Все родное, все свое…
Вот и главная башня. Здесь отцовские покои, здесь жила и сама Линда. Девушка толкнула дверь и решительно вошла в дом своего детства.
И – словно вернулась на пять лет назад.
Ничего не изменилось на заставе. Словно время решило заглянуть сюда позднее. А пока…
Даже цветок чертополоха цвел на том же самом месте. Заколдованный он, что ли?
Линда решительно прошла внутрь и поднялась на второй этаж. Вот и покои отца. Постучать? Так девушка и сделала.
Судя по прилетевшему в дверь сапогу, отец был занят.
Линда постучала еще раз и дождалась второго сапога. Ну, хоть не кинжалы. Так что…
– Отец! Я приехала!
Минута тишины. А потом…
Дверь распахнулась так, что чуть девушку не снесла. Лэр Далг стоял на пороге в одних штанах на голое тело, а на кровати наблюдалась подозрительная активность.
– Дочка!!!
И Линда впервые позволила себе расслабиться.
Обхватила отца за шею, ткнулась лицом ему в плечо – и слезы хлынули.

В себя Линда пришла уже в кабинете. Лэр Винон налил ей крепкого вина, заставил выпить бокал залпом и принялся вертеть влево-вправо.
– Какая ты у меня красотка выросла! Чудо!
– Я не просто красотка, – Линда пьяно икнула. Вино, да на голодный желудок… – я еще и графиня теперь.
– Да?
– Да. Де Креси. Вот бумаги!
Свиток лег на колени девушки.
Лэр Далг подхватил его, вчитался и присвистнул:
– Однако… Лин, расскажешь?
– К-конечно!
А чего скрывать? Это же отец! Самый родной и близкий человек, который промывал ей разбитые коленки, учил правильно бить мальчишек кулаком в нос и ногой в колено, заплетал косички…
Не умел, но заплетал. И сам потом распутывал, ругаясь вместо привычных ему матюгов – овощами. Линда до сих пор помнила перлы изящной словесности, к примеру: «разморковь твою капусту» или «брюквой свеклу залюбить».
Много чего было…
А потому Линда рассказывала. Про девочек. Про учебу, про их дружбу, про… Да, и про Юру тоже. Про свою любовь, которая так грустно завершилась, про их приключения, про императорские милости…
Отец слушал, качал головой, поддакивал в нужных местах, кивал, и Линде становилось легче. Спокойнее, уютнее…
Как хорошо, когда есть кто-то родной.
Когда дело дошло до Юриной смерти, Линда опять разрыдалась, и лэр Далг крепко обнял ее.
– Бедная ты моя девочка.
– Папа…
– Папа, а то кто ж?
Но вот выплаканы были все слезы, высморканы все носы, Линда могла говорить спокойно, и настало время вопросов:
– Что ты теперь собираешься делать, малышка?
Линда покачала головой:
– Не знаю, пап. Не знаю, правда… у меня словно пустота внутри. И это больно.
– Мой совет принимаешь?
– Конечно!
– Если у тебя внутри пустота, ее надо заполнить.
– Опять влю…
– Цыц – и дослушай!
Линда послушно примолкла.
– У меня есть старый друг. Армар Карен. Помнишь такого?
– Дядю Мара? Конечно!
– Так вот. Ему нужен охранник. Он сейчас водит караваны в Загорье…
– Куда именно?
– В Лаваден.
Линда постаралась припомнить, что она знает о Лавадене. Оказалось – ничего. Общих границ у них с Франдом не было, каких-то общих интересов – тоже. Ну и чего? Учить географию мира просто из любопытства?
Это к Селии. А Линде, если понадобится, не зазорно и атлас взять, и карту посмотреть… нет, ничего она о Лавадене не помнит.
– И что там хорошего?
– Оружие. У них это национальный промысел. Так вот. Я предлагаю тебе взять пару лет отдыха. Или… попросить отправить тебя на практику именно туда. Походить с караваном… Лучшее средство от боли в груди – дороги. Ветер в лицо, синева в глазах, пыль под копытами коня… посмеяться вечером на привале, получить по мор… гхм!
– Да, надеюсь, без последнего обойдется.
– Я тебя зря учил?
– Пап, преподаватель боевки меня единственную хвалит из девушек.
– Проверю.
– Хоть сейчас.
– Завтра на рассвете. Сможешь ты договориться в академии?
Линда подумала немного. А потом решительно кивнула.
Девочки с ней пойти не смогут. Но… им и не надо. У них своя жизнь, любимые люди… Линда не хотела смотреть на чужое счастье. У нее-то этого счастья не было…
Даст ей Рональд академический отпуск? Безусловно! А Сели позаботится, чтобы подруга не слишком отстала. Годик походит по дорогам, потом вернется и сдаст все экзамены. Она сможет, она упорная. Может, и правда полегче станет?
Лэр Далг наблюдал за дочерью с легкой улыбкой. Да, выросла девочка. И красивая какая, не в него, но и не в мать. Разве что волосы черные, а черты лица… Королева!
Императрица как она есть! Осанка, улыбка, походка… надо с Маром поговорить всерьез. И намекнуть, что если кто-то к его дочке руки протянет… заодно и ноги протянет тоже. Или кого своего с Линдой отправить?
И это возможно.
– Пап… у меня вопрос. Тебе скоро в отставку?
– Да, детка. Через полгода. Но я думаю попроситься еще на пять лет…
– Пап, а если мне нужна твоя помощь?
Лэр Далг нахмурился:
– Моя помощь? В чем?
– С Креси, пап. Если уж меня сделали графиней, туда надо ехать, там надо разбираться… Я не хочу! Не могу сейчас со всем этим возиться!
– Угу… и хочешь, чтобы это сделал твой старик отец. Правильно?
– А кому те синие юбки принадлежали? Сестре милосердия? – подколола Линда. – Старик нашелся!
– Мала еще за юбками смотреть.
– Пап, я своих нарожать уже могу.
– Дурное дело нехитрое. Выпорю, – привычно пригрозил лэр Далг.
Линда фыркнула. Выпорол один такой. Да отец за всю жизнь ее пальцем не тронул. Хотя иногда и стоило бы за уши оттрепать.
– Пап, а все-таки? – вернулась она к более важной теме.
– Креси, – задумался лэр Далг. – Детка, я ж никогда ничем таким не управлял!
– Пап, а чем оно от заставы отличается? Разве что там воевать не нужно, а так… Порядок навести, кто ворует – повесить, кто не ворует – наградить, а остальным мести дорожки от забора и до обеда.
Комендант приграничной крепости фыркнул:
– Вот как ты себе это представляешь!
Линда покачала головой:
– Пап, ну правда…
– Я подумаю.
И соглашусь. А что он еще мог сказать дочери? Разве что…
– Мне команда нужна будет. Ребята увольняются, поедут со мной…
– Замечательно! – порадовалась Линда. – Пап, я на тебя выпишу полную доверенность и все права передам, чтобы слушались, как меня. И с девочками познакомлю. Анна-Лиза сильный маг, Сели вообще умничка, а сейчас еще и герцогиня Аргайл… девочки помогут, чем смогут.
– Ну-ну.
– Пап, ты не понял. Стоит только попросить – и они помогут. А иногда и просить не стоит, они все равно придут.
Как сама Линда пришла за Сели.
Пришли бы и раньше, но ведь думали – что? Что подруга задержалась в столице, мало ли что там надо герцогу, герцогине, императору…
Мало ли что! А начали бы волноваться раньше, и Юра…
Линда привычно закусила губу. Все равно больно. Все равно…
– А когда дядюшка Мар здесь будет?
– Думаю, через десять – двенадцать дней. Иначе я бы и не предложил или выбрал что-то другое…
– Не надо другого.
Линда точно знала, что ей хватит этого времени. Собрать вещи, написать заявление – и вперед. Навстречу ветру.

Глава 12

– Линда, ты с ума сошла? – Селия расхаживала взад-вперед по комнате. Каблучки выстукивали барабанную дробь.
– Сели, пойми! Я не смогу сейчас… здесь.
– Лин, неужели нельзя закончить учебу, а потом…
– Сели!
Получилось почти стоном, и Анна-Лиза привычно развела подруг в стороны.
– Сели, не дави. Неужели не понимаешь, что Лин хочет отдохнуть от всего?
Селия нахмурилась:
– Но учеба…
– Сели, неужели мы все втроем не сможем взять отпуск? Ты зачем замуж за ректора вышла? Чтобы мы стояли в общей очереди?
Селия хмыкнула:
– Предлагаешь воспользоваться своим положением?
– Конечно! Вот смотри – ты стала Аргайл. Нравится не нравится, а в свете бывать придется, да и с родней отношения наладить тоже.
– Бэ.
– Хоть бэ, хоть мэ, а надо. У тебя дети будут, им это может пригодиться.
Селия вздохнула, но спорить не стала. Может…
В том-то и беда титула, что ему надо соответствовать. Можно и не трудиться, но это для дураков и для тех, кто ищет легкие пути. А она их когда искала?
Нет. Может, детям оно и не понадобится. Но – пусть будет.
– Мне сейчас придется ехать в горы и частенько там бывать.
– М-да…
– И нигде мы толком не успеем. Ни в делах, ни в учебе. А вот если взять академический на год…
– Или попросить Рональда, чтобы мы занимались заочно, – подхватила Линда.
Селия плюхнулась на кровать и посмотрела на подруг:
– Сшипелись?
– А то ж?
– Сели, разве ты можешь в нас сомневаться?
– Лентяйки.
– Сели, ты можешь работать по двадцать восемь часов в сутки. Но нам охота еще и пожить, и поспать, – покачала головой Анна-Лиза. – Уж снизойди…
Селия фыркнула и снизошла:
– Я поговорю с Рональдом.

– Академический отпуск?! Вы с ума сошли?! – Рональд не мог подобрать других слов.
Селия смотрела на мужа, который метался по комнате. Сегодня он выбрал сочетание лимонно-желтого, апельсинового и черного и сильно напоминал шмеля-переростка.
– Почему мы сошли с ума? Анне-Лизе нужно утвердить себя в горах, у меня есть свои резоны, а Линде… ей просто тяжело будет учиться – сейчас. А вот через годик…
– Вы все забудете!
Селия хмыкнула, отказываясь отвечать на такие глупости. Забудут?
Да скорее уж девочки еще что и выучат, с ее-то помощью. И у нее свои планы. Между прочим, она хочет написать учебник. Юра ей рассказал про такие книги в их мире.
«Математика для чайников», «Химия для чайников»…
Зачем чайникам химия – Селия сначала не поняла, а потом, когда Юра разъяснил…
Действительно, почему бы ей не написать свой учебник? «Основы магии»? И изложить его простым и понятным языком?
Ведь в академии поступают и вчерашние крестьяне. Пахать и сеять они умеют, а вот с чтением и письмом у них сложности. И поди разъясни крестьянину, что «основа магии – безбрежное и всеобъемлющее течение мирового эфира и произведенная им магическая сила, именуемая маной, которую существо воспринимает при протекании через него эфирных истоков, резонирующих с истоками означенного человека либо существа».
Там и еще сложнее выражено, а есть предложения, которые Селия читала без особых проблем, а вот у девочек вечно были трудности.
Почему не попробовать?
Рональду она об этом не сказала, чтобы смеяться не стал, но Селия точно знала, что начнет собирать материал. И потренируется как раз на подругах. Если они поймут, то отлично. Но упрощать и упрощать…
Вот кстати – можно потренироваться на орках! Если уж эти сообразят, то и вчерашние пахари науку одолеют!
Об этом Селия не сказала Рональду. Вместо этого она взмахнула руками:
– Рональд, у нас осталось совсем чуть-чуть. Практика… почему не зачесть нам практику, если ты не хочешь отпускать нас в академ?
– Не хочу, – мрачно отозвался Рональд. – А ты хочешь, чтобы за твоей спиной шептались? Мол, женился – и самая бездарь академию закончила. Или еще что похлеще?
Селия фыркнула:
– Те, кто меня знают, – не поверят. А те, кто меня не знают… Мне наплевать!
– На всех плевать – слюны не хватит.
– Анна-Лиза поможет, – не задумалась Селия. – Она маг воды, вместе мы справимся. Рон, мне неважно, что будут говорить в свете или в полусвете. Если завтра передо мной встанет выбор – девочки или весь императорский дворец… Ты понимаешь?
Рональд понимал.
Плевать Селии и на дворец, и на свет, и на тьму… три раза плевать! И… она может себе это позволить! А он? Почему нет?
Он сбежал из дома, он делал все, что мог и хотел, он отстоял свою свободу и право на свои решения… и он не заслуживает выбора?
Ну, знаете…
Жить с оглядкой на мнение чужих людей может тот человек, у которого две жизни. Тогда одну и прогадить можно.
– Сели, я сделаю проще. Мы оформим вас троих на практику. Анну-Лизу в горы, тебя прикомандируем ко мне (и плевать на сплетни!), а Линду… куда она собирается?
– В Лаваден.
– Оружие! – зажглись глаза Рональда. – Так… напишешь подруге?
– Конечно. А что?
– В Лавадене каким-то образом производят серебряную сталь. Я хочу, чтобы Линда попробовала узнать технологию ее производства.
– Рон, ты с ума сошел?!
Селия знала, о чем говорит. Серебряная сталь, да… Мастера Лавадена добавляюти в сталь серебро. В результате мечи выходят легкие, гибкие – и смертоносные для нечисти. Как это получалось? За счет чего? Нет, неизвестно. Секрет страны, и охраняется он лучше, чем покои короля Лавадена.
– Я же не прошу его обязательно узнать! Но все, что Линда сможет раздобыть, приму с огромной благодарностью!
– А зачет поставишь?
– Безусловно.
Селия довольно улыбнулась. Она не рассчитывала, что Линда что-то разузнает. Но…
Почему бы нет? Если подруге надо отдохнуть…
Они эту технологию из-под земли достанут! А надо будет – свою изобретут!

– Так нечестно!
– Лала, ну прости! Мы действительно не собирались! – Анна-Лиза оправдывалась перед Милой Лавсин.
Дура дурой, но право на претензии она имела.
Ректора обещали ей, а в результате – что? Он женился на Селии! Где справедливость?!
Вот девушка и негодовала. Воздевала руки, топала ножками и всячески показывала, что ее сердце… ладно, ее мечта… ну ладно! Не будем кривить душой – ее планы на обеспеченное будущее разбиты вдребезги. А это обидно.
– Может, вы и не собирались, а что получилось?
– Лала, я могу тебе своей магией поклясться, что Селия за него замуж не хотела. Император распорядился. Была бы ты с нами – ты бы за Рональда замуж и вышла.
Мила хмыкнула, но градус упреков снизился. Поклясться магией – это серьезно, так можно и силу утратить, и простым человеком стать. Бывали случаи. Магия не любит клятвопреступников.
– Все равно, знаешь как обидно?
– А ты бы поменьше трепалась, и обидно не было бы.
Анна-Лиза точно знала, что произошло. Мила наверняка растрепала всем, как она выйдет замуж за ректора. И теперь над дурочкой смеялись все, кому не лень. Мила надула губы, и Анна-Лиза махнула рукой:
– Не обижайся, Лала. А сама ты что хочешь? Хочешь замуж за знатного и богатого?
– Да.
– Давай мы поговорим с Селией? Она сейчас начнет бывать при дворе, компаньонка ей понадобится…
– А ты?
– Я в горы.
– А Линда?
– Тоже, – решила не открывать секрета Анна-Лиза.
Мила подумала:
– Хочу.
– Вот и договорились.
Компаньонка – отлично! Лала слишком глупа, чтобы ею кто-то воспользовался. А сами девочки, если что, используют ее для дезинформации.
Как писал кто-то из великих, если ты слаб, покажи силу, если силен – покажи слабость.
Так и поступим! А если компаньонка – дура…
Анна-Лиза клятвенно пообещала Миле поговорить с Селией.

– Сели, спасибо! – Линда повисла на шее у подруги, крепко расцеловала ее в обе щеки.
Селия махнула рукой:
– Прекрати. Давай поговорим про экипировку. И как мы будем пополнять запасы артефактов.
– Сели…
Селия прищурилась:
– Если ты. Поганка. Сейчас. Посмеешь сказать. Что-то о деньгах…
– Я тебя сама замочу, – согласно кивнула Анна-Лиза.
Смотрели девушки так, что Линда взвыла:
– Сели! Анни! Имейте совесть!!!
– Плевать мне три раза на твою совесть! – прошипела Селия. – Я не хочу лишиться подруги!
– Но я…
– Сделала бы для меня то же самое. Нет?
Линда кивнула:
– Да. Но…
– О чем разговор?
Анни тряхнула головой:
– Точно. А если у тебя уместность царапается, можешь нам закупать что понадобится. Денег дадим, и вперед. Ты знаешь, что нас может интересовать.
Линда тряхнула головой. Черная коса метнулась по спине.
– Знаю, конечно.
Она была в курсе всех разработок Селии, хотя бы в общем, знала, что нравится Анне-Лизе…
Действительно, закупать необходимое… благо консультацию она всегда может получить, шкатулки у девочек будут с собой.
– Вот и договорились.
– Девочки, я ведь не нищая. Теперь у меня есть Креси…
Анна-Лиза махнула рукой:
– Лин, я полагаю, что до момента получения прибыли пройдет не меньше года. И то не факт, что ты ее получишь.
– Почему?
– А если придется вкладываться в хозяйство? Такое тоже может быть?
Линда пожала плечами:
– Никогда не задумывалась. Анни, а ты откуда это знаешь?
– Эресаль ведь мой, – девушка смотрела чуть удивленно. – Я не знала, смогу ли я его получить, но кое-что почитала. Кстати, и в романах об этом тоже пишут.
– Да?
– Да, представь себе.
– Опять твоя Розабелинда Отчаянная?
– Ага. У нее в одной из книг злой опекун как раз пытался отнять наследство у подопечной.
– А что она сделала?
– Мм… вызвала демона.
– И?
– Демон на ней женился.
Девушки дружно расхохотались.
Демоны не женятся на людях. Это непреложный закон жизни. Они людей жрут. Разве что вовсе уж извращенец попадется, но и так: поймал демон прекрасную принцессу – и давай на ней жениться во всех позах, пока от девушки только уши не остались. А потом и уши скушал.
Это знает всякий некромант. Девушки не специализировались в некромантии, но все равно это знали.
– Ладно, – Селия отсмеялась и подвела итог: – Лин, ты берешь у меня амулеты. Мы с Анни открываем нам всем троим совместный счет в банке и начинаем его постепенно пополнять. Ты используешь его для закупок… там разберешься, что понадобится.
– Хорошо.
Девушки переглянулись и поняли, что их дружба выдержала еще одно испытание.
Первое было бедностью и проблемами.
Второе – мужчинами.
Третье – богатством и титулами.
А они все равно остались друг для друга ближе всякой родни. И понимают друг друга правильно.
Разве этого мало? Это очень много. И видит небо – это великолепно!

Эпилог

Юра открыл глаза.
Было больно. Ужасно больно, причем болело все тело, от кончиков ногтей до кончиков волос. Кажется, даже волосы болели.
И все же… он жив? Невероятно! Ему казалось, что он должен умереть… наверное, это магия. Его спасли? Если он мыслит, он существует, он…
Судя по ощущениям, он лежит на чем-то мягком. И по ощущениям это мягкое напоминает кровать. Ткань какую-то.
В раю у него ничего болеть не должно, в аду должна быть сковородка и черти. Нет? Значит, он жив.
А если попробовать шевельнуться? Если у него так болит все тело, значит, оно у него есть. Определенно.
Получилось плохо. Руки-ноги не слушались, пальцы – и те согнуть не удалось, но…
– Девочки, он пришел в себя!
Девочки? Селия, Линда, Анни?
Юра приоткрыл веки титаническим усилием.
Солнце ударило по сетчатке, словно клинком полоснули по глазам, Юра застонал, по щекам потекли слезы…
Лица коснулась прохладная ткань.
– Не двигайся, мужчина, мы с трудом вылечили тебя.
Наклонившаяся над Юрой женщина… Кому-то она могла показаться и красивой. С точки зрения парня, больше всего она напоминала дамскую версию Конана-варвара.
Куча мышц, грудь размером с дыню, мускулистые ноги, тонкая талия… и все это… нет, не сказать, что прикрыто. Скорее декорировано крохотными кусочками металла.
Вместо чашечек лифчика, вместо юбки и вместо пояса.
А еще куча браслетов, ожерелий, цепей, колец, диадема на голове – все это с какими-то разноцветными камнями, все искрится, переливается…
Новогодняя елка в атаке.
– Я… – Юра попытался что-то сказать, но у него вырвался лишь хрип.
Женщина коснулась пальцем его губ.
Палец, кстати, был с таким ногтем, что вздумай мадам поковырять им в левом ухе – так он наружу из правого вылезет.
– Лежи и слушай, мужчина. Ты понимаешь меня?
Юра подтвердил взмахом ресниц, что понимает.
– Ты находишься на Амазонии. Так называется наша планета. Ты знаешь, что такое планета?
Юра знал.
Амазонка (а кто еще может обитать на Амазонии?) кивнула. Украшения зазвенели и забликовали разноцветными искрами. Юра задумался, как на самом деле звучит название этой планеты?
Его сознание интерпретировало слова женщины именно так. А на самом деле? Хотя какая разница! А-ма-зо-ния?!
До Юры дошло. И едва не угробило парня осознанием.
Он же… Это другой мир? Другой?! То есть уже третий?! Господи!!!

Противно запищал какой-то прибор. В палату – Юра уже не сомневался, что это палата, – вбежали врачи и медсестры.
И все они… Да, все они были женщинами!
Помоложе, постарше, с большим или меньшим числом украшений, но – женщины. Одни женщины.
Это… это что значит?!
Но прошло не меньше часа, прежде чем Юра более-менее смог прийти в себя и задать вопрос. Кстати – все той же женщине.
– Амазония? Я ничего о вас не знаю…
– Главное я тебе могу рассказать уже сейчас, – отмахнулась бодибилдерша. – Кстати, мое имя Теллия. А ты?
– Юр-рий.
Получалось плохо. Губы едва шевелились, слова почти не выговаривались.
– Юри. Красиво…
Юра решил пока не поправлять. Интереснее было послушать про Амазонию. Жизненно необходимо про нее послушать!
– Наша планета – Амазония. Государственный строй – конституционная демократия. У нас мононациональная планета и одно, общепланетарное, государство. Войн давно уже нет, есть поединки, есть охота, но в государственном масштабе нам воевать просто не с кем. Мы развиваем науку, осваиваем космос, собираемся колонизировать соседнюю планету. Я правильно понимаю, что для тебя это все не ново?
Юра опустил ресницы. Не ново.
Просто в его родном мире на космическую программу положили… гвоздь. Оно и понятно – мгновенной прибыли с нее не получишь, а отдаленная еще какая будет?
Политикам и предпринимателям такие высокие материи не нужны, им сейчас и здесь бабло подавай. А мысль, что, может, на Луне кратеры из алмазов или на Марсе вулканы из золота…
Нет, такими категориями они не мыслят.
– Впрочем, у нас тоже есть свои проблемы. Одна, но самая главная. Примерно пятьсот лет назад на нашу планету упал метеорит. Ты знаешь, что это такое?
Юра еще раз шевельнул ресницами.
Что ж, продвинутые дамы. Селия не знала, что такое метеорит и планета. Не в упрек, а все же…
– С тех пор у нас начались серьезные проблемы. Из-за неизвестного вируса начали умирать мужчины. Мы кое-как справились с этим вопросом, проводили научные исследования, вели научную работу, но – поздно. Слишком поздно. Мужчины необратимо вымерли.
Юра обмер. Это что… и он сейчас… опять – того? И зачем его было тогда сюда выбрасывать? Если опять помирать? В чем смысл такой жизни?
Женщина поняла его состояние и помотала головой:
– Нет, что ты! Мы разработали вакцину, хотя и не могли проверить, так ли она действенна. Последний мужчина у нас умер около двухсот лет назад, а вакцине всего девяносто лет.
Юра понял, почему бабы огромными шагами развивали космическую программу. Да чтобы мужиков с других планет завезти! Понятно, если их тут не осталось… Знает он этих хищных самок! Космические корабли построить? Да ради своей цели эти женщины и на галере в космос поплывут! Гребя веслами и натягивая паруса! Но… не встретили, что ли, подходящих?
– Мы нашли один старый ритуал и обратились с просьбой к Богине.
Богине?
– Богиня-мать, мать-Земля, мать-Амазония, это очень старые знания, им уже несколько тысячелетий. Когда-то она была забыта, но потом мы вернулись к истинной вере.
Звучало как-то…
– Теперь, когда Богиня дала свой ответ, я думаю, неверующих на Амазонии не останется.
Ответ? Что-то Юре уже не нравилось.
А женщина продолжала, не замечая его сомнений и страхов:
– Вчера был общепланетарный молебен Богине-матери, и она даровала нам свое благословение. Ты появился на алтаре как ответ на наши молитвы.
Юра трепыхнул ресницами, пытаясь сообщить, что он вообще-то не ответ. И вкусы у него другие. И…
Ага, кто б его слушал? Ежели он памятник… простите – ответ. Его уже дали…
Ой, мама… А зачем  его дали?
Какие-то у Юры были решительно невеселые мысли. И сомнения, и ощущения, и…
И слушать дальше не хотелось. Но кто ж его спрашивал?
– Не удивляйся заботе и охране, это естественно. Сейчас ты – главное сокровище Амазонии. Наша единственная надежда. Партеногенеза недостаточно, чтобы мы продолжали свой род, начинается вырождение. Но с хорошим генетическим материалом мы способны сделать многое. Ты не бесплоден?
Не был бы Юра в таком состоянии, он бы сказал, показал… да хоть что! Но здесь и сейчас он был беспомощнее котенка. Мяукнуть нормально и то не мог.
Его тут что – для размножения использовать собираются?! Он им бык племенной?! Что за бред вообще?! Он же не сможет! И вообще, один на целой планете амазонок, тут кто хочешь рехнется…
Один мужчина на планету!!! Это же… Он так не хочет. Не может. Не будет!!!
– Ты не знаешь? У тебя не было детей?
Юра кое-как разлепил губы:
– Н-нет…
– Ничего страшного. Мы тебя проверим. – Сказано это было без малейшей подколки, серьезно и многообещающе. – Но я верю Богине. Знаю, она прислала нам единственный шанс. Девочки будут охранять тебя, а если что-то захочешь – только скажи. И будет.
С этими словами женщина вышла.
Юра закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. Замечательно, просто замечательно!
Некая Богиня-мать выдергивает его из второго уже по счету мира, словно морковку из грядки… Да, он умирал там. А вдруг бы спасли? Здесь же спасли!
Хотя себе Юра мог признаться, что медицинский комплекс, который оборудован вокруг него здесь, и три магички в горах – есть две большие разницы. Здесь, наверное, и мертвого бы воскресили. Определенно, наука на Амазонии развивается семимильными шагами.
Амазония… И он – единственный мужчина на всей планете. И его собираются использовать… Для разведения!!!
Он должен будет… Богиня, за что?! Чем я тебе таким насолил?! Садистка!!! Все вы, бабы…

Из хроник Амазонии,  
785 год от Великого Падения  
И пала на землю тьма. И падали огонь и сера, падали гнев и кровь, и никто не мог найти себе убежища.
И умирали мужи. Малыши, взрослые мужчины, старики – смерть не щадила никого, щедро собирая свою жатву. И плакали жены и матери, и стонали женщины по всей планете, зная, что никто не придет на помощь. И молились…
И Богиня снизошла к детям своим. В час, когда не осталось надежды, она послала своим детям надежду. Его звали Юри.
И дал он начало семидесяти двум тысячам коленам Родов, и пошли от них мужчины на Амазонии, и впредь завещано служителями Богини, что надо их холить, беречь и лелеять, дабы не случилось снова такой же беды.
И основал Великий Юри храм Памяти Своей.
И построила для него шестая супруга его, великий архитектор Аларинда Зодчая, одно из самых роскошных зданий на планете, и его голубой купол видно из любой точки столицы Амазонии.
И по сей день туда приходят люди и восхищаются со слов Великого Юри нарисованными его двадцать шестой женой Раяндой Художницей картинами. Не написал мудрейший, кто эти люди, что его с ними связывает, не назвал их имен, но до последнего своего сто восемнадцатого дня рождения любил приходить туда, сидеть и смотреть на портреты.
Там же покоится и тело его, там же проходят и дни памяти его.
Велик и могуч был славный Юри, и память о нем на Амазонии переживет века.
И все женщины Амазонии будут вечно и неизбывно благодарны ему за подаренных детей. За подаренную надежду на будущее…
Славься, Богиня!
И посланник твой, обильный чреслами Великий Юри!